Сергий Радонежский — Варфоломей (ок.1315-1392).

Родился в селе Варницы (близ Ростова) в семье боярина Кирилла и его жены Марии. Русская Церковь традиционно считает днём его рождения 3.05.1314, хотя различные источники указывают разные даты рождения. При рождении получил имя Варфоломей.

В детстве Варфоломею не давалась учёба. Согласно "Житию" в 13 лет он встретил старца-схимника, который предсказал ему великое будущее в служении Богу и проповедывании Божественных заповедей.

Около 1328 обедневшая семья Варфоломея перебралась в Радонеж, оставленный в удел Иваном Калитой своему сыну Андрею. После женитьбы старшего сына Стефана, постаревшие родители приняли схиму в Хотьково-Покровском монастыре. После их смерти Варфоломей также отправился в Хотьково-Покровский монастырь, где уже иночествовал его овдовевший брат Стефан.

Стремясь к "строжайшему монашеству" — пустынножитию, он вместе со братом основал пустынь среди глухого Радонежского бора, где и построил (ок. 1335) небольшую деревянную церковь во имя Св. Троицы. Не выдержав слишком сурового и аскетичного образа жизни, брат Стефан вскоре уехал в московский Богоявленский монастырь, где позднее стал игуменом, затем духовником великого князя Симеона. Варфоломей, оставшись в полном одиночестве, принял от игумена Митрофана постриг под именем Сергия, так как в день, когда совершилось это пострижение, праздновалась память мучеников: Сергия и Вакха. Ему было тогда 23 года.

К нему стали стекаться иноки и вскоре образовалась обитель, которая в 1345 оформилась как Троице-Сергиев монастырь. Сергий, подававший всем пример своим смирением и трудолюбием поставил правилом, чтобы все иноки жили от своего труда, сам подавая им в этом пример: пёк хлеб, шил обувь, носил воду, рубил дрова, во всём служил братии, ни на минуту не предавался праздности, а питался хлебом и водой.

Постепенно слава его росла; многие селились по соседству, жертвовали ей своё имущество и вскоре пустынь превратилась в богатый монастырь. Слава Сергия дошла даже до Царьграда: Вселенский Патриарх Филофей прислал ему с особым посольством крест, параман, схиму и грамоту, в которой дал совет ввести в монастыре киновию (строгое общинножитие).

Высоко уважавший радонежского игумена митрополит Алексей перед смертью уговаривал его быть ему преемником, но Сергий решительно отказался.

Сергий был сторонником усиления власти московских великих князей, объединения ими русских земель для борьбы против татаро-монгольского ига. По версии "Жития", отправляясь на эту битву, великий князь Московский Димитрий Иоаннович в сопровождении князей, бояр и воевод поехал к Сергию, чтобы помолиться с ним и получить от него благословение. Благословляя его, Сергий предрёк ему победу.

Согласно "Сказанию о Мамаевом побоище", Сергий, несмотря на запрет инокам участвовать в боях под угрозой отлучения от Церкви и гибели бессмертной души, благословил на битву пожелавших стать добровольцами и выйти против орды Мамая не только с крестом, но и с оружием в руках двух схимонахов боярского рода — опытных в военном деле Пересвета и Ослябю; и оба они пали в битве. Хотя об этом событии нет известия ни в древнем Житии Сергия, ни в старых летописных редакциях, оно, утвердясь в воображении потомков, имело важное нравственное значение, возвышавшее в памяти потомков как Сергия, так и его монастырь.

Приблизившись к Дону, Димитрий Иоаннович колебался, переходить ли ему реку или нет, и только по получении от Сергия ободрительной грамоты, увещевавшей его как можно скорее напасть на татар, приступил к решительным действиям.

Существует также версия, согласно которой благословение Сергия Радонежского относится не к Куликовской битве, а к битве на реке Воже (1378) и связано в более поздних текстах с Куликовской битвой, как с более масштабным событием.

В 1382, когда войско Тохтамыша подступило к Москве, Сергий на некоторое время покинул свой монастырь и отправился в Тверь под защиту князя Михаила Александровича.

После Куликовской битвы великий князь стал относиться с ещё большим благоговением к радонежскому игумену и пригласил его в 1389 скрепить духовное завещание, узаконивающее новый порядок престолонаследия от отца к старшему сыну.

Кроме Троице-Сергиева монастыря, Сергий основал ещё несколько монастырей, поставив настоятелями во все эти обители своих учеников. Из нынешних московских монастырей Сергием были основаны Андрониковский и Симоновский монастыри.

Первый был построен на берегах реки Яузы по желанию митрополита Алексия в память его избавления от морской бури во время плавания из Цареграда, и посвящён во имя Нерукотворенного Спаса. Сергий поставил в нём своего любимого ученика и земляка Андроника. Этот монастырь вскоре стал знаменитой школой иконописания для всей Руси.

Симонов монастырь был основан во имя Успения Богородицы, по благословению Сергия и под его руководством, его племянником Феодором, который впоследствии был владыкой в Ростове.

Преподобный Сергий посещал свою родину Ростов и в окрестностях его устроил на берегах реки Устьи Борисоглебский монастырь. В 1365, путешествуя в Нижний Новгород по делу между Димитрием и Борисом, он основал Георгиевский монастырь на реке Клязьме. В 1374, по желанию князя Владимира Андреевича, Сергий заложил около Серпухова Зачатейский Высоцкий монастырь на реке Наре и поставил там настоятелем своего ученика Афанасия.

По желанию Димитрия Донского Сергий основал в 1378 монастырь Дубенский на Стромени, а в 1380 другой Дубенский Успенский, в память Куликовской битвы. В Коломне был им построен монастырь Голутвенский в честь Богоявления Господня. Во все эти монастыри он поставил настоятелями своих учеников.

Более 40 обителей было основано его учениками: Саввой (Савво-Сторожевский близ Звенигорода) — Ферапонтом (Ферапонтов) — Кириллом (Кирилло-Белозерский) — Сильвестром (Воскресенский Обнорский).

Согласно "Житию", Сергий Радонежский совершил множество чудес. Люди приходили к нему из разных городов для исцеления, а иногда даже для того, чтобы просто увидеть его.

Сергий Родонежский скончался 25.09.1392. Великий князь Василий Тёмный в 1448 причислил Сергия Радонежского к святым и с тех пор он почитается Русской православной Церковью в лике святых как преподобный и считается величайшим подвижником земли Русской.


Максим Грек (1470-1556).

Родился в 1470 в албанском селении Арта. При рождении носил имя — Михаил Триволис. Он происходил из аристократической семьи. Состоятельные родители дали ему прекрасное образование. Закончив школу на острове Корфу, он уехал в Италию, главным образом, для изучения языка и философии древних греков. Там он испытал сильнейшее впечатление от проповедей доминиканского монаха Джироламо Савонаролы. После его казни он уехал на гору Афон, где принял постриг в Ватопедском монастыре под именем Максима.

В 1515 великий князь Василий III попросил игумена монастыря послать ему монаха для перевода греческих духовных книг. Было решено послать в Москву энергичного Максима. В 1518 Максим отправился в Москву с делегацией от патриарха Константинопольского Феолипта и был встречен там с большой честью. В Москве его называли Максимом Греком.

Первой большой работой Максима Грека в России был перевод Толковой Псалтири вместе с русскими переводчиками и писцами Дмитрием Герасимовым и Власом Игнатовым, который был одобрен русским духовенством и великим князем. Василий III отклонил его просьбу вернуться домой и Максим продолжал переводить и позже создал княжескую библиотеку и исправил книги для богослужения.

Наблюдая "дефекты" и социальную несправедливость русской жизни, которая противоречила его христианским идеалам, Максим Грек начал критиковать власти. Относительно вопроса монашеских состояний, которые уже разделили всё русское духовенство на два непримиримых лагеря, Максим Грек стал на сторону Нила Сорского и его старцев ("нестяжателей"). Это сделало его одним из худших врагов "иосифлян", которые поддерживали право монастырей иметь землю.

Максим Грек и его последователи, осуждая недостатки внутренней и внешней политики России, критиковали образ жизни части русского духовенства ("стяжателей"), систему поддержки местных властей, "дойку" крестьян, и особенно ростовщичество в церкви.

Такая позиция вызвала враждебность к нему митрополита Даниила, а отрицательное отношение Грека к намерению Василия разводиться со своей женой решили его судьбу. Поместный собор 1525 года обвинил Максима Грека в ереси, в сношениях с турецким правительством; он был отлучён от причастия и заточён в Иосифо-Волоцкий монастырь. Условия заточения были очень суровы.

В 1531 он был вторично вызван на Собор, где ему были предъявлены новые обвинения, в частности, в "порче" богослужебных книг. Максима сослали в Тверской Отроч монастырь под надзор Тверского епископа Акакия, который весьма уважал его и предоставил возможность читать и писать. Только в 1541 ему было разрешено причащаться Святых Тайн.

Отрицательное отношение Максима Грека к русской автокефалии также стало одним из пунктов обвинения на судах 1525 и 1531 годов. На суде преподобный Максим подтвердил своё отрицательное отношение к русской автокефалии.

В 1551 или 1547, после неоднократных обращений Восточных Патриархов и митрополита Макария, Максима Грека перевели на покой в Троице-Сергиев монастырь, где он скончался 21.01.1556 в день памяти своего небесного покровителя преподобного Максима Исповедника. Святитель Макарий внёс часть его поучений в Великие Четьи-Минеи (жития святых на каждый день, святоотеческие поучения и апокрифы).

6.06.1988 он был канонизирован на Поместном Соборе Русской православной церкви в лике преподобных.


Глинский, Михаил Львович (ум. в 1534).

Происходил родом от татарского мурзы, прибывшего из Орды к великому князю Литовскому Витовту.

Служил в войске Альбрехта Саксонского, у Максимилиана I в Италии, где принял католицизм, был и в Испании.

Возвратясь в Литву, он в 1499 стал маршалком двора великого князя Литовского Александра, который постоянно обращался к нему за советами. Его богатство и влияние при дворе вызвали подозрение и ненависть к нему литовской знати.

Победы Михаила Глинского над крымскими татарами только усиливали зависть и ненависть к нему. Вскоре Александр, ставший королём Польши, скончался, и Глинский, вследствие интриг литовских вельмож, был отстранён от двора нового короля, Сигизмунда I.

Тогда Глинский заключил формальный договор с Москвой и в начале 1508 вместе с братьями Иваном и Василием открыто поднял знамя бунта, опустошил слуцкие и копыльские волости и взял Мозырь. Вместе с московскими воеводами он осадил Минск. Их отряды были посланы к Вильне, Смоленску, Бобруйску.

Вскоре между королём Сигизмундом I и великим князем Московским Василием III был заключён мир, поставивший Глинских в положение изгнанников. Они лишились своих владений в Литве и выехали со своими сторонниками в Москву. Михаилу Глинскому дано было два города: Ярославец и Боровск.

Когда между Москвой и Литвой в 1512 вновь вспыхнула война, Михаил Глинский был одним из воевод Большого полка. После взятия Смоленска Глинский надеялся получить этот город от великого князя, но тщетно. Тогда он попытался перебежать к Сигизмунду, но был схвачен и отправлен к великому князю. Его заковали в цепи и отправили в Москву, и только ходатайство посла Максимилиана I спасло его от плахи.

В 1526 Василий III женился на племяннице Михаила, Елене Васильевне Глинской, которая выхлопотала дяде свободу.

В 1530 Глинский командовал конницей под Казанью, в 1533 он был около Волоколамска при государе, заболевшем во время охоты.

После смерти Василия III во время малолетства Иоанна IV дела решались верховной думой, в составе которой наиболее влиятельными были Михаил Глинский и конюший боярин Иван фёдорович Овчина-Телепнев-Оболенский, любимец Елены Глинской. Но Михаил стал упрекать племянницу в неприличии её отношений с Оболенским. Вследствие этого его обвинили в замыслах захватить власть; он был заключён в темницу, где и умер в 1534.


Адашев, Алексей Фёдорович (ум.1561).

Впервые Адашев упоминается в 1547 на царской свадьбе Иоанна IV с Анастасией в должности "ложничего" и "мовника", то есть он стелил брачную постель государя и сопровождал новобрачного в баню. Фамилия Адашев происходит от татарского слова "адаш" (тёзка).

Большим влиянием на царя Адашев стал пользоваться вместе со знаменитым священником Благовещенского собора Сильвестром после страшных московских пожаров (в апреле и в июне 1547) и убийства возмутившимся народом царского дяди князя Юрия Глинского.

С этого времени царь, нерасположенный к знатным боярам, приблизил к себе двух неродовитых, но лучших людей своего времени, Сильвестра и Адашева, найдя в них, а также в царице Анастасии и в митрополите Макарии, нравственную опору своей испорченной с детства натуры.

Время т.н. правления Сильвестра и Адашева было временем широкой и благотворной для государства деятельности правительства (созыв земского собора для утверждения судебника в 1550, созыв церковного собора Стоглава в 1551, покорение Казани в 1552 и Астрахани в 1556, дарование уставных грамот, определивших самостоятельные суды общин).

В 1550 Иоанн IV пожаловал Адашева в окольничие, поручив принимать и разбирать челобитные от бедных и обиженных.

На дипломатическом поприще Адашев вёл переговы с казанским царём Шиг-Алеем (1551 и 1552) — ногайцами (1553) — Ливонией (1554, 1557, 1558) — Польшей (1558, 1560) и Данией (1559).

Значение Сильвестра и Адашева при дворе создало им много врагов, из которых главными были Захарьины-Романовы, родственники царицы Анастасии, которые воспользовались неблагоприятними для Адашева обстоятельствами во время болезни царя в 1553 (отец Алексея, окольничий Фёдор Адашев отказался присягать Димитрию, не желая повиноваться Романовым, которые станут управлять за малолетнего сына царя).

После выздоровления царь несколько изменил своё отношение к Сильвестру и Адашеву. Они потеряли расположение и царицы Анастасии, которая могла подозревать их в нежелании видеть на престоле её сына. Царевич утонул во время поездки царя в Кириллов монастырь; тем самым исполнилось предсказание Максима Грека, переданное царю Адашевым.

Болезненная подозрительность Иоанна IV, усиливаемая наговорами людей, враждебных партии Сильвестра и Адашева, постепенно привели к полному разрыву царя с его прежними советниками.

В мае 1560 Адашев отправился в почётную ссылку в Ливонию 3-м воеводой Большого полка, предводимого князем Мстиславским и Морозовым. После смерти царицы Анастасии (7.08.1560) царь приказал перевести Адашева в Дерпт и посадить под стражу. Здесь Адашев заболел горячкой и через два месяца скончался. Естественная смерть спасла его от царской расправы, так как в ближайшие годы все родственники Адашева были казнены.


Митрополит Филипп — Колычёв, Фёдор Степанович (1507-1569).

Родился 11.02.1507. Фёдор принадлежал к младшей ветви боярского рода Колычёвых. Его отец Степан Иванович (по прозванию Стенстур) готовил сына к государевой службе.

Фёдор служил при дворе Елены Глинской. В 1537 родственники Фёдора встали на сторону князя Андрея Ивановича Старицкого, поднявшего в Новгороде бунт против Елены Глинской. Род Колычевых подвергся опале: дядя Фёдора попал в тюрьму, его троюродные братья Андрей Иванович и Гаврила Владимирович были биты кнутом и казнены.

Фёдор тайно покинул Москву и отправился на север, в Соловецкий монастырь, где был принят послушником и принял постриг в монашество с именем Филипп. В 1548 Филипп был избран игуменом и возведён в сан новгородским архиепископом Феодосием.

Филипп проявил себя как грамотный хозяйственный администратор: утроил сеть каналов между многочисленными озёрами на острове, поставил на них мельницы, на островах и в поморских вотчинах возвёл новые хозяйственные и промышленные сооружения, ввёл механические усовершенствования в монастырские промыслы. При нём Соловецкий монастырь стал промышленным и культурным центром Северного Поморья. В период игуменства Филиппа заметно увечились пожертвования в Соловецкий монастырь от царя и частных лиц.

Игумен Филипп был участником Стоглавого собора 1551 года, стал вновь лично известен царю (на момент, когда Филипп покинул Москву, тому было 8 лет) — получил от него после Собора богатое церковное облачение и подтверждение монастырских налоговых льгот. В 1560 в монастырь Филиппа был заточён видный деятель т.н. "избранной Рады" Сильвестр.

После того, как кандидат в московские митрополиты казанский архиепископ Герман, выразивший несогласие с политикой Иоанна Грозного, попал в опалу, занять престол Московской митрополии предложили соловецкому игумену Филиппу. Царь вызвал его в Москву, и на соборе епископов 25.07.1566 он был хиротонисан в митрополита Московского и всея Руси.

Первые полтора года святительства Филипп не требовал от царя отмены опричнины, однако был ходатаем перед Иваном за опальных (печаловался) — пытался своими наставлениями смягчить его свирепость. В Москве Филипп построил церковь святых Зосимы и Савватия, способствовал развитию книгопечатания.

Вернувшись зимой 1568 из первого ливонского похода, царь начал новую волну террора. Причиной послужили перехваченные письма к московским боярам польского короля Сигизмунда и гетмана Ходкевича с предложением перейти в Литву. Начались массовые казни. Филипп активно выступил против опричного террора.

Первое открытое столкновение митрополита с царём произошло 22.03.1568 в Успенском соборе Кремля, когда митриполит обратился к царю с обличительной речью. Царь после речи митрополита вскипел гневом. На следующий день начались новые казни. Бояр и служилых людей митрополичьего двора подвергли пыткам с целью выбить показания о замыслах Филиппа против царя. В знак протеста Филипп покинул свою резиденцию в Кремле, переехав в один из московских монастырей.

По указанию Иоанна Грозного в Соловецкий монастырь была направлена следственная комиссия для сбора обличительного материала против митрополита Филиппа. 4.11.1568 в Успенском соборе Кремля собор епископов лишил Филиппа митрополичьего сана. Опричники сняли с Филиппа святительское облачение, одели в разодранную монашескую рясу и поместили под арест в Богоявленский монастырь.

Спустя несколько дней Филипп был осуждён на вечное заключение. По указанию царя ноги митрополита были забиты в деревянные колодки, руки заковали в железные кандалы. Вскоре Филипп был сослан в отдалённый Отроч-Успенский монастырь в Твери. Несколько человек из рода Колычёвых царь казнил.

Во время новгородского похода в 1569 царь направил в монастырь к Филиппу Малюту Скуратова попросить благословения на поход. Получив отказ 23.12.1569 Малюта Скуратов задушил Филиппа.

В 1652 по инициативе патриарха Никона мощи Филиппа были перенесены в Москву и он был канонизирован православной церковью как святитель Филипп Московский.


Сильвестр (ум. ок.1566)

Протопоп, политический деятель и писатель. Был священником в Новгороде, с 1540 в Благовещенском соборе Московского Кремля. Был связан с митрополитом Макарием.

Сильвестр появился в Москве в 1547 во время московского пожара и последовавшего после него бунта. По воспоминаниям Курбского, он произнёс перед юным царём Иоанном IV речь, в которой представил печальное положение Московской земли, указывая, что причиной всех несчастий пороки царя. В довершение всего Сильвестр поразил малодушного Иоанна какими-то чудесами и знамениями. Царь начал каяться, плакать и дал обещание с этих пор во всём слушаться своего наставника.

Сильвестр и Адашев подобрали кружок людей, более других отличавшихся широким взглядом и любовью к общему делу. То были люди знатных родов: Дмитрий Курлятев-Оболенский, Андрей Курбский, Владимир Воротынский, Никита Одоевский, Серебряный-Оболенский, Александр Шуйский-Горбатый, Иван Шереметев, митрополит Макарий и другие. Этот кружок Курбский называл "избранной радой". Вождём её являлся Сильвестр.

Без совещания с этими людьми Иоанн не только ничего не устраивал, но даже не смел мыслить. Сильвестр до такой степени взял над ним власть, что царь не делал шагу, не спросившись у него совета; Сильвестр вмешивался даже в его супружеские отношения.

В 1553 во время тяжёлой болезни царя Сильвестр был близок к двоюродному брату царя князю Владимиру Старицкому, который мог претендовать на престол.

После выздоровления царь охладел к Сильвестру, а в 1560 после появления слухов о его причастности к смерти царицы Анастасии сослал его в Соловецкий монастырь, а оттуда в Кирилло-Белозерский, где Сильвестр принял монашеский постриг под именем Спиридона. Остаток жизни он провёл в северных монастырях, исповедуя философию нестяжательства.

Известны два послания Сильвестра к Шуйскому-Горбатому. Ему же приписывается авторство или окончательная редакция "Домостроя". Кроме того, Сильвестр написал житие Св. Ольги. Он собирал рукописные книги, покровительствовал иконописцам и другим деятелям искусства.


Бельский, Григорий Лукьянович — Малюта Скуратов (ум. в 1573).

Прозвище "Малюта" Григорий получил за свой небольшой рост. "Скурат" было прозвище его отца. Выходец из среды провинциального дворянства, он довольно медленно поднимался в системе государственного управления и первое время был больше на второстепенных ролях. В 1567 в походе на Ливонию он занимал должность "головы" (сотника) в опричном войске.

Григорий не стоял у истоков опричнины, в которую он был принят на самый низший пост параклисиарха (пономарь). Когда опричное войско начало "истреблять крамолу", преимущественно в боярской среде, Малюта Скуратов выдвинулся в число самых приближённых к Иоанну Грозному опричников.

Малюта возглавил опричное сыскное ведомство. В 1569 царь поручил ему арестовать своего двоюродного брата удельного князя Владимира Старицкого, который был претендентом на престол, "знаменем" для недовольных бояр, однако прямых доказательств измены Владимира Старицкого не было.

Малюта Скуратов, возгавив следствие, добился признания царского повара по прозвищу Молява, который признался, что Владимир Старицкий поручил ему отравить царя. У повара был найден порошок, объявленный ядом, и крупная сумма денег, якобы переданная ему Старицким. Сам Молява не дожил до конца процесса.

В обязанности Малюты Скуратова входила организация тотальной слежки за неблагонадёжными и выслушивание "изветчиков". Главным средством дознания опричных следователей была пытка. Казни следовали одна за другой.

В конце 1569 Малюта получил "извет" от одного бродяги о том, что новгородский архиепископ Пимен и бояре желают "Новгород и Псков отдати литовскому королю, а царя и великого князя всея Руси Иоанна Васильевича злым умышленьем извести". В доказательство бродяга представил подложную грамоту, якобы подписанную архиепископом. В ответ была организована карательная экспедиция на Новгород Великий.

Во время похода на Новгород в декабре 1569 царь посетил Тверской монастырь, где находился в заключении митрополит Филипп. Царь попросил у митрополита благословления, но получив отказ, приказал Малюте Скуратову задушить митрополита.

2.01.1570 армия опричников окружила Новгород. Царь приказал схватить архиепископа Пимена, чья подпись стояла под злосчастной грамотой, и учинил суд над знатнейшими людьми города. Малюта Скуратов вёл дознание с неслыханной жестокостью. Всех схваченных раздели донага, привязали к саням, протащили по мёрзлой земле и скинули в Волхов. То же проделали с их жёнами и детьми. Всего в ходе репрессий в Новгороде погибло 10-15 тыс. человек, при общем населении Новгорода в 30 тыс.

К 1570 опричнина стала хорошо организованной вооружённой структурой, которая в любой момент могла выйти из повиновения. Малюта Скуратов сыграл главную роль в её ликвидации. После "новгородского дела" было проведено следствие против руководителей опричнины Алексея и Фёдора Басмановых, Афанасия Вяземского и др. 25.06.1570 на Красную площадь было выведено на казнь 300 человек. Прямо на эшафоте царь помиловал 184 человек, 116 велел замучить. Начал казнь Малюта Скуратов, отрезавший ухо у одного из главных обвиняемых — думного дьяка Ивана Висковатого, руководителя Посольского приказа, хранителя государственной печати.

В 1571 Иоанн Грозный, после смерти второй жены, Марии Темрюковны, выбрал себе новую невесту — Марфу Собакину, дальнюю родственницу Скуратова. Родство с царём было бы самым ценным вознаграждением за службу. Однако Марфа умерла, так и не став женой царя.

В 1571 после проведённого Малютой следствия о причинах успеха разорительного набега Девлет-Гирея весной 1571, в ходе которого была сожжена Москва, были казнены глава опричной Думы князь Михаил Черкасский и трое опричных воевод. В 1572 опричное войско было распущено. Царским указом было запрещено употреблять само слово "опричнина" — провинившихся били кнутом.

В начале 1570-х по поручению царя Григорий Бельский вёл важные переговоры с Крымом и Литвой. Весной 1572, в ходе Ливонской войны, Иоанн Грозный предпринял поход против шведов, в котором Малюта Скуратов занимал должность дворового воеводы, командуя государевым полком. 1.01.1573 Малюта Скуратов погиб в бою, лично возглавив штурм крепости Вейсенштейн (Пайде).

После смерти Малюты Скуратова его родственники продолжали пользоваться царскими милостями, а его вдова получала пожизненную пенсию. Трёх своих дочерей глава "тайной полиции" пристроил весьма удачно. На старшей женился князь Иван Глинский, двоюродный брат царя. Средняя дочь Мария вышла замуж за боярина Бориса Годунова и стала впоследствии царицей. Младшая, Екатерина, была выдана за князя Дмитрия Ивановича Шуйского, брата Василия Шуйского, ставшего впоследствии царём. Князь Дмитрий Шуйский считался наследником престола, поэтому Екатерина также могла стать царицей.

Решительность и жестокость, с которыми Малюта выполнял все поручения царя, вызывали гнев и осуждение у окружающих. Образ послушного и бездушного исполнителя бесчеловечных приказов царя раскрыт в исторических песнях русского народа, на века сохранившего в своей памяти имя палача и душегуба Малюты Скуратова.


Воротынский, Михаил Иванович (ум. в 1573).

Михаил Воротынский являлся Рюриковичем в XXI колене и вторым сыном удельного князя и московского боярина Ивана Михайловича Воротынского.

В 1534 Иван Воротынский вместе со своими тремя сыновьями был арестован, лишён своего удела и отправлен в ссылку на Белоозеро. После смерти отца Михаил был выпущен на свободу и получил треть его удела.

Впоследствии Михаил Воротынский стал одним из приближённых царя Иоанн Грозного. Из-за своих обширных земельных владений на юге государства и связанных с ними организационных и мобилизационных возможностей он нёс военную службу, в основном, на южном направлении. Возглавлял русские войска в противостоянии с Крымским ханством, руководил строительством оборонительных сооружений.

Знатность рода давала князю в местнической системе значительные преимущества и способствовала его военной карьере. В 1542 с отрядом из Одоева он преследовал отступающих крымцев, догнав и разбив их на Куликовом поле. В 1543 Воротынский был назначен первым воеводой в Белёве, а в 1544 — вторым воеводой Большого полка на береговой службе и наместником в Калуге.

Осенью того же года из-за местнического спора трёх князей, оборонявших южный рубеж — Петра Щенятева, Константина Курлятева и Михаила Воротынского — войску крымского "царевича" Имин-Гирея удалось разорить окрестности Белёва и Одоева, пленив многих жителей. Из-за этого Воротынского направили на воеводство в отдалённый Васильсурск.

Во время Казанских походов Михаил Воротынский был одним из командующих. В 1547 он был воеводой полка правой руки, в 1549 — воеводой левой руки в Ярославле, в 1552 — вторым воеводой Большого полка. Именно взятие Казани принесло Воротынскому всеобщую известность и славу. 26.08.1552 он руководил частью Большого полка, который под интенсивным огнём казанцев подкатывал к городской стене туры — осадные укрепления в виде башенок. Людям Воротынского удалось отразить вылазку из города, предпринятую оборонявшимися.

Подкатив туры на необходимое расстояние, Воротынский приказал рыть вокруг них окопы и оборонял захваченные позиции всю последующую ночь, в течение которой казанцы не раз совершали вылазки. Впоследствии, на позициях Воротынского русские войска установили артиллерию, которая наносила городу серьёзный урон, а военный инженер дьяк Иван Выродков соорудил 13-метровую передвижную башню. Когда казанцы совершили ещё одну крупную вылазку, завязался тяжёлый бой, в ходе которого Воротынский был легко ранен. Однако и эту атаку удалось отбить.

30 сентября, когда русские подорвали мины и разрушили большой участок городской стены, Воротынский участвовал в приступе Арских ворот и захватил участок стены, на котором со своими людьми удерживался два дня. Генерального приступа не последовало, основное русское войско лишь готовилось к нему, пока казанцы вновь укреплялись в городе. За это время Воротынский с помощью немецкого "розмысла" (инженера) вывел подкоп под позицию неприятеля и взорвал её с помощью 48 бочек пороха. Когда же начался генеральный приступ, Воротынский со своим полком был в самой гуще событий.

После взятия города Воротынский получил почётное задание возглавлять ту часть русской армии, которой возвращалась в Москву "полем" (то есть по суше, а не по воде), а за воинские заслуги при осаде и боях на улицах города был включён в состав Ближней думы царя.

После непродолжительного пребывания на крымской украине, в 1553—1555 годах Воротынский находится на воеводстве в Свияжске, который тогда рассматривался ключевой стратегической крепостью для контроля над Казанью. В это время здесь разыгралась Первая черемисская война. В последующие годы он принимал участие в обороне Русского государства на южных рубежах от крымско-ногайских набегов. В 1559 после крупного крымско-ногайского набега на украинные земли преследовал неприятеля до Северского Донца, однако отбить полон по большому счёту не смог.

В 1562 Воротынский со своим младшим братом Александром навлекли на себя царскую опалу. Их имущество было конфисковано, а Михаил Воротынский с семьёй был сослан в тюрьму в Белоозеро. Вероятной причиной была нерасторопность Воротынского при отражении набега Девлет-гирея на Мценск. Воротынского заподозрили в сговоре с ханом, тем более, что на его собственные владения набегов уже давно не наблюдалось. По другой версии, Воротынского наказали за близость к опальным князьям Вишневецкому, Бельскому и Адашеву.

В 1565 воевода был прощён. Ему был возвращёны его земельные владения, за исключением Новосиля, который был включён в опричнину. Воротынский был поставлен во главе Большого полка в Туле, а в знак примирения царь пожаловал ему боярский титул. Вместе с князьями Иваном Мстиславским и Иваном Бельским Воротынский руководил Боярской думой перед Земским собором. В 1568—1569 годах он отражал поход крымцев на Рязань.

В 1570—1571 годах Воротынский подготовил "Боярский приговор о станичной и сторожевой службе", который был утверждён Боярской думой 16.02.1571. Этот документ считается первым уставом пограничных войск России. Необходимость регламентирования сторожевой службы была вызвана нехваткой кадров из-за оттока боеспособных частей на ливонский театр боевых действий. Устав определял сроки и смены службы, жалование и другие подробности, а за самовольное оставление службы при нападении неприятеля предусматривал смертную казнь.

В 1571 хан Девлет Гирей предпринял новый разорительный набег на Москву. Негативно сказались малочисленность русского войска, отсутствие единоначалия, распри между земщиной и опричниной, а также, по-видимому, измена отдельных дворян, затронутых опричными репрессиями. Князь Воротынский руководил земским передовым полком, участвовавшим в обороне столицы. После гибели остальных полков он не мог полноценно противостоять армии Девлет Гирея и по мере сил вёл бои с отдельными крымскими грабительскими отрядами, преследуя их и отбивая полон.

После разорения Москвы Воротынский остался старшим из земских воевод, поскольку Бельский погиб, а Мстиславского представили народу как главного виновника трагедии. На следующий год Девлет-Гирей намеревался совершить новый поход, чтобы подчинить ослабленное Русское государство и возобновить систему зависимости наподобие золотоордынскому игу. Воротынскому было поручено организовать оборону на Оке. При этом в его распоряжении было сильно поредевшее войско.

Орда Девлет-Гирея, явившаяся в июле 1572, как минимум, в два раза превосходила русское войско. Крымцы не смогли пересечь Оку, где их поджидало основное войско Воротынского, и они обошли его стороной и устремились к Москве. Воротынский погнался за ним, настиг в 50 верстах от Москвы, на берегу реки Лопасни, и в битве при Молодях разбил его наголову.

Победа при Молодях распространила славу о Воротынском по всей Руси. Царь вернул ему родовую вотчину — город Перемышль, конфискованный в 1563 и включённый в опричный удел. Также полководцу был возвращён высший титул "слуги и боярина". Весной 1573 Воротынский снова был назначен командующим ратью, стоявшей на Оке против крымских татар, однако, служба ещё не успела закончиться, как государь наложил на него свою опалу и велел из Серпухова ехать к Москве.

Оказалось, что беглый слуга Михаила Ивановича, уличённый в разбое, явился к царю с доносом на своего господина, обвиняя его в чародействе и в умысле извести царя. Последний тотчас же приказал сковать Михаила Ивановича и пытать. Связанного его положили между двумя горящими кострами. Обгорелого, но ещё живого, его повезли в заточение в Кирилло-Белозерский монастырь, но по дороге он умер 12.06.1573.


Курбский, Андрей Михайлович (1528-1583).

Происходил из смоленско-ярославской линии Рюриковичей, что владела селом Курба на Ярославщине. Курбские служили в основном воеводами: члены рода покоряли племена хантов и манси на Северном Урале. Князья Курбские часто поддерживали оппозицию правящему режиму. Они поддерживали в борьбе за престол не Василия III, а Дмитрия, внука Иоанна III, сына Ивана Ивановича Молодого и Елены Волошанки, чем заслужили нелюбовь московских правителей.

Андрей был старшим сыном московского воеводы, князя Михаила Михайловича Курбского (ум. 1546) и Марии Михайловны, дочери боярина Михаила Васильевича Тучкова-Морозова.

В 1549 21-летний князь Андрей в звании стольника участвовал во втором походе царя Иоанна Грозного на Казанское ханство. Во время похода Андрей Курбский служил в есаулах вместе со своим родственником Никитой Романовичем Юрьевым. Вскоре после возвращения из казанского похода князь был отправлен на воеводство в Пронск, где охранял юго-восточные границы от татарских набегов.

В 1551 он вместе с князем Петром Щенятевым командовал полком правой руки, стоявшим на берегу Оки, ожидая нападения крымских и казанских татар.

В 1552 Иоанн Грозный с большой армией выступил в новый поход на Казанское ханство. Получив по пути к Коломне известие, что крымский хан Девлет-Гирей с войском вторгся в южнорусские земли и осадил Тулу, царь приказал своим воеводам Андрею Курбскому и Петру Щенятеву выступить на помощь тульскому гарнизону. При приближении русских воевод хан снял осаду и бежал в степи. Курбский и Щенятев догнали крымцев на берегу реки Шивороны вблизи Дедославля, разбили их, отняли многих пленных и взяли ханский обоз. В этой битве Андрей Курбский получил тяжёлые раны в голову, плечи и руки, что не помешало ему, однако, через восемь дней снова выступить в поход через Рязанскую землю и Мещеру, прикрывая собой движение царя к Казани от нападения ногайцев.

В решительном приступе к Казани 2.10.1552 Андрей Курбский с частью полка правой руки наступал на Елбугины ворота, а Петру Щенятеву, велено было подкреплять его. Татары подпустили русских к самой крепостной стене и тогда стали лить на их головы кипящую смолу, бросать брёвна, камни и стрелы. После упорного и кровопролитного боя татары были опрокинуты со стен; войска большого полка ворвались через проломы в город и вступили в ожесточённую битву на улицах. Во время ппреследования татар, вырвавшихся из города, Андрей Курбский трижды врезывался в ряды отступавших, а в четвёртый раз и конь, и всадник, сильно раненные, повалились на землю. Князь остался жив только благодаря бывшей на нём кольчуге.

В это время Курбский был одним из самых близких к царю Иоанну Грозному людей. Он входил в Избранную раду, где сблизился он с партией Сильвестра и Адашева. В начале 1554 Андрей Курбский вместе с воеводами Иваном Васильевичем Шереметевым (Большим) и князем Семёном Ивановичем Микулинским подавили мятеж черемисов и татар. За это царь наградил воевод золотыми шейными гривнами со своим изображением. В 1556 Андрей Курбский вместе с князем Фёдором Ивановичем Троекуровым усмирил восставших луговых черемис. В этом же году Андрей Курбский был пожалован царём в бояре.

Во время начавшейся Ливонской войны Андрей Курбский и Пётр Головин командовали сторожевым полком. В течение целого месяца они опустошали Ливонию и возвратились с большим количеством пленных и богатой добычей. После этого Ливонский орден предложил начать переговоры о мире, но царь не согласился даже на перемирие.

Весной 1558 Андрей Курбский, командуя передовым полком участвовал во взятии Нейгауза, а затем участвовал в осаде Дерпта, в котором затворился сам дерптский епископ. 18 июля были подписаны условия сдачи, а на следующий день русские заняли укрепления города. Весной 1559 Андрей Курбский был послан на южную границу, которой вновь угрожали крымские татары. В августе, когда крымская угроза миновала, войска были распущены по домам, и Курбский вернулся в Москву.

Когда начались неудачи в Ливонии, в 1560 царь поставил во главе ливонского войска Курбского, который вскоре одержал над рыцарями и поляками ряд побед, после чего был воеводой в Юрьеве. В том же году Андрей Курбский с передовым полком ходил под Венден и разбил литовский отряд под командованием князя Полубенского, посланный против него лифляндским гетманом Яном Ходкевичем. Сражение Курбского с Полубенским стало первым столкновением между русским и польско-литовским государствами из-за прав на обладание Ливонией.

В это время уже начались преследования и казни сторонников Сильвестра и Адашева и побеги опальных или угрожаемых царской опалой в Литву. Хотя за Курбским никакой вины, кроме сочувствия павшим правителям, не было, он имел полное основание думать, что и его не минует жестокая опала. Король Сигизмунд-Август и польские вельможи уговаривали Курбского перейти на их сторону, обещая ласковый приём.

Опасаясь опалы, 30.04.1564 Курбский бежал в Литву, бросив свою семью на произвол судьбы. Мать, жена и сын Курбского умерли в заточении. На службу к Сигизмунду Курбский явился с целой толпой приверженцев и слуг, и был пожалован несколькими имениями, которыми управлял через своих урядников из москвитян.

Уже в сентябре 1564 Курбский воевал против Москвы, возглавляя одну из польских армий. Поскольку он прекрасно знал систему обороны западных рубежей, при его участии польские войска неоднократно устраивали засады на русские отряды либо, обойдя заставы, безнаказанно грабили земли, угоняя множество людей в рабство.

В октябре 1564 Андрей Курбский принял участие в осаде города Полоцка, недавно завоёванного Иоанном Грозным. Зимой 1565, будучи одним из командиров литовской армии, он участвовал в опустошении и разграблении Великолуцкой области. Осенью 1579 Андрей Курбский участвовал в походе на Полоцк Стефана Батория.

Курбский быстро ассимилировался с польско-литовскими магнатами и по отзывам современником "между буйными оказался не самым смиренным". Он воевал с Александром Чарторыйским, Андреем Вишневецким и другими панами, захватывая силой их имения. Королевских посланцев, пытавшихся утихомирить князя, Курбский бранил "непристойными московскими словами"; его урядники, надеясь на его защиту, вымучивали деньги от евреев и пр.

В 1564-1579 Курбский направил 4 послания Иоанну Грозному, составившие их знаменитую переписку. В этой переписке был затронут широкий круг социально-политических проблем, при этом царь и Курбский расходились в оценке проблем и путей развития государства. Иоанн Грозный высказывался за неограниченную власть царя (самодержавия), а Андрей Курбский — за повышение роли знати в управлении государством ("ограниченной монархии"). Значительное место в этой переписке занимали также вопросы церковно-политического характера.

Умер Андрей Курбский в мае 1583 года. Мнения о нём, как политическом деятеле и человеке, диаметрально противоположны. Одни видят в нём узкого консерватора, человека крайне ограниченного, но самомнительного, сторонника боярской крамолы и противника единодержавия. По убеждению других, Курбский — умный, честный и искренний человек, всегда стоявший на стороне добра и правды. Его называют первым русским диссидентом.


Гермоген (ок.1530-1612).

Родился около 1530 в семье донских казаков. До принятия сана носил имя — Ермолай. Ещё подростком он ушёл в Казань и поступил в Спасо-Преображенский монастырь. Позднее он был священником в Казани при Гостинодворской церкви святителя Николая Чудотворца.

В 1579 совершилось явление чудотворной Казанской иконы Божией Матери. Гермоген, с благословения Казанского архиерея Иеремии, перенёс новоявленную икону с места обретения в церковь, где служил священником.

В 1587, после смерти жены, Гермоген постригся в монахи в Чудовом монастыре в Москве, а 13(23).05.1589 он был "хиротонисан во епископа" и стал первым Казанским митрополитом. Гермоген сохранял твёрдость в вопросах веры и активно занимался христианизацией татар и других народов бывшего Казанского ханства. Практиковалась и такая мера: новокрещёные народы переселяли в русские слободы, изолируя от общения с мусульманами.

Митрополита Гермогена хорошо знали в Москве. Он присутствовал во время избрания на царство Бориса Годунова, участвовал во всенародном молении при Борисе под Новодевичьим монастырем.

Лжедмитрий включил его в состав Боярской думы как известного и влиятельного человека. Но там Гермоген показал себя противником Лжедмитрия. Он выступил против избрания патриархом Игнатия и потребовал православного крещения Марины Мнишек. Лжедмитрий приказал исключить его из Думы и сослать в Казань. Однако приказ выполнить не успели в связи с убийством Лжедмитрия.

3(13).07.1606 в Москве Собором русских иерархов святитель Гермоген был поставлен патриархом Московским. Он был сторонником Василия Шуйского, поддерживал его в подавлении восстания южных городов, отчаянно противился его свержению.

Гермоген был ярым противником семибоярщины и пытался организовать выборы нового царя из русского рода. Скрепя сердце, согласился признать русским царём сына Сигизмунда, Владислава, при условии его православного крещения и вывода польских войск из России. После отказа поляков от выполнения этих условий, Гермоген стал писать воззвания к Русскому народу, призывая его на борьбу.

В конце 1610, находясь под домашним арестом, он начал рассылать по городам грамоты с призвом к восстанию против польских оккупантов и благословил оба ополчения, призванные освободить Москву от поляков.

Когда в 1611 русское ополчение подошло к Москве и начало осаду Кремля, осаждённые в Кремле поляки не раз посылали к Патриарху с требованием, чтобы он приказал русским ополченцам отойти от города, угрожая ему при этом смертной казнью. Уже из заточения Гермоген обратился с последним посланием к русскому народу, благословляя освободительную войну против завоевателей. 17(27).02.1612, не дождавшись освобождения Москвы, он умер от голода.


Патриарх Филарет — Романов, Фёдор Никитич (ок.1554-1633).

В ранние годы Фёдор Романов не помышлял о монашестве и духовной карьере. Боярин (c 1586) — один из первых щёголей в Москве, сын влиятельного Никиты Захарьина-Юрьева, племянник царицы Анастасии, первой жены Иоанна Грозного, он считался возможным соперником Бориса Годунова в борьбе за власть после смерти в 1598 Фёдора Иоанновича.

В 1590-е Фёдор Романов занимал ряд государственных и военных постов: был псковским наместником, участвовал в переговорах с послом императора Рудольфа II, служил воеводой в ряде полков.

Вместе с другими Романовыми, подвергшимися опале при Борисе Годунове, который рассматривал их как своих соперников в притязаниях на московский престол, в 1600 Фёдор и его жена Ксения Ивановна Шестова были насильно пострижены в монахи под именами "Филарет" и "Марфа", что должно было лишить их прав на престол.

В 1605 Филарет был возвращён из Антониево-Сийского монастыря как "родственник" Лжедмитрия I и поставлен митрополитом Ростовским. Филарет остался в оппозиции свергнувшему Лжедмитрия Василию Шуйскому.

В октябре 1608 Филарет был захвачен в Ростове отрядом Лжедмитрия II и отправлен в Тушенский лагерь, где опять же как "родственник", был вынужден играть роль "нареченного патриарха" в Тушинском лагере нового самозванца. При этом он представлял себя перед врагами самозванца как его "пленник" и не настаивал на своём патриаршем сане.

В 1610 он был отбит ("отполонён") у тушинцев, и вскоре принял участие в свержении Василия Шуйского. Филарет стал активным сторонником "Семибоярщины". Как и патриарх Гермоген, он в принципе не возражал против избрания царём Владислава, сына польского короля Сигизмунда III, но требовал, чтобы тот принял православие.

В сентябре 1610 Филарет возглавил "Великое посольство" под Смоленск, осаждённый польскими войсками, для согласования условий воцарения на русском престоле королевича Владислава. За отказ санкционировать условия договора он был арестован поляками и до сентября 1619 был в плену в Польше.

Его единственный сын (ещё 4 сына умерли в младенчестве) — Михаил Романов, после окончания Смутного времени 21.02(3.03).1613 был избран царём.

1.06.1619 в соответствии с условиями Деулинского перемирия (1[11].12.1618) Филарет был освобождён (в порядке обмена пленными) и был торжественно встречен сыном. 24.06)(4.07).1619 состоялась его интронизация по чину Московского Патриарха.

Будучи родителем государя, фактически неспособного к правлению, Филарет до конца жизни официально был его соправителем с титулом "Великий государь" и фактически руководил московской политикой. Государственные грамоты того времени писались от имени царя и патриарха.

Филарет уделял большое внимание печатанию книг и исправлению ошибок в текстах древних рукописей, для чего привлекались самые образованные справщики, которые обязаны были сверять тексты с древними славянскими рукописями, а иногда прибегали к греческим источникам.

Управление патриаршим двором Филарет стремился устроить по образцу государева двора. Был создан новый класс патриарших дворян и боярских детей, получавших за службу поместные оклады. 20.05.1625 Филарет на правах государя издал царский указ, по которому патриарх получал право судить и ведать духовное и крестьянское население патриаршей области во всяких делах, кроме татьбы (воровства) и разбоя. Таким образом, при Филарете патриаршая область окончательно сложилась как государство в государстве.

В 1625 патриарху в дар от персидского шаха Аббаса I была передана часть Господней ризы, которая была поставлена в ковчеге в Успенском соборе. Эта православная святыня до сих пор хранится в Храме Христа Спасителя.

Умер Филарет 1(11).10.1633 и был похоронен в Успенском соборе.


Иван Болотников (1577-1642).

Иван Исаевич Болотников родился в 1565. Он был холопом князя Телятевского. Ещё в молодости он бежал от своего господина в степь к казакам, здесь попал в плен к крымским татарам и был продан в рабство туркам. Несколько лет Болотников провёл на галерах в качестве гребца-невольника. После неудачного для турок морского боя с христианскими кораблями он был освобождён немецким кораблём и направился в Венецию, где проживал в немецком торговом подворье Фондако деи Тедески. Отсюда, услышав рассказы об событиях на его родине, Болотников направился в Россию.

Через Венецию и Польшу Болотников добрался в Самбор, где познакомился с Лжедмитрием, который разыграл перед ним роль спасённого царя Димитрия и отправил с письмом к князю Григорию Шаховскому, назначив Болотникова воеводой. Тот явился в Новгород-Северский к путивльскому воеводе князю Шаховскому, утверждая, что видел царевича Димитрия.

С отрядом путивльского воеводы Болотников двинулся вглубь России, призывая к оружию холопов, обещая им волю и почести под знамёнами Димитрия. Крестьяне поднялись на помещиков, подчинённые против начальников, бедные на богатых. В городах заволновались посадские люди, в уездах крестьяне. Поднялись стрельцы, казаки. К Болотникову примыкали крестьяне и холопы, мордва, ополчение Истомы Пашкова, братья Захарий и Прокопий Ляпуновы и отряд вольницы из Литвы.

Воевод и дьяков вязали и отправляли в Путивль. Холопы разоряли дома господ, убивали мужчин, насиловали женщин и девиц. В Москве умножились подмётные письма, призывавшие народ восстать на царя Василия Шуйского за истинного, законного государя Димитрия Иоанновича.

Царь Василий Шуйский выслал против Болотникова князя Юрия Трубецкого, который в сентябре 1606 был разбит наголову под Кромами. Мятеж после победы Болотникова принял огромные размеры. Дворянин Истома Пашков возмутил Тулу, Венёв и Каширу, воевода Сунбулов и дворянин Прокофий Ляпунов подняли Рязанскую землю.

В пределах губерний Орловской, Калужской, Смоленской двадцать городов восстали против царя Василия Шуйского. В Нижегородской области поднялась мордва. В Вятской области чиновника, посланного царём для набора войска, встретили бранью. В Астрахани отложился воевода, князь Иван Хворостинин.

Болотников ещё раз разбил царские войска, уже под начальством князя Мстиславского, при селе Троицком, и 22.10.1606 стал в селе Коломенском. Здесь он построил острог, и стал рассылать по Москве и разным городам грамоты, возбуждая обделённых и бедноту против богатых и призывая целовать крест законному государю Дмитрию Ивановичу.

Ополчение Болотникова росло, из него выделялись отдельные отряды, преимущественно из холопов, которые своими набегами и разбоями держали столицу в осадном положении. Москвичи уже готовы были подчиниться Болотникову, прося только показать им царевича Дмитрия, и даже начали с ним переговоры. Но Дмитрий так и не явился. Многие стали выражать сомнение в существовании Дмитрия и переходили на сторону Шуйского.

В самом войске Болотникова произошел раскол. Между вождями возникли разногласия. Недовольные разгулом простонародья на сторону Шуйского перешли сначала Ляпуновы и Сунбулов. Шуйский тем временем основательно укрепил Москву и теперь принимал в своё войско ополченцев от переходивших на его сторону городов.

Против Болотникова выступил князь Скопин-Шуйский, племянник царя, и при Котлах разбил Болотникова, благодаря переходу на сторону царя во время боя Истомы Пашкова. После этого Болотников засел в Калуге, где он собрал до 10 000 беглецов и приготовился к обороне. В мае 1607 восставшим удалось разбить царские войска при обороне Калуги. После этого Болотниковым был начат второй поход на Москву.

Обойдя Каширу, восставшие встретились с правительственными войсками у реки Восьмы, где 5.06.1607 были разбиты воеводой Иваном Воротынским. Войско под предводительством Болотникова было отброшено к Туле. 30.06.1607 к Туле подступил Василий Шуйский с большим войском. В течение трёх месяцев Болотников руководил обороной Тулы. Шуйский приказал построить на реке Упе, протекающей рядом с кремлём, плотину, которая подтопила часть помещений кремля, в том числе те, в которых находились запасы продовольствия. 10.10.1607 Болотников и Шаховский, которых царь обещал помиловать, сдались.

Болотникова после допроса отправили в тюрьму в Каргополь. Здесь ему выкололи глаза, а затем утопили, как и многих его соратников. Князя Шаховского сослали на Кубенское озеро.


Пожарский, Дмитрий Михайлович (1577-1642).

Родился 17.10.1577. Дмитрий Пожарский являлся потомком великого князя Владимирского Всеволода Юрьевича Большое Гнездо, сына Юрия Долгорукого, основателя Москвы.

В 1593 в 15 лет Пожарский поступил на дворцовую службу. В начале царствования Бориса Годунова (1598) у Пожарского был придворный чин — "стряпчий с платьем". В 1602 Пожарский был пожалован царём в стольники, а его мать стала боярыней при дочери царя Ксении.

Когда после смерти Бориса Годунова к власти пришёл ставленник польского короля Сигизмунда III Лжедмитрий I, которому присягнула и Москва, и боярская дума, Пожарский продолжал находиться при дворе.

Когда 17(27).05.1606 самозванец был убит, царём стал Василий Шуйский, которому присягнул и Пожарский. Весной следующего года появился Лжедмитрий II, а с ним на русские земли вторглись полчища литовцев и поляков, которые занимались грабежом, разоряли русские города, сёла, деревни, церкви и монастыри. На борьбу против нового самозванца Шуйский отрядил князя Пожарского в качестве полкового воеводы. В 1607 Пожарский участвовал в подавлении восстания Ивана Болотникова.

В феврале 1609 Шуйский назначил Пожарского воеводой города Зарайск Рязанского уезда. В конце 1609 рязанский воевода Прокопий Ляпунов уговаривал Пожарского провозгласить царём боярина Скопина-Шуйского, но князь был верен присяге Василию Шуйскому и не поддался уговорам.

После смерти Скопина-Шуйского в апреле 1610 Ляпунов обратился к Пожарскому с предложением отомстить царю Шуйскому за смерть князя, но Пожарский снова остался верен присяге. В июле Шуйский был смещён, и власть перешла к боярской думе, началась т.н. "семибоярщина".

Князь Пожарский, в то время зарайский воевода, не признал решения Московских бояр призвать на российский трон сына Сигизмунда III, королевича Владислава. Не признали решения Семибоярщины и нижегородцы. В январе 1611 вместе с жителями Балахны они разослали призывные грамоты в Рязань, Кострому, Вологду, Галич и др. города, прося прислать в Нижний Новгород ополчение. Откликнулось много поволжских и сибирских городов.

Одновременно с нижегородцами собиралось ополчение и в Рязани под руководством рязанского воеводы Прокопия Ляпунова. К отряду Ляпунова примкнул со своими ратными людьми и зарайский воевода князь Пожарский. Первое Нижегородское ополчение под руководством нижегородского воеводы князя Репнина выступило на Москву в феврале 1611. К ним примкнули отряды ратников из Казани, Свияжска и Чебоксар.

19.05.1611 после подхода к Москве ополчений из Рязани и Нижнего Новгорода началось всеобщее восстание. Поляки оказались осаждёнными со всех сторон и подожгли город. Пожарский бился с поляками целый день, был тяжело ранен и вывезен из Москвы соратниками в Троице-Сергиев монастырь. Позднее он перебрался в своё родовое имение Юрино Нижегородского уезда.

Первое ополчение первоначально одержало победу, захватив Белый город. Однако вражда между дворянами под предводительством Прокопия Ляпунова и казаками (бывшими тушинцами) под предводительством Ивана Заруцкого сыграла в его судьбе роковую роль. После убийства казаками Ляпунова дворяне стали разбегаться и ополчение фактически утратило боеспособность и распалось, хотя остатки его под руководством Заруцкого и князя Дмитрия Трубецкого по-прежнему стояли под Москвой.

25.08.1611 в Нижнем Новгороде была получена грамота от патриарха Гермогена, который призвал нижегородцев к восстанию против поляков. По призыву земского старосты Кузьмы Минина было сформировано новое ополчение, руководить которым предложили Пожарскому.

Второе народное ополчение выступило из Нижнего в начале марта 1612. Его путь пролегал вдоль правого берега Волги. В Ярославле князь Пожарский чуть было не погиб от руки наёмных убийц, подосланных атаманом Заруцким.

21-24.08.1612 состоялось ожесточённое сражение ополченцев с поляками и войсками литовского гетмана Ходкевича, пришедшего на помощь полякам, и наголову разбили их. Сам Ходкевич с остатками своего войска ушёл в Польшу. Но ещё два месяца продолжалась борьба ополченцев с засевшими в Москве поляками.

Дмитрий Пожарский участвовал в Земском соборе, избравшем 21.02(3.03).1613 царём Михаила Романова. Во время миропомазания государя князь Пожарский нёс державу, что было большой честью.

Впоследствии Пожарский не играл такой важной роли, как можно было бы ожидать. Он не был ни особенно близким к государю советником, ни главным военачальником. Ему не поручали особенно важных государственных дел. По указанию царя он был направлен во главе большого войска на борьбу с отрядами Юзефа Лисовского, который осадил Брянск и взял Карачев. В 1617 Пожарский защищал Калугу, Боровск и столицу от войска королевича Владислава.

В 1619 царь поручил Пожарскому руководство Ямским приказом. В 1620 Пожарский был Новгородским воеводой и занимал эту должность до 1624, с 1624 по 1628 Пожарский был начальником Разбойного приказа, а с 1630 назначен начальником Поместного приказа. В 1636-1637 Пожарский состоял начальником Московского Судного приказа.

Умер Пожарский 20(30).04.1642. Его отличали справедливость и великодушие, скромность и честность в отношениях к людям и поступках, преданность государям российским и своему Отечеству, храбрость и способность к самопожертвованию.

К 200-летию изгнания польских интервентов из России в Москве на Красной площади был установлен памятник Минину и Пожарскому по проекту Ивана Мартоса. 20.02.1818 состоялось торжественное открытие памятника, который был первым крупным скульптурным памятником в Москве.


Скопин-Шуйский, Михаил Васильевич (1586-1610).

Родился 8(18).11.1586. Он был сыном крупного военного и административного деятеля эпохи Иоанна Грозного боярина князя Василия Фёдоровича Скопина-Шуйского. Рано потерявшему отца юному Скопину-Шуйскому стал покровительствовать его четвероюродный дядя, боярин Василий Иванович Шуйский, будущий царь. При Борисе Годунове Михаил был стольником. В 1605 Лжедимитрий I пожаловал ему чин "великого мечника" и поручил привезти в Москву инокиню Марфу (Марию Нагую), признавшую Лжедмитрия I за своего сына.

При Василии Шуйском Михаил, как племянник царя, стал близким человеком к престолу. В 1606 он малыми силами дважды разбил Ивана Болотникова и много способствовал взятию Тулы, куда тот скрылся после поражения. В Москве Скопин-Шуйский был пожалован боярским чином, что для столь молодого человека (воеводе было всего 22 года) было крайней редкостью.

Тем временем в двухдневной битве под Болховом Лжедмитрий II нанёс сокрушительное поражение Дмитрию Шуйскому, брату царя. Василий Шуйский выслал войско во главе со Скопиным-Шуйским по Калужской дороге. Однако самозванец двигался на Москву более северной дорогой. Скопину-Шуйскому удалось справиться с основными заговорщиками Иваном Катырёвым-Ростовским, Юрием Трубецким и Иваном Троекуровым, арестовать их и отправить под стражей в Москву. Однако войску самозванца, состоявшему главным образом из польско-литовских и запорожских отрядов, удалось в начале июня 1608 подступить к Москве и встать лагерем у Тушина.

Вернувшись в Москву Скопин-Шуйский принял участие в обороне города, но вскоре на него была возложена миссия возглавить посольство для начала переговоров о союзе со шведским королём Карлом IX. В обмен на шведскую помощь Василий Шуйский готов был отказаться от прав на Ливонию и уступить Корелу с уездом.

Скопин-Шуйский с отрядом из 150 всадников отправился на север. Тем временемц царю изменили Псков и Ивангород, началось брожение в Новгороде. Новгородский воевода Михаил Татищев, принявший Скопина-Шуйского, ввиду опасного положения в городе поспешил выехать с московским посольством навстречу шведам. Под Орешком Скопин-Шуйский встретил шведское войско во главе с Якобом Делагарди.

В последующие месяцы Скопину-Шуйскому быстро удалось стать признанным вождём Русского Севера, и под его командование в Новгород стали стекаться ратные люди. Тушинцы отправили против него большой отряд пана Керножицкого. Однако новгородцы не подвели Скопина-Шуйского и обороняли город, а подкрепления из Тихвина и онежских погостов заставили Керножицкого отступить.

В мае 1609 во главе со сформированной русской армией и сопровождаемый шведами Скопин-Шуйский выступил к Москве. К этому времени в народе созрел гнев на польско-литовских интервентов, грабивших занятые ими территории. Многие города восстали и c боями отложились от Лжедмитрия II, а под знамёна Скопина-Шуйского стекалось всё больше негодующего народа. Большой отряд направил в подкрепление Скопину-Шуйскому воевода Смоленска Михаил Шеин.

14.04.1609 Скопин-Шуйский выстурил из Новгорода. Освободительный поход начался со взятия Старой Руссы. Затем польско-литовские интервенты были разбиты под Торопцем и понесли тяжёлые потери в битве под Торжком. После этого русско-шведская армия под предводительством Скопина-Шуйского, насчитывающая уже 18 тыс. ратников, подступила к Твери. В битве под Тверью в результате предпринятого юным полководцем обманного манёвра был наголову разбит польский воевода Зборовский.

Тем временем в полках Делагарди вспыхнули разногласия и недовольство. Его разношёрстное наёмное воинство отказывалось продолжать поход на Москву, требуя то отдыха, то штурма Твери и добычи, то внеочередной выплаты жалования. Сам Делагарди не пылал желанием продолжать поход на Москву, а предпочитал ограничиться обороной Новгородской земли, не пропуская поляков по новгородской дороге на север. Часть войск Делагарди покинула Русское государство, но сам он тем временем оставался в его пределах (поскольку всё ещё не была осуществлена передача Корелы).

Скопин-Шуйский понял, что выиграть войну при помощи шаткого иноземного воинства невозможно, и принял трудное решение отделиться от Делагарди. Взяв с собой лишь одну тысячу шведов под предводительством Кристера Сомме, Скопин-Шуйский двинулся на город Калязин. Став под Калязином, он разослал гонцов по всем соседним городам, призывая прислать ему дополнительные отряды, а также денежные средства. В лагерь Скопина-Шуйского пришли полки из Костромы и Ярославля, а из окрестных земель начало стекаться крестьянское ополчение. Кристер Сомме активно обучал их ратному ремеслу и строевым порядкам западного образца.

Интервенты срочно начали стягивать войска для противостояния дальнейшему продвижению Скопина-Шуйского. 12-тыс. отряд Яна Сапеги оставил осаду Троице-Сергиевой лавры и пошёл на соединение со Зборовским, выступившим из Тушина с запорожскими и донскими казаками. Вблизи Троицкого Макарьева монастыря 18(28).08.1609 в Калязинской битве ратники Скопина-Шуйского нанесли им сокрушительное поражение.

Русская армия двинулась на восток и взяла Переславль-Залесский, а также и Александровскую слободу. Там к Скопину-Шуйскому присоединилось войско Фёдора Шереметева. Таким образом, от Троице-Сергиевой лавры, под которой всё ещё стояли основные силы Сапеги, был отрезан Александр Лисовский, стоявший в Ростове.

Сапега, державший в кольце Троице-Сергиеву лавру, видел в армии Скопина-Шуйского угрозу своему положению и начал готовиться к походу на Александровскую слободу. Чтобы сковать как можно больше его войск, Скопин послал под Троице-Сергиеву лавру несколько летучих ратей, которые то и дело нападали с разных сторон на его войско и грозили разрывами его осадного кольца. Отправившись навстречу Скопину-Шуйскому, Сапеге пришлось оставить под монастырём больше войск. К нему присоединились две тысячи гусар Романа Ружинского из Тушина, а также конница пана Стравинского из Суздаля.

В конце октября 1609 Сапега явился под Александровскую слободу с 10-тыс. конницей и таким же количеством пехоты. Но в битве на Каринском поле приготовленные Скопиным-Шуйским надолбы и рогатки остановили гусар, которые сразу же попали под убийственный огонь русских стрельцов. Вслед отходившим кинулись конные дворяне, рубя запоздавших и возвращаясь под защиту укреплений. В результате Сапеге пришлось отступить и возвратиться под стены Троице-Сергиевой лавры.

Победа Скопина-Шуйского под Александровом вызвала ликование в Москве и ещё выше подняла его авторитет. Многие начали открыто называть молодого полководца царём, а рязанский воевода Прокопий Ляпунов прислал к Скопину-Шуйскому посольство с грамотой, в которой просил его взойти на престол вместо ненавистного Василия Шуйского. Скопин-Шуйский не стал изменять своему дяде и демонстративно разорвал грамоту. Благодаря новым подкреплениям из Ярославля и Костромы довёл численность своих войск до 30 тыс. Однако идти на Сапегу и Лжедмитрия II он не мог, пока в его тылу оставались занятые интервентами Суздаль и Ростов.

Тем временем король Сигизмунд III уже официально объявил России войну, начав открытую интервенцию. Смоленскому воеводе Шеину удалось перехватить и передать в Москву сведения о том, что поляки намеревались посадить на московский трон уже не Лжедмитрия II, а королевича Владислава. В Тушинском лагере начался раздор, связанный с вопросом выплаты жалования и долгов и доходивший до вооружённых столкновений. Удерживаемый практически под арестом Лжедмитрий II в крестьянской одежде бежал в Калугу, за ним последовали и казаки.

Стоящий под Троице-Сергиевым монастырём Сапега в январе 1610 с большими потерями отразил нападение сравнительно небольших отрядов воевод Григория Валуева и Давыда Жеребцова, а когда подошло основное войско Скопина-Шуйского, без боя снял осаду и отступил в Дмитров.

В условиях холодной и снежной зимы Скопин-Шуйский сформировал летучие отряды лыжников численностью до 4 тыс. человек, которые по манёвренности превосходили даже конницу. У Дмитрова они разгромили сильную сторожевую заставу Сапеги. 20 февраля войско Скопина-Шуйского напало в дмитровском посаде на казаков Сапеги и перебило их почти до одного. Высланные на помощь казакам поляки не подоспели и сами вне городских стен понесли крупные потери. Таким образом, Сапега лишился большей части своего войск. Скопин-Шуйский блокировал его в Дмитрове, а сам освободил Можайск, после чего вернулся в Сергиев Посад. Вскоре Тушинский лагерь, из которого уже бежали Лжедмитрий II и Марина Мнишек, распался.

Популярность СкопинаШуйского возбудила к нему сильнейшую зависть в его же родственниках и особенно в его дяде Дмитрии Ивановиче Шуйском, который должен был уступить ему начальство над московским войском, снаряжённым для похода к Смоленску против Сигизмунда III. На пиру у Воротынских жена Дмитрия Шуйского (дочь Малюты Скуратова) поднесла Михаилу отраву, от которой он и умер 23.04(3.05).1610 после двухнедельных страданий. В народе надолго сохранилась о нём самая лучшая память, что и выразилось в нескольких песнях.

Несмотря на то, что Скопину-Шуйскому не пришлось сидеть на московском престоле, на котором его так хотел видеть народ, его гроб поместили в Архангельском соборе Кремля, посреди царей и великих князей московского государства.


Морозов, Борис Иванович (1590-1661).

Борис Морозов родился в 1590 в богатой и знатной боярской семье Морозовых. Его младшим братом был боярин Глеб Морозов, второй женой которого была знаменитая проповедница "старообрядчества" боярыня Морозова. Сверстник царя Михаила Федоровича Морозов был взят в 1615 "на житье" во дворец. В 1634 был возведён в бояре и назначен "дядькой" (воспитателем) к царевичу Алексею Михайловичу. Его же попеченью Михаил Федорович поручил сына и после своей смерти.

Морозов стал ещё ближе к молодому царю, когда женился на Анне Ильиничне Милославской, сестре царицы. Современники считали, что брак Алексея Михайловича с Марией Милославской состоялся по замыслу Морозова, который заранее имел в виду породниться с царем и ради этого постарался расстроить брак царя с его первой невестой из рода Всеволжских.

Современники характеризовали его, как человека умного и опытного в государственных делах, проявляющего интерес к западному просвещению. Став фактическим правителем страны, он интересовался техническими и культурными достижениями Европы, приглашал на службу в Россию иностранных специалистов. Вероятно, этот интерес он сумел привить и своему воспитаннику.

Морозов стал самым близким и влиятельным человеком при царском дворе, с успехом отстаивая своё положение против враждебной ему партии бояр Никиты Романова, двоюродного дяди царя, и Якова Черкасского. Он руководил приказами Большой Казны, Стрелецким, Аптекарским, Новой Четью и до 1648 был фактически правителем государства.

Царь часто жаловал Морозову имения, вследствие чего тот стал одним из крупнейших землевладельцев своего времени. Морозову принадлежали 55 тыс. крестьян, железоделательные, кирпичные, поташные заводы, мельницы, винокурни. Его хозяйство являлось примером сочетания феодального землевладения с активной торгово-промышленной деятельностью.

Не довольствуясь царскими милостями Морозов старался приобрести средства и путём злоупотребления своим положением. Он заставлял людей целыми месяцами ждать жалования, и когда они, после усиленных просьб, наконец, получали половину, а то и менее, то должны были выдавать расписку в получении всего жалованья. Кроме того, были устроены разные стеснения для торговли и были заведены многие монополии, выдаваемые тем, кто приносил Морозову больше подарков.

Было велено пользоваться железными аршинами с орлом в виде клейма, изготовленными на предприятиях Морозова. Эти аршины купцы были вынуждены покупать втридорога, а прибыль шла Морозову.

Стремясь увеличить доходы казны, Морозов ввёл высокий акцыз на соль, в результете чего та подорожала в 4 раза. В то время соль была основным корсенвантом. Поэтому в связи с подорожанием соли срок годности множества продуктов питания резко сократился, что вызвало всеобщее возмущение, особенно у крестьян и купцов. Это явились одной из причин т.н. "соляного бунта" в 1648. Восставшие требовали выдачи Морозова, но царь укрыл его в своём дворце, затем отправил в фиктивную ссылку в Кирилло-Белозерский монастырь, а через 4 месяца вернул в Москву.

По возвращении Морозов не занимал официального положения во внутреннем управлении вероятно потому, что царь хотел таким образом выполнить данное народу обещание, но Морозов всё время был при царе, неизменно сопутствуя ему в его "ближних походах" по подмосковным селам и монастырям.

Когда расстроенное здоровье не позволяло ему являться ко двору, царь часто навещал его тайком и советовался с ним о важнейших делах. Во время военных походов царя Морозов всякий раз получал высшее военное назначение — дворовым воеводой правой руки.

Когда он умер, 1.11.1662, царь лично отдал последний долг покойному в церкви и роздал большие суммы по монастырям для его поминовения.


Хмельницкий, Богдан-Зиновий Михайлович (1595-1657).

Родился 27.12.1595 (6.01.1596). Происходил из древнего молдавского рода. Учился в Иезуитском коллегиуме в Ярославе и во Львове. Тем не менее Хмельницкий не перешёл в католичество и остался в православии.

Вернувшись на родину, Хмельницкий участвовал в Польско-турецкой войне (1620-1621), во время которой, в битве под Цецорой, погиб его отец, а сам он попал в плен. После двух лет тяжёлого рабства он решается на побег (по другим данным, был выкуплен родственниками). По возвращении в Суботов записался в реестровое казачество и участвовал в морских походах запорожцев на турецкие города.

Когда на польский престол вступил Владислав IV и началась война Речи Посполитой с Россией, Хмельницкий воевал против русских войск и в 1635 получил от короля золотую саблю за храбрость. В войне Франции с Испанией (1644-1646) он с отрядом казаков принимал участие в осаде крепости Дюнкерк.

Получив от поляков личное оскорбление (его хутор был разграблен, а сын жестоко высечен) Хмельницкий, не добившись справедливости у короля, решил прибегнуть к оружию. Казаки просили Хмельницкого начать переговоры с крымскими татарами, чтобы склонить их к союзу с казаками. Несмотря на то, что крымский хан Ислам-Гирей III дал уклончивый ответ, казачество в 1648 избрало Хмельницкого гетманом войска запорожского.

8.06.1648 он направил царю Алексею Михайловичу письмо с сообщением о победах над польским войском и желании запорожского казачества перейти под власть русского царя. Правда одновременно Хмельницкий писал и королю польскому, прося прощение за военные действия против поляков. Примерно с таким же содержанием, заверениями в верности, покорности и васалитете писались письма и крымскому хану и турецкому султану.

5.05.1648 Хмельницкий вместе с крымскими татарами разбил поляков в битве на Жёлтых Водах (6[16].05.1648) и под Корсунью (16[26].05.1648), после чего татары вернулись в Крым. Победы Хмельницкого при Жёлтых Водах и под Корсунем вызвали всеобщее восстание населения Малороссии против поляков. Крестьяне и горожане организовывали отряды и устраивали погромы полякам и евреям. Мстя полякам и нанимавшимся ими для сбора налогов евреям, казаки порой расправлялись с ними крайне жестоко и беспощадно.

11-13(21-23).09.1648 казаки разгромили польское ополчение в битве под Пилявцами, захватив богатую добычу. В октябре Хмельницкий осадил Львов, но оступил за выкуп.

Слава Хмельницкого разнеслась далеко за пределы Украины. К нему приходили послы от крымского хана, турецкого султана, молдавского господаря, семиградского князя. Пришли послы и от поляков и принесли Хмельницкому королевскую грамоту на гетманство.

Однако война не прекращалась, особенно на Волыни, где отдельные казацкие отряды продолжали непрерывно партизанскую борьбу с поляками. Польский Сейм, собравшийся в январе 1649, постановил собирать ополчение. Весной польские войска стали стягиваться на Волынь.

Хмельницкий, соединившись с крымским ханом Ислямом-Гиреем III подступил к Збаражу, где в июле 1649 осадил польское войско. В польском лагере начался голод и повальные болезни. На помощь осажденным выступил король Ян II Казимир, но казаки ворвались в польский лагерь и только Хмельницкий, остановив битву, спас короля от плена.

Крымский хан первым заключил договор с поляками и в качестве союзника Польши потребовал от казаков повиновения польскому правительству. Хмельницкий вынужден был сделать огромные уступки. Это вызвало большое недовольство в народе. Волнения усилились, когда польские паны стали возвращаться в свои имения. Крестьяне восставали против панов и изгоняли их.

Хмельницкий, решившийся твёрдо держаться зборовского договора, по жалобам помещиков вешал и сажал на кол виновных. Однако несмотря на все усилия короля, Зборовский договор не был утвержден; решено было возобновить войну с казаками.

Хмельницкий склонил на свою сторону турецкого султана, который приказал крымскому хану помогать Хмельницкому. 18(28).06.1651 казацко-татарское войско сошлось с польским в битве под Берестечком. Но в самый разгар сражения орда вдруг обратилась в бегство. Хмельницкий бросился за ханом, чтобы убедить его воротиться, но тот не только не вернулся, но и задержал у себя гетмана. Казацкое войско, оставшееся без руководителя, было разгромлено.

Польское войско двинулось на Украину, опустошая все на пути и давая полную волю чувству мести. Кроме того на Украину двигался и литовский гетман Радзивил. Хмельницкий, пробыв около месяца в плену у крымского хана, собрал раду на Масловом-Броде на р.Россаве. Началась жестокая партизанская война.

Поняв, что Гетманщина не может бороться одними своими силами, Хмельницкий завёл дипломатические отношения со Швецией, Османской империей и Россией. 1(11).10.1653 был созван земский собор, на котором было решено принять Богдана Хмельницкого сзапорожским войском в русское подданство. 8(18).01.1654 на Переяславской раде было решено принять подданство русского царя.

Вслед за присоединением Гетманщины началась война России с Польшей. Весной 1654 царь Алексей Михайлович двинулся в Литву; с севера открыл против Польши военные действия шведский король Карл X. Ян Казимир, через посредничество императора Фердинанда III, обратился к царю Алексею Михайловичу, который 24.10.1656 заключил с Польшей перемирие.

В начале 1657 Хмельницкий заключил договор со шведским королём Карлом X и седмиградским князем Дьёрдем Ракоци II. 27.07(6.08).1657 Хмельницкий умер от апоплексии, незадолго до этого на раде в Чигирине предложив преемником своего несовершеннолетнего сына Юрия.


Милославский, Илья Данилович (1595-1668).

Родился 3(13).07.1595. Происходил из незнатного дворянского рода Милославских. Родился в семье курского воеводы Даниила Ивановича Милославского. В 1643 был послан в Константинополь к султану Ибрагиму по поводу возвращения Азова. В 1646 в звании стольника был послан в Голландию для подготовки торговых договоров.

16.01.1648 на его дочери Марии женился царь Алексей Михайлович, а через 10 дней другая его дочь, Анна, вышла за воспитателя царя Морозова. Ещё две дочери Милославского были удачно пристроены: Екатерина вышла замуж за воеводу и окольничего, князя Фёдора Львовича Волконского, Ирина — за князя Дмитрия Алексеевича Долгорукова.

Возвысившийся род Милославских отличался стяжательством и мздоимством и пользовался дурной репутацией в народе. Царь не проявлял уважения к своему тестю, но Милославский использовал положение царского тестя и новоиспеченного боярина для быстрого обогащения своего собственного и ближайшей родни (главы Земского приказа — Леонтия Плещеева и главы Пушкарского приказа — Петра Траханиотова).

В мае 1648 из-за резкого повышения пошлины на соль, введённой правительством Морозова, в результате чего соль подорожала в 4 раза, в Москве разразился "соляной бунт". Чтобы снять накал страстей царь приказал казнить Петра Траханиотова.

В 1651 в качестве жилых палат для Ильи Милославского на территории Московского кремля был построен Потешный дворец.

С 1654 Милославский принимал участие в войне с Польшей. В 1660-х годах был начальником Иноземного приказа, но на этом поприще царский тесть не достиг сколько-нибудь значительных успехов.

Замена серебряных денег равной ей по номиналу медной монетой привели в 1662 к очередному выступлению москвичей — "медному бунту". На улицах города появились "воровские листы", в которых Милославского и нескольких других членов Боярской думы объявляли изменниками.

Скончался Илья Данилович 19(29).05.1668.


Патриарх Никон — Никита Минов (1605-1682).

Родился 7(17).05.1605 в мордовской крестьянской семье близ Нижнего Новгорода. Мать его умерла вскоре после его рождения. Отношения с мачехой у Никиты не сложились, она часто била его и морила голодом. В 12 лет он ушёл в Макарьев Желтоводский монастырь и был в нём послушником до 1624.

По настоянию родителей вернулся домой, женился и принял сан священника. Служил сначала в соседнем селе Лыскове, а около 1626 по просьбе московских купцов, узнавших о его начитанности, был назначен священником одной из московских церквей. Потеряв трёх детей в 1635, с именем Никон принял монашество в Свято-Троицком Анзерском скиту Соловецкого монастыря на Белом море.

В 1639, вступив в конфликт с начальным старцем, Елеазаром Анзерским, Никон бежал из скита и был принят в Кожеозерский монастырь, в котором в 1643 был избран игуменом.

В 1646 Никон отправился в Москву, где произвёл на царя Алексея Михайловича хорошее впечатление и тот велел ему остаться в Москве, а Патриарху Иосифу — посвятить его в архимандриты Новоспасского монастыря.

Никон и его единомышленники ставили перед собой задачу оживления религиозно-церковной жизни в Московском государстве, улучшения нравственности как населения, так и духовенства, насаждения просвещения. Большое внимание уделялось исправлению переводов богослужебных книг.

Патриархом Иерусалимским Паисием, бывшим тогда в Москве, 11(21).03.1649 Никон был возведён в сан митрополита Новгородского и Великолуцкого.

15(25).04.1652 Патриарх Иосиф умер и 25.07(4.08).1652 по предложению царя Никон был торжественно возведён на престол патриархов Московских и Всероссийских. Во время интронизации Никон вынудил царя дать обещание не вмешиваться в дела Церкви.

Многие годы собиравший греческие и византийские тексты Никон считал важным привести русские православные обряды и книги в соответствие с греческими и организовал для этого в 1654 Собор, который привёл к расколу Русской Церкви на сторонников Никона ("никониан") и его противников ("старообрядцев", или "раскольников") — одним из лидеров которых стал Аввакум.

Молодой царь почитал патриарха Никона, доверял его советам в делах государственного управления, а во время войн с Речью Посполитой (1654-1667) и длительного своего отсутствия оставлял патриарха де-факто во главе правительства. Повелением царя к титулу патриарха "Великий Господин" был добавлен царский титул "Великий Государь".

Патриарх Никон выражал крайнее недовольство принятым ещё в 1649 Соборным уложением, умалявшим статус духовенства и ставившим Церковь фактически в подчинение государству. Например, доходы от монастырских вотчин переходили к Монастырскому приказу и поступали уже не на нужды Церкви, а в государственную казну; мирские суды стали рассматривать дела, относившиеся к ведению судов церковных.

В результате вмешательства светского правительства в церковные дела, постоянных интриг со стороны части бояр и духовенства, имевших влияние на царя и враждебно настроенных к патриарху Никону, произошло охлаждение отношений между царём и патриархом.

В качестве безмолвного протеста 10.07.1658 Никон оставил кафедру и удалился в Воскресенский Новоиерусалимский монастырь, который сам основал в 1656.

На состоявшемся в Москве т.н. Большом Соборе с участием двух патриархов: Паисия Александрийского и Макария Антиохийского (оба патриарха на тот момент считались лишёнными кафедр решением Собора в Константинополе, но в Москве известие о том получили позже) 12(22).12.1666 Никон был лишён не только патриаршего достоинства, но и епископского сана и был сослан в Ферапонтов Белозерский монастырь (сам царь в заседании Собора не присутствовал).

После смерти Алексея Михайловича престол перешёл к его сыну Фёдору Алексеевичу, который сочувствовал Никону. В 1681 ему, уже тяжело больному, было разрешено вернуться в Воскресенский Новоиерусалимский монастырь, на пути к которому он скончался 17(27).08.1681.

Царь Фёдор Алексеевич настоял на отпевании Никона как патриарха, несмотря на протесты патриарха Московского Иоакима.


Матвеев, Артамон Сергеевич (1625-1682).

Сын дьяка. Служил на Украине, участвовал в войнах с Речью Посполитой и осаде Риги (1657) — будучи полковником и стрелецким головой, участвовал в осаде Конотопа, в 1654 был в составе русской делегации на Переяславской раде, в 1656-1657 в посольстве в Польше.

Артамон Матвеев был из немногих русских людей нового покроя, сознававший пользу просвещения, любивший чтение, ценивший искусство. При своей любознательности, чаще всякого другого находясь в обращении то с иноземцами, то с малороссиянами, Матвеев познакомившись с иноземными обычаями, начал признавать превосходство их над московским укладом.

Этому способствовала его семейная жизнь. Он был женат на иностранке, которую привез в конце 1650 в Россию из Англии, охваченной революцией и гражданской войной между "кавалерами" (роялистами, сторонниками шотландской по происхождению королевской династии Стюартов) и круглоголовыми ("республиканцами" во главе с Оливером Кромвелем). Супруга происходила из старинного, знатного шотландского рода Гамильтонов. Прибыв в Москву, "аглицкая" супруга боярина приняла православную веру с именем Евдокия.

В доме Матвеева царь Алексей Михайлович познакомился с его племянницей, Натальей Кирилловной Нарышкиной, которая воспитывалась здесь и состояла при его супруге. Наталья Нарышкина стала второй супругой царя, матерью Петра Великого.

В скромном звании думного дворянина Матвеев с 1669 управлял Малороссийским, а с 1671 и Посольским приказами. В 1672, по случаю рождения царевича Петра Алексеевича, Матвеев был возведён в сан окольничьего, а в конце 1674 — в бояре.

Один из первых "западников", Матвеев ценил общение с иностранцами и охотно пересаживал на русскую почву заморские новинки. Он организовал типографию при Посольском приказе, собрал огромную библиотеку и был в числе организаторов первой аптеки в Москве. Дом его был убран по-европейски, с разрисованным потолком, картинами немецкой работы, изображавшими святых, и часами столь затейливой конструкции, что на них обращали внимание и иностранцы. Из дворовых людей Матвеев составил труппу актёров и забавлял государя театральными представлениями.

Матвеев написал несколько литературных работ (не дошедших до нас) — преимущественно исторического содержания.

Смерть царя Алексея Михайловича (1676) повлекла за собой падение Матвеева. По одной версии, он пытался посадить на престол малолетнего Петра вопреки сторонникам царевича Фёдора. По другой, Милославские, получившие преобладание при дворе, из мести решились уничтожить Матвеева. Обвиненный в чернокнижии и злых умыслах на жизнь царя Фёдора, Матвеев был сослан со всей семьей в Пустозёрск. В 1680 его перевели в Мезень, а в январе 1682, благодаря заступничеству царской невесты, Марфы Матвеевны Апраксиной, крестницы Матвеева, — в Лух.

Смерть царя Фёдора и избрание на престол Петра I (27.04.1682) привели к тому, что власть оказалась в руках Нарышкиных. Матвеев был вызван в Москву и ему были возвращены прежние почести. Во время вспыхнувшего 15(25).05.1682 Стрелецкого бунта, он пал одной из первых жертв; Матвеев попытался убедить стрельцов прекратить бунт, но был убит на глазах царской семьи, на Красном крыльце, сброшен вниз на площадь и изрублен.

Его сын Андрей стал послом в Вене и Гааге. Внучка Мария Андреевна Матвеева стала матерью великого полководца Петра Румянцева-Задунайского.


Разин, Степан Тимофеевич (ок.1630-1671).

Родился ок.1630 на Дону в станице Зимовейской (там же позднее родился Емельян Пугачев). В 1661 он был уже атаманом и действовал как один из двух полномочных представителей донского казачества. Видными казачьими предводителями были также старший брат Разина Иван и младший — Фрол. В 1662-1663 годах Степан командует казачьими войсками в походах против Крымского ханства и Османской империи.

Царский воевода князь Ю.А.Долгоруков во время одного из конфликтов с донскими казаками велел казнить Ивана Разина, старшего брата Степана. Стремление отомстить Долгорукову и царской администрации соединилось с желанием вольной и благополучной жизни для казаков, находившихся под его началом.

Под руководством Разина был осуществлён удачный грабительский поход казацкой голытьбы на нижнюю Волгу, на Яик (Урал) и в Персию (1667). Этот поход носил характер неповиновения правительству и блокировал торговый путь на Волгу.

Весной 1670 Разин организовал новый поход на Волгу, имевший уже характер открытого восстания, объявив себя врагом всей официальной администрации — воевод, дьяков, представителей церкви, обвинив их в "измене" царю. Разинцы распустили слух, что в их рядах находятся царевич Алексей Алексеевич (в действительности умерший 17.01.1670) и патриарх Никон (в то время находившийся в ссылке).

Поход Разина на Волгу сопровождался массовыми восстаниями крепостных крестьян в недавно закрепощённых областях Поволжья. Во всех занятых разинцами городах и крепостях вводилось казачье устройство, представителей центральной власти убивали, канцелярские бумаги уничтожались. Купцов, следовавших по Волге, задерживали и грабили.

Отложились от царя и начали восстание также большие группы поволжских народов: марийцев, чувашей, мордвы.

Захватив Астрахань, Царицын, Саратов и Самару, а также ряд второстепенных крепостей, Разин не смог успешно завершить осаду Симбирска осенью 1670, был ранен и удалился на Дон, где укрепился в Кагальницком городке.

В апреле 1671 Разин был пленён казачьими старейшинами, которые взяли Кагальницкий городок штурмом. Разин вместе с младшим братом Фролом был выдан царскому правительству, привезён в Москву и подвергнут пыткам, во время которых сохранял замечательное мужество. 6(16).06.1671 Степан Разин был четвертован на Болотной площади.

Казачья война на Волге и крестьянская в Поволжье после казни Разна продолжались под предводительством атаманов Василия Уса и Фёдора Шелудяка. Лишь 27.11.1671 правительственные войска овладели столицей разинцев — Астраханью. В ходе мятежа исключительную жестокость проявляли и повстанцы и казаки, и каратели.

Разин стал героем огромного количества русских народных песен, в которых реальный образ жестокого казачьего вождя подвергается эпической идеализации и нередко смешивается с фигурой другого знаменитого казака — Ермака Тимофеевича — завоевателя Сибири. Три песни о Стеньке Разине, стилизованные под народные, написал Александр Сергеевич Пушкин. В конце XIX века популярной народной песней стало стихотворение Дмитрия Николаевича Садовникова "Из-за острова на стрежень", созданное на сюжет одной из легенд о Разине. Владимиром Алексеевичем Гиляровским была написана поэма "Стенька Разин".


Мазепа, Иван Степанович (1639-1709)

Мазепа родился 20.03.1639 в украинской шляхетской православной семье в селе Мазепинцах на Киевщине. Его отец, Адам-Степан Мазепа, был одним из соратников Богдана Хмельницкого.

Иван Мазепа учился в Киево-Могилянском коллегиуме, затем — в Иезуитском коллегиуме в Варшаве. Позже, по воле отца, был принят при дворе польского короля Яна Казимира, где состоял в числе "покоевых" дворян. Близость к королю позволила Мазепе получить образование: он учился в Голландии, Италии, Германии и Франции, свободно владел русским, польским, татарским, латынью. Знал он также итальянский, немецкий и французский языки. Много читал, имел прекрасную библиотеку на многих языках. Его любимая книга — "Государь" Никколо Макиавелли.

Жизнь православного Мазепы при католическом дворе Яна Казимира была сложна и Мазепа оставил службу в конце 1663 тогда, когда король Ян-Казимир предпринял поход с войском на левую сторону Украины под Глухов и на пути остановился в Белой Церкви.

В 1665, после смерти своего отца, Иван Мазепа занял должность подчашего Черниговского. В 1668 он женился на Анне Фридрикевич, вдове белоцерковского полковника. В конце 1669 его тесть, генеральный обозный Семён Половец помог ему выдвинуться в кругу гетмана Дорошенко; Мазепа стал ротмистром гетманской надворной гвардии, потом генеральным писарем.

В июне 1674 Дорошенко отправил Мазепу посланником в Крымское ханство и Турцию. По дороге Мазепу перехватили запорожские казаки и хотели его казнить за участие в конвоировании их товарищей в неволю, но затем переправили левобережному гетману Самойловичу. Тот поручил Мазепе воспитание своих детей, присвоил звание войскового товарища, а через несколько лет пожаловал его чином генерального есаула.

В правление Софьи власть фактически находилась в руках её фаворита Василия Голицына. После неудачного крымского похода Голицын свалил её на гетмана Самойловича, которого лишили гетманства, сослали в Сибирь с толпою родных и сторонников, а его сыну Григорию отрубили голову. Мазепа принимал активное участие в интриге по смещению Самойловича. Этим он снискал расположение Голицина и тот на раде под Коломаком 25.07(4.08).1687 оказал решающее влияние на избрание Мазепы левобережным гетманом. В роли гетмана Мазепа принял участие во втором Крымском походе князя Василия Голицына.

Когда в 1689 на русский трон взошёл молодой и энергичный Пётр I, Мазепа в очередной раз воспользовался своим даром очаровывать власть имущих людей. Стареющий гетман постоянно давал советы молодому монарху в польских делах, со временем между ними возникла тесная личная дружба. В начале 1690-х он подавил восстание Петро Иваненко (Петрика), который был женат на племяннице генерального писаря Василия Кочубея. В 1691—1692 Петрик поднимал сечевых казаков одновременно и против гетмана Мазепы, и против русской власти. Мазепа принимал участие в обоих походах Петра к Азову.

8.02.1700 Мазепа стал вторым кавалером учреждённого Петром ордена Андрея Первозванного. Пётр лично возложил знаки ордена на гетмана "за многие его в воинских трудах знатные и усердно-радетельные верные службы".

В начале Северной войны Мазепа помогал Петру I. В 1704, воспользовавшись восстанием против Речи Посполитой и вторжением в Польшу шведских войск, Мазепа занял Правобережную Украину и неоднократно предлагал Петру I присоединить её к землям Его царского Величества Войска Запорожского, от чего Пётр отказывался, так как это бы нарушало условия Вечного мира 1686 года.

В 1705 Мазепа совершил поход на Волынь, на помощь союзнику Петра — королю Августу II. 1.11.1705 он был награждён орденом Белого Орла. В 1706 состоялось свидание Петра с Мазепой в Киеве, где Мазепа принялся за постройку заложенной Петром Печерской крепости.

За 20 лет Мазепа стал одним из богатейших людей не только Малороссии, но и России.

1706 год был годом политических неудач Российского государства. 2.02.1706 шведы нанесли сокрушительное поражение саксонской армии. 13(24).09.1706 союзник Петра, саксонский курфюрст и польский король Август II отказался от польского престола в пользу сторонника шведов Станислава Лещинского и разорвал союз с Россией. Несмотря на победу в сражении при Калише 18.10.1706, Россия осталась в войне со Швецией в одиночестве.

Предположительно ипенно тогда Мазепа замыслил переход на сторону Карла XII и образование из Малороссии "самостоятельного владения" под верховенством польского короля. В своей беседе с Орликом Мазепа объяснял свои переговоры с польским королём Станиславом Лещинским исключительно военной угрозой.

С 1689 Пётр получал на Мазепу доносы, говорившие о его измене. Пётр доносам верить не хотел; доносчиков наказывали, а доверие царя к гетману только возрастало. 17.09.1707 Пётр получил донос на Мазепу со стороны генерального судьи Василия Кочубея, но донесение было признано ложным из-за хорошо известной личной вражды между Кочубеем и Мазепой: в 1704 у Мазепы был роман с дочерью Кочубея — Матрёной, которой он был восприемником (крёстным отцом), что сделало брак невозможным, поскольку такая связь считалась инцестом.

В январе следующего года Кочубей послал Петра Янценка (Яковлева) со словесным известием об измене Мазепы, но царь опять счёл донос ложным, поручив разбирательство друзьям гетмана: Гавриилу Головкину и Петру Шафирову. Василий Кочубей и также доносивший на Мазепу полтавский полковник Иван Искра подверглись пыткам, после чего, 14.07.1708 были обезглавлены под Киевом.

Напуганный этим доносом, Мазепа ещё энергичнее повёл переговоры со Станиславом Лещинским и Карлом XII, закончившиеся заключением с ними тайных договоров. Мазепа предоставлял шведам для зимних квартир укреплённые пункты в Северщине, обязывался доставлять провиант, склонить на сторону Карла запорожских и донских казаков, даже калмыцкого хана Аюку.

Осенью 1708 царь Пётр пригласил Мазепу присоединиться с казаками к русским войскам под Стародубом. Мазепа медлил, ссылаясь на свои болезни и смуты в Малороссии, вызванные движением Карла XII на юг. Меншиков решил навестить якобы больного Мазепу. Опасаясь разоблачения, Мазепа с гетманской казной и 1,5 тыс. казаков бежал в конце октября с левого берега Десны к Карлу, стоявшему лагерем на юго-востоке от Новгорода-Северского, в Горках. Из шведского лагеря гетман написал письмо стародубскому полковнику Скоропадскому, приглашая старшину и казаков последовать его примеру.

Однако к шведам, кроме отряда Мазепы, позднее присоединилась лишь небольшая часть запорожского войска под началом кошевого атамана Константина Гордиенко в количестве до 7 тыс. человек.

Царь Пётр I отдал приказание князю Меншикову двинуть из Киева в Запорожскую Сечь три полка русских войск под командованием полковника Яковлева с тем, чтобы "истребить всё гнездо бунтовщиков до основания". 11.05.1709 Сечь была взята и разрушена. Несколько человек были повешены на плотах и самые плоты были пущены вниз по Днепру на страх другим.

Мазепа обещал Карлу XII зимовку в городе Батурине — резиденции гетмана. Там были значительные запасы провианта и артиллерии, имелся хорошо подготовленный и преданный Мазепе гарнизон, которым руководил полковник Дмитрий Чечель. Но планам Мазепы и Карла помешали войска под водительством Меншикова, взявшие крепость и все припасы в ней. Батурин был разорён, а гарнизон уничтожен.

Раздражённый Карл в начале января бросил свои войска на Веприк, который не желал пускать шведов. После ожесточённой обороны, когда порох кончился, город сдался. Захваченных казаков отдали Мазепе, который приказал посадить их в яму и уморил голодом. Солдаты царской армии, как военнопленные, принадлежали Карлу, который обращался с ними лучше. Пленные содержались с января по июнь в специальных лагерях и были освобождены в результате восстания при поддержке русской армии незадолго до Полтавской битвы.

6.11.1708 царь Пётр на раде в Глухове повелел избрать нового гетмана. Согласно желанию Петра, был избран Иван Ильич Скоропадский. 12.11.1708 в Троицком соборе Глухова в присутствии Петра I Мазепа и его приверженцы были преданы вечному проклятию. В тот же день в Глухове была совершена символическая казнь бывшего гетмана, которая описывается следующим образом: "вынесли на площадь набитую чучелу Мазепы. Прочитан приговор о преступлении и казни его; разорваны князем Меншиковым и графом Головкиным жалованные ему грамоты на гетманский уряд, чин действительного тайного советника и орден святого апостола Андрея Первозванного и снята с чучелы лента. Потом бросили палачу сие изображение изменника; все попирали оное ногами, и палач тащил чучелу на верёвке по улицам и площадям городским до места казни, где и повесил". Кроме того, по поручению Петра І, специально для гетмана Мазепы был изготовлен Орден Иуды.

27.06(8.07).1709 войска шведов были разгромлены под Полтавой русской армией. Казаки, примкнувшие к Мазепе (численностью до 10 тыс.) в битве не участвовали. В то же время, в русской армии было больше казаков, чем у Мазепы. После Полтавской битвы Карл и Мазепа бежали на юг к Днепру, переправились у Переволочны, где чуть не были захвачены русскими войсками, и прибыли в Бендеры.

Османская империя отказалась выдать Мазепу русским властям, хотя царский посланник в Константинополе Пётр Толстой был готов потратить на эти цели 300 тыс. ефимков.

Умер Мазепа 21.09(2.10).1709 в Бендерах. Измена своим благодетелям не раз уже выказывалась в его жизни. Так он изменил Польше, перешедши к заклятому её врагу Дорошенку; так он покинул Дорошенка, как только увидал, что власть его колеблется; так поступил он с Самойловичем, пригревшим его и поднявшим его на высоту старшинского звания. Так же поступал он со своим величайшим благодетелем, перед которым ещё недавно льстил и унижался.

По просьбе гетмана Скоропадского, ссылавшегося на случаи насилия по отношению к малороссам со стороны великороссов, 11.03.1710 царь манифестом строго запретил оскорблять "малороссийский народ", попрекать его изменой Мазепы, угрожая в противном случае жестоким наказанием вплоть до смертной казни.


Шакловитый, Фёдор Леонтьевич (ок.1640-1689).

Сын дворянина московского Леонтия Андреевича Шакловитого. В начале 1660-х поступил на службу в подьячие Разрядного приказа. С 1672 подьячий Приказа тайных дел. Весной 1676 был пожалован в дьяки Разрядного приказа. 26 ноября того же года он получил поместье в Данкове.

Шакловитый активно занимался организацией русской армии во время Русско-турецкой войны 1676—1681 и Крымских походов Василия Голицина.

После окончания стрелецкого восстания и казни князей Хованских (Ивана Андреевича по прозвищу Тараруй и его сынв Андрея) царевна Софья Алексеевна 10.12.1682 поручила Шакловитому управление Стрелецким приказом.

Наряду с Голицыным Шакловитый был лучшим советником царевны в международных делах и в 1688, перед задуманным походом в Турцию, был отправлен к гетману Мазепе с целью приглашения к участию в нём малороссийского войска.

Будучи активным сторонником идеи возведения на престол царевны Софьи в августе 1689 Шакловитый стал усиленно подстрекать стрельцов к восстанию против Петра Алексеевича и Нарышкиных и уговаривал их требовать венчания на царство Софьи Алексеевны. Под его руководством была составлена панегирическая история регентства Софьи.

Его усилия не имели успеха, вместе со своими главными "товарищами", стрельцами, он был выдан Петру и после допроса и подробного письменного "изъяснения" им дела, "казнён смертию" 11(21).09.1689 на площади у Троице-Сергиева монастыря, где и был похоронен спустя две недели.

Вместе с Шакловитым, Петровым и Чермным собирались казнить ещё четырёх стрельцов, но их простили на плахе, заменив приговор на кнут и вечную ссылку в Сибирь (а трём из них, кроме того, вырезали языки).


Ромодановский, Фёдор Юрьевич (ок.1640-1717)

Происходил из старинного рода князей Стародубских, ведущих своё происхождение от Рюрика. С малых лет Фёдор, будучи сыном приближённого царя Алексея Михайловича, находился при дворе как ближний стольник.

Резкое возвышение Ромодановского произошло в первые годы самостоятельного царствования Петра I. Князь поддержал юного царя в борьбе с сестрой Софьей; именно ему был поручен надзор за царевной, заключённой в Новодевичьем монастыре. Ромодановский пользовался неограниченным доверием царя.

Встав во главе Преображенского приказа, Ромодановский участвовал во всех затеях Петра, начиная с его "потешных походов". Отправляясь в Азовский поход, царь оставил в Москве вместо себя Ромодановского с небывалым доселе титулом князя-кесаря.

В своей переписке с князем Пётр спрашивал у Ромодановского совета обо всех важнейших вопросах внутренней и внешней политики и адресовал свои письма — "Государю князю Фёдору Юрьевичу". Ромодановский, так же, как и фельдмаршал граф Борис Шереметев, имел право входить в кабинет Петра I в любое время без доклада.

Фёдор Юрьевич сыграл решающую роль в подавлении Стрелецкого бунта, случившегося в 1698 в отсутствие Петра I, находившегося в Европе с Великим Посольством. В 1701, после сильного пожара, опустошившего Москву, князь Фёдор Юрьевич занимался отстраиванием вверенной ему столицы.

В 1686-1717 Ромодановский был главой Преображенского приказа розыскных дел, кроме того, руководил Сибирским и Аптекарским приказами. Он первым в России формально получил из рук государя высший чин генералиссимуса, стоявший вне системы офицерских чинов.

В Всешутейшем, Всепьянейшем и Сумасброднейшем Соборе, созданным Петром I для потехи, Ромодановский исполнял роль князя-кесаря, носил во время обрядов традиционные царские одежды, пародируя допетровское русское общество.

Тем не менее в быту Фёдор Юрьевич жил укладом старинного боярина, любил и почитал старые нравы и придерживался старинных обычаев; был гостеприимен, но требовал от всех к себе особого почтения.

Ближайший исполнитель воли Петра, Фёдор Юрьевич не всегда разделял его взгляды, в т.ч. он не сочувствовал женитьбе Петра на Екатерине. Это объясняется тем, что его дочь Федосья была супругой родного дяди царевича Алексея, брата его первой супруги, Евдокии Фёдоровны. Сын Ромодановского, Иван, был женат на Анастасии Фёдоровне Салтыковой, сестре жены царя Иоанна V.

Умер Фёдор Юрьевич Ромодановский в преклонном возрасте 17(28).09.1717 и был похоронен в Александро-Невской лавре.


Голицын, Василий Васильевич (1643-1714).

Василий Голицин был вторым сыном боярина князя Василия Андреевича Голицына и княжны Татьяны Ивановны Ромодановской. Получив прекраснейшее домашнее образование, знакомый с немецким и греческим языками, в совершенстве владел латинским языком. Молодые годы провёл при дворе царя Алексея Михайловича в званиях стольника, чашника, государева возницы и главного стольника.

В 1676 уже в звании боярина и будучи приближённым царя Фёдора Алексеевича, был отправлен в Малороссию принять меры для охраны Украйны от набегов крымцев и турок и участвовал в знаменитых Чигиринских походах, во время которых он убедился в недостатках организации русского войска вследствие местничества, и, вернувшись в Москву, сумел провести его уничтожение.

После майского переворота в 1682 стал во главе Посольского приказа. Голицин приступил к проведению активной внешней политики, направив в Константинополь чрезвычайное посольство, чтобы склонить Порту к союзу с Русским царством на случай войны с Польшей. Другое русское посольство, в Варшаве, работало над усилением противоречий между поляками и турками. Результатом стал отказ Польши и Турции от прямого выступления против Москвы. Помимо укрепления связей со всеми европейскими дворами, Голицин уделял внимание отношениям с Китаем. При нём заключён Нерчинский договор (1698).

Голицин исходил из представления о главной задаче российской внешней политики, как укреплении русско-польских отношений, что обусловило временный отказ от борьбы за выход к Балтийскому морю. Он подтвердил Кардисский договор между Россией и Швецией (1683), стал инициатором отказа России от предложения венского посольства о заключении имперско-русского союзного договора без участия Польши (1683). В 1686 он заключил "Вечный мир" с Польшей.

Обусловленный договором с Польшей поход против крымцев в 1687 под его руководством был неудачен, но тем не менее награждённый Софьей как победитель, он предпринял в 1689 второй поход, столь же безрезультатный; войско дошло лишь до Перекопа. Только с большим трудом Софье удалось уговорить Петра назначить Голицину и его товарищам награды за эту кампанию.

В звании наместника новгородского и ближнего боярина, кроме сношений с иностранными державами, Голицин заведовал целым рядом приказов.

Ролью первого государственного человека в течение 7-летнего правления царевны Софьи (1682-1689) Голицин помимо личных дарований, был обязан ещё близостью своей к правительнице, которая страстно его любила.

После прихода к власти Петра I Василий Голицин был лишён боярства, вотчин, поместий, но не княжеского достоинства и сослан в Архангельский край, где и умер 21.04(2.05).1714, после чего его семья была возвращена из ссылки.

Князь Василий Голицин был одним из образованнейших людей своего времени, имел богатую библиотеку. Голицын ясно понимал основную задачу века - более тесное сотрудничество с Западом, поэтому являлся сторонником расширения связей со странами Западной Европы. Как приближённый царицы Софьи Алексеевны, он в глазах потомства получил незаслуженно низкую оценку своей деятельности.

Видя его в числе врагов Петра I, большинство привыкло воспринимать его, как противника преобразовательного движения. На самом деле он был приверженцем реформ в европейском духе - покровительствовал иностранцам, был активным сторонником образования русского юношества за границей, хотел освободить крестьян от крепостной зависимости, завести постоянные посольства при европейских дворах, даровать религиозную свободу.


Толстой, Пётр Андреевич (1645-1729).

Сын окольничего Андрея Васильевича Толстого и Соломониды Милославской, кузины царицы Марии Ильиничны Милославской. Служил с 1682 при дворе стольником. Во время стрелецкого бунта 15.02.1682, энергично действовал заодно с Милославскими и поднимал стрельцов, крича, что "Нарышкины задушили царевича Ивана".

Падение царевны Софьи заставило Толстого перейти на сторону царя Петра I, но последний долго относился к Толстому очень сдержанно; недоверчивость царя не поколебали и военные заслуги Толстого во Втором Азовском походе (1696).

В 1697 Толстой, будучи уже в зрелых годах, сам вызвался ехать в Европу для изучения морского дела. Два года, проведённых в Италии, сблизили Толстого с западноевропейской культурой.

В конце 1701 Толстой был назначен посланником в Константинополь, став первым российским послом-резидентом. Пост был сопряжён со значительными трудностями и опасностями (в 1710-1713 Толстой дважды сидел в Семибашенном замке).

Вернувшись в Россию в 1714 Толстой был назначен сенатором и в 1715-1719 исполнял разные дипломатические поручения по делам датским, английским и прусским.

В 1717 Толстой оказал царю Петру важную услугу, навсегда упрочившую его положение: посланный в Неаполь, где в то время скрывался царевич Алексей со своей любовницей Евфросиньей, Толстой при содействии последней путём угроз и ложных обещаний склонил царевича к возвращению в Россию.

За деятельное участие в следствии и суде над царевичем Толстой был награждён поместьями и поставлен во главе Тайной канцелярии. С этих пор он стал одним из самых близких и доверенных лиц государя.

Дело царевича Алексея сблизило его с императрицей Екатериной, В день коронования Екатерины Толстой получил титул графа. После смерти Петра он вместе с Александром Меншиковым энергично содействовал воцарению Екатерины понимая, что воцарение малолетнего Петра Алексеевича, положил бы конец его карьере (поскольку Толстой участвовал в аресте и пытках его отца царевича Алексея).

Однако ни высокое положение, занятое Толстым при дворе, ни доверие императрицы, ни изворотливость и опытность в интригах не уберегли Толстого от падения. Долго действуя рука об руку с Меншиковым, Толстой разошёлся с ним по вопросу о преемнике Екатерины.

Меншиков собирался после Екатерины возвести на престол Петра Алексеевича, женив его на своей дочери. Опасаясь, что воцарение Петра II будет грозить жизнью ему и всей его семье, Толстой стоял за возведение на престол одной из дочерей Петра Великого. Меншиков одержал верх, и 82-летний Толстой поплатился ссылкой в Соловецкий монастырь, где и умер в тесном сыром каземате 17.02.1729. Вместе с Петром Андреевичем в соловецкую тюрьму был отправлен и его сын Иван.

Его прямыми потомками являются писатели Лев Николаевич и Алексей Константинович Толстые, художник Фёдор Петрович Толстой и многие другие знаменитые деятели.


Лефорт, Франц Якоб (1655-1699).

Лефорт родился в Женеве 2.01.1656 в семье торговца. После окончания муниципального коллегиума он переехал в Марсель (Франция) для работы в одной из контор своего отца, но вскоре вступил волонтёром в королевскую французскую армию и в 1672–1673 участвовал в войне с Голландией.

В августе 1675 молодой офицер получил приглашение царского посольства и вопреки воле семьи отправился в далёкую Московию и поселился, согласно положению об иноземцах, в Немецкой слободе, где проживали выходцы из Европы – мастера различных ремесел: часовщики, аптекари, торговцы, лекари, приглашенные на службу в Россию.

В 1678 в должности командира роты Лефорт участвовал в походах и боевых операциях князя Василия Голицина против крымских татар и турок. Голицин, известный своим пристрастием к европейской культуре, взял Лефорта под своё покровительство и последнему присвоили звание майора, а через сравнительно небольшое время — подполковника.

В 1690 по случаю рождения царевича Алексея Францу Лефорту было присвоено звание генерал-майора. В том же году царь Пётр впервые посетил Немецкую слободу, почтив своим вниманием и дом Лефорта. С этого времени царь стал часто бывать в Немецкой слободе и особенно часто – в доме Лефорта.

Никто лучше Лефорта на владел ружьём и топором. Из кости и дерева он с необыкновенным искусством вытачивал тонкие вещи. Он правил рулём и парусом как самый опытный мореход, метко наводил орудие. Он был отважным рубакой, балагуром и весельчаком, умным и интересным рассказчиком, чьими разносторонними энциклопедическими познаниями сразу же пленился молодой русский царь.

В доме Лефорта царь получил первое знакомство с европейским образом жизни. Там же он познакомился с Александром Меншиковым, впоследствии ставшим сподвижником царя. Впоследствии, чтобы у Лефорта было больше места для приема гостей, Петр приказал выстроить для своего друга большие палаты. После смерти Лефорта дворец в течение многих лет оставался главной резиденцией Петра: в нём он принимал послов, устраивал знаменитые увеселения – ассамблеи, театральные представления.

Пользуясь большим влиянием при дворе и следуя политике Петра, Лефорт привлекал к государственной службе и покровительствовал людям талантливым, независимо от их происхождения, национальности и веры.

Одной из главных забот Петра стала коренная перестройка военного дела в России. Лефорт взялся за обучение солдат и сформировал полк "иноземного строя", который в 1695 был преобразован в "Первый морской батальон". Лефорт был одним из первых, кого царь Петр произвёл в полные генералы.

Лефорт был также и одним из создателей Российского флота. В 1691 он предложил построить корабельную верфь на реке Трубеже при впадении в Плещеево озеро в Переяславле-Залесском. Он убедил иностранных торговых агентов в необходимости пригласить в Россию из-за рубежа корабельных мастеров для строительства судов в Архангельске. Большие усилия были приложены Лефортом и для организации судостроительных верфей в Воронеже.

Во время второго Азовского похода (март-июль 1696) Франц Лефорт командовал всем Российским флотом, за что указом царя его "облекли в достоинство адмирала".

По поручению царя Франц Лефорт (вместе Фёдором Головиным и Ппрокофием Возницыным) возглавил дипломатическую миссию в 1697–1698 – "Великое посольство", которое вместе с самим Петром, путешествовавшим инкогнито, посетило важнейшие европейские государства.

Вскоре по прибытии из Европы в Москву, Лефорт заболел. Причиной резкого ухудшения его здоровья стали раны и травмы, полученные им во время Азовского похода. Он умер в ночь на 2(12).03.1699 и был торжественно похоронен со всеми воинскими почестями.


Головин, Фёдор Алексеевич (1650-1706).

Сын боярина Алексея Петровича Головина из боярского рода Ховриных-Головиных. Существует предание, будто царь Алексей Михайлович на смертном одре завещал Головину "хранить царевича Петра, яко зеницу ока" и во время стрелецкого мятежа 1682 года именно Головин увёз малолетнего Петра из Москвы в Троицкий монастырь.

При царевне Софье Головин обратил на себя внимание первого министра Василия Голицына и в чине окольничего он был послан на Амур (в Дауры) "для договоров и успокоении ссор китайского богдыхана" (урегулирования пограничного конфликта в районе Албазинского острога). 27.08.(6.09).1689 он заключил Нерчинский договор, по которому уступил китайцам реку Амур до притока Горбицы вследствие невозможности вести с Китаем серьёзную войну. По возвращении из посольства Головин был пожалован должностью Сибирского наместника.

Головин стал одним из ближайших помощников нового царя в деле преобразования России. Утверждается, что он первым из бояр сбрил бороду, чем заслужил одобрение молодого Петра. Головин провёл организационные и информационные работы по подготовке второго Азовского похода Петра I, во время которого, командуя авангардом галер, дошёл вместе с царём по Дону до Азова. В этом походе он состоял в новой для того времени должности генерал-комиссара, ставшей впоследствии основой должности генерал-кригскомиссара. За участие во второй Азовской кампании Головин был награждён серебряной медалью и пожалован селом Молодовское городище.

Головин сыграл выдающуюся роль в создании русского флота. В Великом посольстве (1697) он занимал второе место после Лефорта. Проезжая по европейским столицам, он приглашал на русскую службу иностранцев, готовил условия для судостроительных работ, по окончании посольства возглавил вновь созданный Военный морской приказ. В его ведении находилась и Навигацкая школа.

В 1699, после смерти Лефорта, Головин был сделан генерал-адмиралом, стал первым кавалером ордена Св. Андрея Первозванного, а также получил в заведование иностранные дела (он назывался на новый манер – канцлер) и занял первенствующее положение между правительственными лицами.

Вплоть до самой смерти Головин руководил русской дипломатией — вёл обширную дипломатическую переписку и руководил действиями русских послов. Под надзором Головина была создана система дипломатических представительств России за рубежом. В 1704 он подписал от имени царя русско-польский договор, лично составлял русско-датский договор, курировал демаркацию границы с турками.

19(30).08.1700 Головин получил чин генерал-фельдмаршала петровской новонабранной армии, созданной в связи с началом войны со Швецией, однако накануне битвы при Нарве вместе с Петром I покинул действующую армию, оставив командование герцогу де Круа.

5(16).11.1701 грамотой римского императора Леопольда I Головин первым из российских сановников был возведён в графское достоинство Римской империи вместе с нисходящим его потомством. От него происходит графская ветвь рода Головиных.

Летом 1702 Головин сопровождал царя в Архангельск, наблюдал за транспортировкой по Государевой дороге кораблей, которые участвовали в осаде Нотеборга. В 1703 он присутствовал при осаде Ниеншанца. После сражения в устье Невы, как первый кавалер ордена Св. Андрея Первозванного, Головин возложил знаки ордена на царя Петра и его фаворита Александра Меншикова.

Головин умер 30.07(10.08).1706 по дороге в Киев, где находился царь. Головин был особенно замечателен тем, что, несмотря на солидный возраст, успешно действовал в новом духе, когда гораздо более молодые сотрудники Петра только ещё тому учились. Государь очень ценил Головина, называл его своим другом и, извещая в письме о его смерти, подписался "печали исполненный Пётр".


Шереметев, Борис Петрович (1652-1719).

Родился 25.04(5.05).1652 в старинной боярской семье Шереметевых. В 1669 был на службе у царя Алексея Михайловича комнатным стольником. В 1681 в должности воеводы и тамбовского наместника командовал войсками против татар. В 1682 получил боярский титул. Проявил себя на военном и дипломатическом поприщах.

В 1686 Шереметев был послан для заключения "Вечного мира" с Польшей. Вернувшись в Россию, Шереметев получил командование над войсками в Белгороде и Севске, отвечавшими за охрану от крымских набегов. Служба вдали от Москвы позволила Шереметеву не делать выбора во время борьбы между царевной Софьей и Петром I.

В 1695 Шереметев участвовал в первом Азовском походе Петра I, но на отдаленном от Азова театре военных действий — вместе с Мазепой он очень удачно отвоёвывал у Турции города в устье Днестра.

В 1697-1699 Шереметев совершил путешествие по Западной Европе (был в Польше, Австрии, Италии, на острове Мальта) — выполняя дипломатические поручения Петра I, и вернулся в Россию в немецком платье, вызвав тем самым восторженный приём царя.

В начале Северной войны (1700-1721) во время Нарвского сражения конница Шереметева бежала с поля сражения. Шереметев осадил Мариенбург, но был отбит Шлиппенбахом, зато в поле русские войска одержали верх. За победу при Эрестфере в 1701 Шереметев был награждён чином фельдмаршала.

В 1702 при Гумельсгофе он наголову разбил войско Шлиппенбаха, разорил Лифляндию, взял 8 городов. В 1703, при участии Петра I, им был взят Нотебург. Оттуда он пошёл вниз по правому берегу Невы и взял Ниеншанц. Затем Шереметев занял Копорье, Ямбург и этим закончил покорение Ингрии.

В Эстляндии Шереметьев взял Везенберг. В 1704 он осадил Дерпт, который сдался в начале штурма.

В 1705 Петр I послал Шереметева на подавление бунта в Астрахани. Высочайшим указом от 1706 года Шереметев был первым в России возведён, с нисходящим его потомством, в графское Российского царства достоинство.

Вернувшийся из Астрахани он сразу же был послан в Курляндию. Здесь при Гемауертгофе он был разбит Левенгауптом; участвовал также в неудачной для русских битве при Головчине. В Полтавской битве Шереметев командовал центром русских войск.

Он участвовал в Прутском походе, затем был послан с Шафировым для заключения мира с Турцией.

По возвращении из Константинополя Шереметев принимал участие в походах в Померанию и Мекленбург. Всю жизнь он отдал на служение Петру I, но вследствие тяжёлого характера и неприязни к Александру Меншикову не пользовался расположением царя. Горячий западник, он тем не менее симпатизировал царевичу Алексею Петровичу и не участвовал в суде над ним.

Борис Петрович Шереметев умер 17(28).02.1717. В завещании он просил похоронить его в Киево-Печерской лавре, но Пётр I, решив создать пантеон в Санкт-Петербурге, приказал похоронить Шереметева на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры.

Потомки Бориса Петровича Шереметева занимали видное положение в Российском государстве. Его внук, Николай Петрович Шереметев, покровитель искусств и меценат, основал в Москве Странноприимный дом, в котором ныне размещается институт им.Склифасовского. В Москве им также сооружены театрально-дворцовый комплекс в Останкино и дворцово-парковый ансамбль в Кусково.


Головкин, Гавриил (Гаврила) Иванович (1660-1734).

После брака Натальи Кирилловны с царём Алексеем Михайловичем (1671) в бояре были пожалованы многие её родственники, включая Ивана Семёновича Головкина (двоюродный брат её матери). Его малолетний сын Гаврила был призван ко двору как троюродный брат новой царицы.

С 1677 Гаврила состоял при царевиче Петре Алексеевиче сначала стольником, а впоследствии верховным постельничим. Во время стрелецкого бунта он уехал вместе с царевичем в Троицкий монастырь, после чего пользовался постоянным его доверием. В 1689 в ведение Головкина перешла Царская мастерская палата.

После смерти Фёдора Головина Головкин был назначен ведать посольскими делами, но особой инициативы не проявлял, стараясь строго следовать указаниям царя. На протяжении многих лет Головкин состоял в конфликте с другими виднейшими дипломатами — Шафировым и Толстым.

В 1707 Головкин пытался добиться избрания дружественного России монарха Речи Посполитой. В 1707 грамотой римского императора Иосифа I Головкин был возведён в графское достоинство Римской империи вместе с нисходящим его потомством. В 1708 он занимался украинскими делами. В частности, он поддержал преследование Кочубея, донёсшего на неверность Мазепы.

В 1709 после Полтавской битвы царь поздравил Головкина с присвоением нового для России титула канцлера. 15(26).07.1709 он был возведён, с нисходящим его потомством, в графское достоинство Российского царства.

Убедившись в бесперспективности Прутского похода, Гаврила Иванович склонил царя перейти от военных действий к мирным переговорам.

Головкин до самой смерти Петра продолжал курировать русскую дипломатию, хотя дела велись коллегиально вместе с Шафировым под общим руководством монарха. В переписке "великий канцлер" сохранял с царём былой наставнический тон. В общей сложности за канцлерство Головкина было заключено 55 международных договоров, причём Амстердамский трактат (1717) он подписал лично. После Ништадтского мира от имени Правительствующего сената именно Головкин просил Петра принять титул "Отца Отечества, Петра Великого, Императора Всероссийского".

В 1713 царь поручил Головкину заняться искоренением казнокрадства при распределении подрядов (государственного заказа). Как показало разбирательство, подряды на поставку провианта заключались по завышенным ценам и оформлялись на подставных лиц. Это приводило к незаконному обогащению Александра Меншикова и ряда других петровских сподвижников, среди которых фигурировал и сам Головкин.

После смерти Петра канцлер Головкин, будучи членом Верховного тайного совета, искусно лавировал в хитросплетениях придворных партий и в отличие от большинства других петровских сподвижников смог не только сохранить прежнее значение, но и приумножить огромное состояние, включавшее подмосковный дворец в селе Коньково и целый Каменный остров в Петербурге, помимо многих других имений.

В правление Екатерины I канцлер сумел сломить сопротивление других "верховников" и настоял на заключении русско-австрийского союза. Именно Головкину как человеку наиболее надёжному и беспристрастному императрица доверила своё духовное завещание, назначив его одним из опекунов малолетнего Петра II, но после смерти последнего Головкин предал огню этот государственный акт, которым на случай бездетной кончины юного императора престол обеспечивался за дальнейшими потомками Петра I, и высказался в пользу Анны Иоанновны. Подписав "Кондиции", из-за вражды с князьями Долгорукими Головкин сам же просил императрицу о восприятии самодержавия.

Анна Иоанновна не забыла содействия, оказанного ей Головкиным при занятии престола. В её царствование он занял первенствующее положение в Кабинете министров. За время своей деятельности на посту канцлера Головкин искусно лавировал среди высшей аристократии, всегда оказываясь на стороне сильнейших, и к концу жизни из мелко поместного дворянина, владевшего всего пятью семействами крепостных, сделался владельцем 25 000 крестьян. Он умер 25.07.1734.


Булавин, Кондратий Афанасьевич (ок. 1660-1708).

Родился в станице Трёхизбянской (Луганская область, Украина) в семье станичного атамана. Участвовал в походах против татар, в т.ч. в Азовском походе 1696 года, избирался походным атаманом. Примерно в 1705 стал атаманом бахмутских казаков и вступил в конфликт с Изюмским полковником Шидловским.

Знаменитое "Булавинское восстание" началось с запрета российского правительства казакам самостоятельно добывать соль и ультиматума — выдать с Дона беглых крепостных крестьян. Оба эти требования категорически противоречили "казацкой старине" — соль была основным доходом самостоятельного войска Донского, а беглые — основным пополнением казачьему войску.

Собрав 200-300 "верных казаков", Булавин вместе со своими соратниками Хохлачом (Хохлом), Игнатом Некрасовым (Некрасом) напал на казацкие солеварни, занятые солдатами Изюмского полка. Восставшим способствовал первый громкий успех — солдаты были разогнаны, а обиженный командир полка Щуст написал жалобу на Булавина. Затем наступила очередь карателей князя Юрия Долгорукого — его отряд был полностью уничтожен, а сам князь и большинство офицеров пойманы казаками и обезглавлены. Отсюда пошло народное выражение — "Хватил Кондратий". Восстание мгновенно охватило низовья Дона и обеспокоило российское правительство, которое немедленно отправило на Дон 20-тыс. армию во главе с Василием Владимировичем Долгоруковым, братом убитого казаками карателя.

Булавин и его немногочисленные сторонники отступили на территорию Украины. Однако уже к весне 1708 восстание вспыхнуло с новой более яростной силой. К восставшим теперь присоединилась масса обычных казаков, ранее стоявших в стороне от восстания. К апрелю 1708 восстание охватило Козловский, Тамбовский, Верхнеломовский и Нижнеломовский уезды, распространилось на Слободскую и Левобережную Украину и Поволжье. 5-тыс. отряд Булавина двинулся к Черкасску и 9 апреля в сражении на реке Лисковатке (у города Паншин) разбил 3-тыс. отряд черкасского атамана Лукьяна Максимова. После этой победы восставшие двинулись к городу Черкасску. При подходе отрядов Булавина к городу местные жители схватили атамана Максимова и прочих старшин и выдали их восставшим. Все сторонники российского правительства были убиты, а Черкасск стал форпостом восстания. 9 мая Булавин был избран войсковым атаманом.

Он строил план широкой "казачьей коалиции" вместе с запорожцами и калмыками и совместных действий против российского правительства. Повстанцы создали свою военную организацию и выработали свои методы ведения боя, в основу которых лёг опыт казачьего войска. Ядро булавинцев составляли казаки, беглые солдаты и драгуны; крестьяне в ходе борьбы обучались простейшим навыкам военного дела. Повстанцы действовали в конном и пешем строю, сражались в полевых условиях, вели оборону и осаду крепостей. Внезапность и решительность нападения в сочетании с широкой поддержкой населения нередко приносили им успех. В полевом бою повстанцы применяли повозки для прикрытия войск, усиливали свои позиции возведением простейших укреплений, установкой в них захваченных орудий.

Тем временем восстание ширилось. Соратник Булавина, атаман Игнат Некрасов, двинулся на Волгу, чтобы зажечь новый очаг восстания. Сам Булавин, находясь в Черкасске, слал по Руси "прелестные" (т.е. прельщающие) письма с призывом постоять за казацкие права, против "бояр, да прибыльщиков и немцев". Однако для проведения этого плана в действие необходимо было отбить ключевую крепость — Азов. Однако восставшим удалось взять только предместье Азова. При атаке крепости они попали под огонь крепостной и корабельной артиллерии, подверглись контратаке гарнизона и были вынуждены отойти от города.

В ночь на 7(18).07.1708 Булавин с группой соратников (не более 10 человек) были атакованы в Черкасске сотней заговорщиков, решивших выдать его правительству. Булавин сопротивлялся отчаянно и застрелил нескольких нападавших, но при прорыве из загоревшейся избы был убит. После его смерти усилия Игната Некрасова объединить действия повстанцев оказались безрезультатными и в начале 1709 остатки отрядов Игната Некрасова, Павлова и Беспалого (2 тыс. казаков) ушли на Кубань.


Апраксин, Фёдор Матвеевич (1661-1728).

Родился 27.11(7/12).1661. Дворянский род Апраксиных вёл начало от татарского мурзы Солохмира. В 1371 он выехал из Орды в Рязань. В крещении он получил русское имя Иван. В конце XV века предки Апраксина переехали в Москву и начали служить царю Иоанну III.

Фёдор был cыном стольника Матвея Васильевича Апраксина (1625-1668) — у которого было трое сыновей и дочь. Его дочь, Марфа Матвеевна (1664-1715) — стала второй женой царя Фёдора Алексеевича, а сыновья Пётр, Фёдор и Андрей, выдвинувшиеся благодаря браку сестры, стали видными государственными деятелями.

Фёдор был сподвижником царя Петра I, участником его потешных полков.

В 1692 Фёдор Матвеевич был назначен воеводой в Архангельск. Занимая эту должность, он построил корабль, который посылал для торговли за море, чем доставил величайшее удовольствие Петру I.

В 1697 перед путешествием Петра за границу, ему был поручен главный надзор за судостроением в Воронеже. В 1700 Фёдор был назначен главой Адмиралтейского приказа и азовским губернатором, а с 1708 стал носить титул генерал-адмирала.

Под его командованием русский флот участвовал в Северной войне и Персидском походе. В сентябре и октябре 1708 он удачно охранял Петербург от нападения генерала Любекера.

В 1709 Фёдор определён Азовским генерал-губернатором, а в следующем году вместе с братом пожалован графским титулом.

В 1713 граф Федор Матвевич, начальствуя над галерным флотом, брал города Гельсингфорс и Борго, a 6.10.1713 при содействии князя Михаила Голицына, одержал победу в бою при реке Пелькин. Оставаясь в Або, Апраксин исправлял и строил галерный флот.

В 1714 Апраксин командовал русским флотом, действовавшим у шведских берегов. Под его командованием 27.07(7.08).1714 была одержана решительная победа в морском сражении у мыса Гангут.

С 1718 Фёдор Матвеевич — президент Адмиралтейств-коллегии, с 1726 — член Верховного тайного совета.

Умер Фёдор Матвеевич Апраксин 10(21).11.1728 и был похоронен в Златоустовском монастыре в Москве.


Шеин, Алексей Семёнович (1662-1700)

Алексей происходил из старого боярского рода. Его прадед Михаил Борисович Шеин командовал русскими войсками во время Смоленской войны (1632-1634). Русские войска потерпели поражение. Михаил Шеин был обвинён в измене и казнён, а его семья сослана в Симбирскую губернию.

Будучи мальчиком, Алексей Шеин присутствовал при казни Степана Разина (6[16].06.1671). Позже он присутствовал при коронации Петра I и Ивана V (25.06[5.07].1682). Царевна Софья Алексеевна в 1682 пожаловала Шеину титул боярина.

В 1680-1681 Шеин был воеводой в Тобольске, а в 1683-1684 — в Курске. Шеин принимал участие в Крымских походах Василия Голицина в 1687 и 1689. Во время первого, неудачного Азовского похода Петра I (1695) — Шеин командовал Преображенским и Семёновским полками. В 1696 во время второго Азовского похода, Шеин был главнокомандующим сухопутными войсками.

28.06.1696 за военные успехи во втором Азовском походе, Пётр I присвоил Шеину звание генералиссимуса (первое в России) и наградил золотым кубком. Позже, Пётр назначил Шеина главнокомандующим русской армии, командующим артиллерией, конницей и управляющим иностранного приказа.

В 1697 Шеин служил в Азове, руководил строительством морской гавани в Таганроге. Ему приходилось постоянно отражать набеги турок и татар.

Во времы "Великого посольства" (1697-1698) Шеин был оставлен Пётром I начальником трёх военных приказов. В 1698 Шеин участвовал в подавлении стрелецкого бунта. Позже, Шеин попал в немилость Петра I, за то, что он не разоблачил связь стрельцов с царевной Софьей. Когда Пётр начал стричь боярские бороды, первым он состриг бороду Алексею Шеину.

Умер Алексей Семёнович Шеин 2(12).02.1700.


Голицын, Дмитрий Михайлович (1665-1737).

Родился 3(13).07.1665. Он был старший сыном стольника (впоследствии боярина) князя Михаила Андреевича Голицына (1639-1687), двоюродного брата фаворита правительницы Софьи, Василия Голицина.

В 1686 Дмитрий стал комнатным стольником царя Петра Алексеевича. В 1694—1697 служил в Преображенском полку в звании капитана, участвовал в Азовских походах. В 1697 он был отправлен в числе других за границу "для науки воинских дел" и попал в Италию, где изучал "навигацкую науку". В 1701—1704 был послом в Константинополе, чтобы добиться свободного плавания русских судов по Чёрному морю, и был заключён в Семибашенную крепость.

В 1704 Дмитрий Голицин был послан со вспомогательным отрядом к польскому королю в Польшу и Саксонию, вернулся оттуда в 1706. В январе 1707 он возглавил Белгородский разряд, которому также подчинили русский гарнизон в Киеве, при этом Голицыну было приказано именоваться воеводой Киевским. Основной заботой Голицына в ожидании шведского нападения на Россию стала модернизация имевшихся крепостей с русскими гарнизонами в Киеве, Переяславле, Чернигове и Нежине. С 1711 он был Киевским губернатором. Его воеводство и губернаторство в Киеве обнаружили его административные таланты. Он сумел стать в хорошие отношения с вновь избранным гетманом Скоропадским.

С 1718 Голицин был назначен главой Камер-коллегии и членом Сената, заведовал финансовыми вопросами. Он пользовался большим доверием Петра I, который часто обращался к нему с разными просьбами (например, о переводе тех или иных книг), и был, по свидетельству современников, честным и неподкупным. Тем не менее, в 1723 по делу Петра Шафирова, Голицин был лишён чинов, подвергнут штрафу и домашнему аресту и только по ходатайству императрицы был помилован и восстановлен в прежних званиях и чинах.

После смерти Петра I Голицын поддерживал партию сторонников правления его внука Петра II Алексеевича, однако согласился на воцарение Екатерины I в обмен на место в Верховном тайном совете. В 1726 он участвовал в переговорах о заключении русско-австрийского союза. 1.01.1727 Голицин получил от императрицы орден Св. Андрея Первозванного и орден Св. Александра Невского.

Император Пётр II в своё недолгое правление назначил князя главой Коммерц-коллегии. Дмитрий Голицын отменил ряд государственных монополий и снизил таможенные тарифы. В роли президента Камер-коллегии Голицин подготовил согласно регламенту табель (перечень) государственных доходов и расходов. Тогда же ввёл в Верховный тайный совет своего брата Михаила Голицина, ставшего главой Военной коллегии.

В 1730, после смерти Петра II, Дмитрий Голицын предложил пригласить на престол курляндскую герцогиню Анну Иоанновну, племянницу Петра I, которая, по его мнению слыла женщиной очень умной, отличалась серьезностию поведения, величественной, царственной наружностью. Приезжая в Петербург и в Москву из Митавы с просьбами о помощи, она старалась заискать расположение всех и потому оставляла после себя приятное воспоминание.

Голицын убедил членов Верховного тайного совета в необходимости навсегда ограничить самодержавное правление в России. 19.01.1730 Совет направил новоизбранной императрице письмо с документом конституционного содержания — Кондициями, который Анна должна была подписать. Согласно Кондициям императрица могла распоряжаться только своим двором. Верховная власть переходила к Верховному тайному совету в составе 10 или 12 членов из знатнейших фамилий; в этом Совете императрице отводилось только два голоса. Под Советом предполагалось действие трех учреждений:

28.01(8.02).1730 в Митаве Анна Иоанновна подписала Кондиции с припиской: "По сему обещаю все без всякого изъятия содержать". Однако, через несколько дней после коронации Анна Иоанновна нарушила принятые на себя обязательства и 25.02(8.03).1730 разорвала, ранее подписанный документ. В свою очередь, члены Верховного тайного совета не смогли выполнить последний пункт Кондиций "а буде чего по сему обещанию не исполню, то лишена буду короны российской".

Несмотря на то, что Голицын возглавлял "конституционную" партию, после упразднения Верховного тайного совета он, в отличие от Долгоруких, не был сослан. Возможно, сыграло роль то, что инициатива призвания Анны Иоанновны на престол исходила именно от него. Сохраняя звание сенатора, он жил в подмосковном имении Архангельском, где собрал богатейшую коллекцию (около 6 тыс. томов) европейской литературы.

Вскоре, однако, репрессии коснулись его зятя, Константина Кантемира, сына молдавского господаря Дмитрия Кантемира, женатого на Анастасии, младшей дочери Дмитрия Голицина. За поддержку зятя в 1736, совсем уже больной, Голицин был арестован, обвинён в подготовке заговора и был присуждён к смертной казни, которую императрица заменила заключением в Шлиссельбурге с конфискацией всех имений. 9.01.1737 он был отвезён в крепость, где и умер 14(25).04.1737 (возможно, насильственной смертью).

Выросший и воспитавшийся в условиях и традициях старой родовитой боярской среды, Голицин до конца жизни остался гордым защитником родословных традиций и с презрением относился к иноземцам и случайным людям своего времени.


Репнин, Аникита Иванович (1668-1726).

Родился 12(22).08.1668 в семье боярина, новгородского и тамбовского воеводы, начальника Сибирского приказа Ивана Борисовича Репнина (ум. 1697) и его жены Евдокии Никифоровны Плещеевой (ум. 1695). В 16 лет начал придворную службу спальником и вошёл в тесный круг приближённых молодого царя Петра Алексеевича. В 1685, при учреждении потешной роты, он был пожалован её поручиком. Во время стрелецкого мятежа 1689 года одним из первых прибыл в Троицкий монастырь для охраны царя Петра от сторонников Софьи.

В чине полуполковника Преображенского полка Аникита Репнин в 1694 участвовал в кожуховских манёврах, в 1695 получил боевое крещение под Азовом, находясь в главной квартире в качестве генерал-адъютанта генерала Автонома Головина. Второй Азовский поход в 1696 совершил в отряде генерал-адмирала Франца Лефорта в должности капитана морской роты.

В 1698 Репнин именовался генерал-майором и содействовал быстрому усмирению стрелецкого бунта в Москве, своевременно успев занять Воскресенский монастырь.

В 1699 Репнину было поручено сформировать в Казани 10 солдатских полков. Формирование было закончено в следующем году, причём 8 новонабранных полков составили "третье генеральство" действующей армии под началом Репнина. кроме того, после смерти генерала Петра (Патрика) Гордона ему подчинён Бутырский полк.

В октябре 1700 Репнин выступил со своей "дивизией" под Нарву, но, узнав на марше у озера Самро о поражении русских, повернул назад и спешно отошёл к реке Луге, где принял на себя отступавшие остатки армии и вместе с ними вернулся в Новгород. Здесь, по повелению Петра, он занялся приведением в порядок расстроенных русских полков. В Новгороде он оставался всю зиму, причём некоторое время исполнял обязанности губернатора вместо взятого в плен генерал-майора Ивана Трубецкого.

В 1701 во главе 20-тыс. корпуса Репнин был направлен в Лифляндию для содействия саксонскому фельдмаршалу Штейнау, но ничем не помог союзникам в несчастном сражении на Двине 8(19).07.1701, после чего в середине августа вернулся в Россию.

В последующие годы Репнин участвовал в завоевании Ингрии и Прибалтики, был вторым командующим генералом при взятии Нотебурга (1702), Ниеншанца (1703), Нарвы (1704) и Митавы (1705). В январе 1706 вместе с генерал-фельдмаршал-лейтенантом Георгом Огильви был блокирован шведским королём Карлом XII в Гродно, но сумел вырваться и соединиться с основными силами, совершив переход из Гродно через Брест и Волынь к Киеву.

В январе 1707 Репнин подал на имя Петра I доклад, в одном из пунктов которого просил царя дать пехотным полкам имена по городам (вместо обычая носить имена их полковников, которые часто менялись), как это уже было проведено в драгунских полках. Это предложение было принято Петром в марте 1708.

В кампаниях 1707—1708 годов Репнин продолжал командовать дивизией. В 1708 он потерпел поражение от Карла XII при Головчине, был отдан под трибунал и лишён генеральского звания, но после победы при Лесной благодаря заступничеству генерала Михаила Голицына был прощён и вернул себе генеральский чин. В Полтавском сражении Репнин командовал центром русской армии, после победы стал кавалером ордена Св. Андрея Первозванного. Он был также кавалером польского ордена Белого орла.

Осенью 1709 Репнин повёл свои полки в Прибалтику, где при осаде Риги снова был вторым командующим, после Шереметева, часто его заменяя. В 1710 при взятии Риги он первым вошёл в город, сменив своими войсками шведские караулы, и был назначен губернатором Риги. До 17 октября он ведал также гражданским управлением Лифляндии. В 1711, во время неудачного Прутского похода, Аникита Репнин командовал авангардом.

В 1712—1713 годах Репнин снова состоял вторым, после Меншикова, начальником войск в Померании, участвовал во взятии Тённинга и Штеттина, получил от датского короля орден Слона. В 1715 он защищал от шведов побережье Курляндии. С 1719 был генерал-губернатором Рижской губернии, а с 1724 совмещал эту службу с обязанностями президента Военной коллегии. Репнину удалось сгладить существовавшие до него трения и успешно справиться с нелёгким делом управления недавно покорённой страной, — задачей, тем более трудной, что многочисленные привилегии горожан и дворянства делали их совершенно "недоступными губернаментству и гоф-герихту".

Оценив деятельность Репнина, Пётр I постепенно расширял полномочия генерал-губернатора. Указом от 24.02.1720 в ведение Репнина были переданы все дела, "которые к охранению города Риги принадлежат". Несколько позже ему был передан контроль за городскими доходами и расходами и наблюдение за избранием выборных должностных лиц. Немало трудов положил Репнин на развитие рижской торговли, вернейший путь к которому он видел в оборудовании многочисленного торгового флота. С этой целью он заложил верфь в Риге и усиленно хлопотал о соединении Кишозеро (озеро в северо-восточной части Риги) каналом с рекой Трейден-Аа (лат. Гауя).

Во время очередной опалы Меншикова 20.01.1724 Репнин был назначен вместо него президентом Военной коллегии. 7(18).05.1724, по случаю коронации Петром I своей жены Екатерины I императрицей, Репнин получил чин генерал-фельдмаршала.

В Петербурге Репнин был втянут в борьбу придворных партий, которая особенно обострилась из-за ухудшения здоровья царя и неясности вопроса о престолонаследии. После смерти Петра I 28.01.1725 Репнин, как и другие представители родовитого боярства, высказался за воцарение Петра II, но затем поддержал мнение Меншикова о передаче короны Екатерине I. По случаю её воцарения он был осыпан милостями и удостоен ордена Св. Александра Невского.

Меншиков, опасавшийся чрезмерного возвышения Репнина, отобрал у него руководство Военной коллегией и добился его возвращения в Ригу для осмотра магазинов, артиллерии и амуниции, пополнения запасов и постройки нового траншемента на берегу Двины. Из этой командировки Репнин уже не вернулся, так как умер в Риге 3(14).07.1726 и был похоронен там же в Алексеевской церкви.


Шафиров, Пётр Павлович (1669-1739).

Происходит из семьи польских евреев, поселившихся в Смоленске и перешедших в православие после взятия города русскими в 1654. Дед его был в Орше "шафором" (т.е. кучером), отчего и произошло их фамильное прозвище.

Начал службу в 1691 в Посольском приказе, где переводчиком служил и его отец Павел Филиппович Шафиров (1648-1706).

В 1697-1698 Шафиров участвовал в "Великом посольстве" Петра I, принимал участие в заключении договора с польским королём Августом II (1701) и с послами седмиградского князя Ференца II Ракоци. Впервые выдвинул его, дав в 1704 титул тайного секретаря, Фёдор Головин, преемник которого Гавриил Головкин в 1709 переименовал его в вице-канцлера. В этом звании он в основном и управлял посольским приказом.

Во время Полтавской битвы Шафиров присутствовал в царской ставке. Он первым в Российской империи получил в 1710 титул барона.

В 1711 Шафиров сыграл важную дипломатическую роль во время Прутского похода, заключив с турками Прутский мир, а сам вместе с графом Борисом Шереметевым остался у них заложником.

В 1714 вернулся в Россию и продолжил службу на дипломатическом поприще. В 1715 он участвовал в заключении договора с Данией о взаимном содействии против шведов; в 1716 с мекленбург-шверинским герцогом Карлом-Леопольдом относительно бракосочетания царевны Екатерины Иоанновны; в 1717 с Пруссией и Францией о сохранении мира в Европе (Амстердамский договор).

Около 1716 Шафиров, по поручению Петра I, написал знаменитое "Рассуждение о причинах войны", в котором борьба со шведским королём была представлена как необходимость, вызванная существенными потребностями государства. В "заключении" к нему Пётр I проводил мысль о необходимости довести дело до конца и не мириться, прежде чем не будет обеспечено обладание Балтийским морем. Шафиров написал около этого времени и "Дедикацию, или Приношение царевичу Петру Петровичу о премудрых, храбрых и великодушных делах его величества государя Петра I".

С 1717 Шафиров был вице-президентом коллегии Иностранных дел. В 1719 он был награждён орденом Св. Андрея Первозванного.

В 1722 Шафиров получил чин действительного тайного советника, и был назначен сенатором. Дом Шафирова на берегу Большой Невки считался одним из лучших в Петербурге.

В 1723 Шафиров рассорился с могущественным князем Меншиковым и обер-прокурором Григорием Скорняковым-Писаревым. Он выяснил, что вокруг подаренного светлейшему князю города Почепа (в Брянской области) тот "начал прирезать себе соседние участки, а казаков, которые этому противились, сажал за решетку", причём его сподручником выступал полковник Богдан Скорняков-Писарев, брат обер-прокурора. В ответ обер-прокурор обвинил в казнокрадстве брата самого Шафирова, служившего в ревизион-коллегии; притом указывал, что даже после ликвидации этого учреждения он продолжал получать жалование. Дело дошло до пьяных драк между двумя сановниками.

Когда дело Шафирова о злоупотреблениях по почтовому ведомству, выявленных Скорняковым-Писаревым, рассматривал Правительствующий сенат, обвиняемый, в нарушение регламента, отказался покинуть зал и вступил в шумную перебранку с Меншиковым и Головкиным. В результате комиссией из 10 сенаторов он был лишён чинов, титула и имения и приговорён к смертной казни, которую Пётр I заменил ссылкой в Сибирь. На пути туда он позволил Шафирову остановиться "на жительство" в Нижнем Новгороде "под крепким караулом". По свидетельствам современников, указ об отмене смертного приговора был зачитан Шафирову прямо на эшафоте.

Императрица Екатерина I, немедленно по восшествии на престол, возвратила Шафирова из ссылки, вернула ему всё отнятое, сделала президентом Коммерц-коллегии и поручила составление истории Петра Великого.

В 1730 он ездил, в качестве полномочного министра, в Гилянь, где заключил торговый и мирный трактат с персидским шахом. В 1734 Шафиров с графом Андреем Остерманом участвовал в заключении торгового трактата с Англией; в 1737 участвовал в заключении Немировского трактата.

Умер Пётр Павлович Шафиров 1.03.1739.

Шафиров внёс большой вклад в развитие русской почты, которую возглавлял в 1701-1723 годы. Современники отмечали, что он был очень мал ростом и так неестественно толст, что едва может двигаться.


Брюс, Яков Вилимович (1669-1735).

Яков Брюс родился в Москве 1(11).05.1669. О происходил из знатного шотландского рода Брюсов, и был младшим братом Романа Брюса, первого обер-коменданта Санкт-Петербурга. Предки Брюса жили в России с 1647 года. В это время в Шотландии и Англии происходила гражданская война и поэтому многие покинули страну и перебрались в Московию.

Получив дома в Немецкой слободе прекрасное для того времени образование, Яков рано пристрастился к математическим и естественным наукам, которыми не переставал заниматься всю жизнь. Записанный в 1683 вместе с братом в царские потешные войска, Яков Брюс в 1687 был произведён в прапорщики и участвовал в походе князя Василия Голицына в Крым, после чего был награждён небольшим поместьем. В 1689, после второго крымского похода, Брюс снова получил в награду поместье и деньги.

В 1689 во время стрелецкого бунта, в то время как юный царь укрывался в стенах Троицкого монастыря от людей Шакловитого, Брюс как прежний потешный находился при царе и был за то опять награждён. Участвуя в 1694 в кожуховском походе, Брюс уже был поручиком 2-го рейтарского полка армии князя Ромодановского. В 1695 он был произведён в капитаны и состоял за инженера в первом походе на Азов. В 1696 Брюс (тогда капитан девятой флотской роты) отплыл с Лефортом из Воронежа снова к Азову и во время пути составил карту от Москвы до Малой Азии, напечатанную потом в Амстердаме у Тессинга. За эту работу Брюс был пожалован чином полковника.

Брюс сопровождал Петра в его заграничном путешествии 1697 года и, исполняя различные его поручения в Англии, занимался там математикой под руководством английских учёных. Из России он выехал позднее царя, 19 декабря нагнал его в Голландии и пожаловался Петру на оставленного на время отсутствия царя в России главой правительства начальника Преображенского приказа князя Ромодановского, который якобы в пьяном виде приказал пытать Брюса калёным железом. Возможно, в пьяной ссоре они оба плохо помнили обстоятельства ожога руки Брюса. По крайней мере для обоих этот эпизод остался без последствий.

В следующем году Брюс, в числе 16 избранных лиц, поехал с царём в Лондон и подробно осматривал различные технические заведения и мастерские как в Лондоне, так и в Вульвиче. Оставшись после отъезда Петра в Лондоне, Брюс писал отсюда царю письма и по его поручению переводил разные книги.

В 1699 Брюс находился уже в Москве и писал Петру о том, как примечать "потемнения солнца", а также, вместе с Вейде, составлял воинские артикулы по иностранным законам. В те годы он состоял членом Нептунова общества, под председательством Лефорта, устраивавшего тайные встречи наверху Сухаревой башни в Москве, где занимались они, как передавала невежественная молва, чернокнижием.

В 1700 году Брюс помогал царю в приготовлениях его к войне с Швецией. Для пресечения путей шведам в Ижорскую землю Брюс был послан с отрядом войск, но прибыл довольно нескоро, потому что не мог собрать войска, стоявшие в разных местах, и тем навлёк на себя непродолжительный гнев царя — уже в декабре 1700, после Нарвской битвы, он получил чин генерал-майора.

В 1701 Брюс принял Новгородский приказ вместо взятого в плен при Нарве князя Ивана Трубецкого. По этой должности он был обязан заботиться об изготовлении всякого рода воинских снарядов для армии и о доставлении их в Ладогу Шереметеву, а потом к Нотебургу.

Вскоре Брюс сам был назначен к армии, стоявшей под стенами Шлиссельбурга. Он получил командование всей русской артиллерией, участвовал во взятии Ниеншанца (1703), присутствовал при закладке крепости Санкт-Петербурга, после чего двинулся к Копорью. В 1704 вместо взятого в плен царевича Александра Имеретинского, Брюс был назначен на его место исправлять должность генерал-фельдцейхмейстера русской армии.

После взятия в 1704 Нарвы и Ивангорода Брюс командовал артиллерией во время войны в Польше; с 1706 года в звании генерал-поручик от артиллерии, сражался при Калише, затем получил приказание строить мост через Днепр для перехода армии, после чего вместе с царём следовал к Смоленску. Он был на совете генералов в начале 1707 года, где обсуждался вопрос, иметь ли баталию с неприятелем в самой Польше или при границе; на этом совете решено было в Польше её не давать, "понеже трудно иметь ретираду", если бы какое несчастье случилось.

В кампании 1708—1709 годов сражался при Лесной, а в Полтавской битве командовал всей русской артиллерией, затем участвовал в капитуляции шведской армии у Переволочны. Получил за заслуги из рук самого царя орден Св. Андрея Первозванного и участвовал в триумфальном въезде Петра І в Москву 21.12.1709 (1.01.1710 по новому стилю).

В мае 1710 Брюс приплыл с артиллерией по Двине в Юнгергоф под Ригу, участвовал во взятии этого города Шереметевым 4.07.1710 и в церемониальном вступлении его в Ригу. После этого Пётр I поручил Брюсу ехать в Данциг и требовать с города уплаты контрибуции, причитавшейся ещё за польскую войну. Это поручение заставило Брюса не раз ездить в Данциг и Эльбинг, отправлять обязанности не только артиллерийского генерала, но и дипломата, вести большую переписку с царём.

В 1711 Пётр вызвал Брюса к армии, выступавшей в Прутский поход. На совете у берегов Днестра близ Сорок, Брюс, как и многие другие, настаивал идти вперёд и при дальнейшем движении армии всегда находился впереди со своей артиллерией. После мира с турками 3.08.1711 Брюс был утверждён в должности генерал-фельдцейхмейстера.

Брюс заведовал российским книгопечатанием с 1706 года, когда в его ведение была передана Московская гражданская типография. Самым известным её изданием начала XVIII века был т.н. "Брюсов календарь", вышедший в свет в 1709 и названный так оттого, что на всех книгах, издававшихся в Москве, стояла пометка, что они печатаются под надзором Брюса.

Брюс сопровождал Петра І в его поездке в Карлсбад вместе с супругой и ездил при этом по разным городам Европы с целью подыскать и нанять для русской службы опытных офицеров, а также всякого рода искусных мастеров. После бракосочетания царевича Алексея с принцессой Вольфенбюттельской Брюс сидел за ужином по левую руку царевича. Равным образом он тогда же познакомился в Торгау с Лейбницем, с которым вёл потом переписку.

В 1712, во время похода против шведов в Померанию и Голштинию, Брюс командовал не только одною русской артиллерией, но также датской и саксонской и после окончания этого похода снова ездил по Германии для найма искусных людей на русскую службу. Возвратясь в конце этого года в Россию, Брюс по поручению царя занялся разбором земель рылян и курчан, но уже в 1713 Пётр снова отправил его в Берлин и Германию для найма мастеров и для покупки художественных произведений.

После возвращении в Россию Брюс ежедневно посещал царевича Алексея, при котором находилась и его супруга Марья Андреевна. В 1714 вместе с Меншиковым он был обвинён в хищении казны, но освобождён от наказания личным указанием Петра I, который приказал ограничиться обнародованием приговора.

Пребывая в Петербурге, Брюс вёл ученую переписку с нюрнбергскими географами, а также переводил разные книги по царскому приказу и начал собирать в своём доме кабинет редкостей, завещанный им Петербургской академии. Привлекался Брюс и к составлению воинского артикула.

В 1717 Брюс получил назначение сенатором и президентом Мануфактур-коллегии, а в 1719 — президентом Берг-коллегии, которая была выделена из состава предыдущей по его настоянию. В этой должности он получил исключительное право "апробовать" изделия кожевенных мастеров и выдавать им свидетельства на это звание, а также ведал всеми российскими заводами и различными крепостными сооружениями.

На Ништадтском конгрессе Брюс, возведённый 18.02.1721 в графское достоинство, представлял интересы России вместе с Ягужинским. Вскоре им удалось подписать Ништадтский мир, за который Пётр очень благодарил Брюса и пожаловал ему пятьсот дворов в Козельском уезде, а также подмосковную усадьбу Глинки.

На Аландском конгрессе Брюс вместе с Остерманом вёл переговоры о мире со шведами и после долгих препирательств только 23.08.1718 успел заключить прелиминарный трактат, который однако Карл XII подписать не захотел.

Во время процесса Скорнякова-Писарева и Шафирова, Брюс как человек, не подозрительный обеим сторонам, был назначен первым членом комиссии верховного генерального суда, делал обеим сторонам запросы и осудил Шафирова на смертную казнь.

В день коронования Екатерины І Брюс нёс новосделанную великолепную корону и после того заперся дома и не занимался ни службой, ни артиллерией, ссылаясь на расстроенное здоровье. Перед кончиною Петра І Брюс был вместе со всею знатью во дворце, но на совете первейших чинов 28.01.1725 не принимал участия. Он получил поручение заботиться о погребении умершего императора и носил титул верховного обер-маршала печальной комиссии.

Брюс оставался по-прежнему во главе артиллерии, но с воцарением Екатерины I деятельность его прекратилась. Хотя 21.05.1725 он был награждён орденом Св. Александра Невского (при самом его учреждении), тем не менее оставался в стороне от дел и 06.06.1726 подал просьбу об отставке, после чего был уволен с чином генерала-фельдмаршала.

Яков Брюс поселился в любимом своём поместье Глинки. По уверениям ряда авторов, на склоне лет Брюс бился над секретом точного метода вычисления удельного веса металлов и очистки их от посторонних примесей.

Яков Брюс умер 19(30).04.1735 и был похоронен в лютеранской церкви Святого Михаила в Немецкой слободе. Свой богатый кабинет, состоявший из разных физических и астрономических инструментов, который считался одним из первых в его время, а также своё собрание монет, медалей и рукописей он завещал Академии наук "на пользу общественную". Его "кабинет курьёзных вещей" был единственным в своём роде в России и после смерти Брюса влился в кунсткамеру Академии наук.

Брюс был одним из образованнейших людей России, естествоиспытателем и астрономом, он свободно владел шестью европейскими языками. Он собрал весьма крупную для своего времени библиотеку, насчитывавшую около 1500 томов, почти исключительно научно-технического и справочного содержания. Он нигде не учился и всего добился самообразованием. Он составил русско-голландский и голландско-русский словари, первый печатный русский учебник по геометрии, перевёл на русский "Космотеорос" Христиана Гюйгенса.

В период войны со шведами Брюс разработал скорострельные пушки и мощный порох, новые виды картечи и бомб. В 1702 Брюс открыл первую в России обсерваторию при Навигацкой школе в Москве, которой руководил. Школа помещалась в Сухаревой башне, построенной в 1695 и сильно контрастировавшей с архитектурой патриархальной Москвы. Возможно, именно поэтому народная молва приписывала Брюсу славу чернокнижника и чародея.


Меншиков, Александр Данилович (1673-1729).

Родился 6(16).11.1673 в семье придворного конюха и по воле случая был взят в слуги Францем Лефортом. Вследствие близости последнего к царю Александр в 14 лет был взят Петром I в денщики, сумел быстро приобрести не только доверие, но и дружбу царя, стать его наперсником во всех затеях и увлечениях. Он помогал ему в создании "потешных войск" в селе Преображенском. С 1693 значился бомбардиром Преображенского полка, где Пётр был капитаном бомбардирской роты. После участия в расправе над стрельцами Меншиков получил чин сержанта, в 1699 — звание корабельного подмастерья, а с 1700 — поручика бомбардирской роты.

Меншиков безотлучно находился при царе, сопровождая его в поездках по России, в Азовских походах (1695—1696), в "Великом посольстве" (1697—1698) в Западную Европу. После смерти Лефорта Меншиков стал первым помощником Петра, оставаясь его любимцем многие годы. Наделённый от природы острым умом, прекрасной памятью и большой энергией, Александр Данилович никогда не ссылался на невозможность исполнить поручение и делал всё с рвением, помнил все приказания, умел хранить тайны, и смягчать вспыльчивый характер царя.

Во время Северной войны (1700-1721) Меншиков командовал крупными силами пехоты и кавалерии, отличился в осаде и штурмах крепостей, во многих сражениях. В битве при Нарве он не участвовал, вместе с царём покинув армию накануне сражения. В 1702 при осаде Нотебурга своевременно подоспел со свежими силами к Михаилу Голицыну, начавшему штурм, и крепость была взята.

Весной 1703, действуя с Петром в устье Невы, одержал первую морскую победу над шведами, смелым абордажным ударом пленив два неприятельских корабля. В награду Меншиков получил орден Св. Андрея Первозванного (одновременно с ним кавалером ордена стал сам Пётр).

Оказывая помощь фельдмаршалу Борису Шереметеву, содействовал завоеванию Дерпта, Нарвы и Ивангорода, руководил боевыми действиями в Литве и Польше. Получил чин генерал-поручика (1704) — а в 1705 был пожалован польским орденом Белого Орла.

18(29).10.1706 Меншиков одержал крупную победу при Калише. 28.09(9.10).1708 он участвовал в славном сражении под Лесной. Меншиков часто проявлял ту прозорливость и стремительность, которых не хватало фельдмаршалу Шереметеву, разделявшему с ним высшее командование в армии. Получив известие об измене Мазепы, он взял приступом столицу гетмана — город Батурин.

В мае 1709 Меншиков смело атаковал шведов под Опошней и разбил их. Под Полтавой (27.06.1709) он командовал сначала авангардом, затем левым флангом. Ещё до ввода в сражение главных сил он разгромил отряд генерала Шлиппенбаха, пленив последнего. Меншиков возглавил преследование отступающего противника и вынудил его к капитуляции. За время битвы под Меншиковым было убито три лошади.

Меншиков был первым генерал-губернатором Петербурга (1703-1727) — руководил строительством города, а также Кронштадта, корабельных верфей на реках Нева и Свирь, Петровского и Повенецкого пушечных заводов.

Награды, получаемые Меншиковым, были не только военными. Ещё в 1702 он по ходатайству Петра был пожалован титулом графа Римской империи, в 1705 стал князем Римской империи, а в мае 1707 царь возвёл его в достоинство светлейшего князя Ижорского. Постепенно росло и материальное благосостояние светлейшего князя, число дарованных ему поместий и деревень.

В 1709-1713 Меншиков командовал войсками, освобождавшими от шведов Польшу, Курляндию, Померанию и Голштинию. В 1715 он с флотом прибыл в Ревель, где занимался строительством гавани. За участие в морских делах против шведов и заботу о флоте в 1716 получил чин контр-адмирала.

В 1718-1724 и 1726-1727 светлейший князь являлся президентом Военной коллегии, отвечал за обустройство всех вооружённых сил России. В день заключения Ништадтского мира, завершившего длительную борьбу со шведами, Меншикову был присвоен чин вице-адмирала.

Несмотря на щедрые награды и почести, получаемые от царя, Меншиков отличался непомерным корыстолюбием, неоднократно уличался в присвоении казённых средств и лишь благодаря снисходительности Петра отделывался выплатой крупных штрафов. Царь неоднократно самолично поколачивал любимца.

Основной нечестно нажитый капитал составили отнятые под самыми разными предлогами земли, вотчины, деревни. Меншиков специализировался на отнятии у наследников выморочного имущества. Покрывал раскольников, беглых крестьян, взимая с них плату за проживание на своих землях.

После смерти Петра светлейший князь, опираясь на гвардию и виднейших государственных сановников, в январе 1725 возвёл на престол жену покойного императора, Екатерину I, и стал фактическим правителем страны, сосредоточив в своих руках огромную власть и подчинив себе армию.

6(17).05.1727 великий князь Пётр Алексеевич стал императором всероссийским, 12 мая князь Меншиков был сделан генералиссимусом, а 25 мая в присутствии всего двора состоялось обручение его дочери Марии и Петра II. Однако попытка выдать Марию замуж за Петра II закончилась неудачей. Летом 1727 Меншиков тяжело заболел. Этим воспользовались его противники, Остерман и князья Алексей и Иван Долгорукие.

8 сентября Меншиков был заключён под домашней арест, а 11 сентября с семьёй был отправлен в ссылку в своё имение в Раненбург. Меншикова лишили всех чинов и орденов, а у Марии был отобран обручальный перстень императора. В апреле 1728 Меншиков с семьёй был отправлен в ссылку в Сибирь в Берёзов. Его жена скончалась в пути (под Казанью). Меншиков вместе с 8 верными слугами сам построил себе деревенский дом и церквушку. 26.12.1728, в день своего рождения, от оспы умерла Мария. За десять дней до её смерти Петр II отдал распоряжение о возвращении детей Меншикова из ссылки. Сам Меншиков умер 12(23).11.1729. Его младшая дочь Александра стала женой Густава Бирона, младшего брата фаворита Эрнста Бирона (возможно, этот брак был заключён с целью получить доступ к иностранным вкладам Меншикова, наследниками которых были его дети). Сын Александр после возвращения из ссылки сделал военную карьеру.


Голицын, Михаил Михайлович (Старший) (1675-1730).

Родился 1(11).11.1675 в семье Михаила Андреевича Голицына (1639-1687). Младший брат Дмитрия Голицина, двоюродный брат фаворита правительницы Софьи, Василия Голицина. Службу начал в 1687 барабанщиком Семёновского лейб-гвардии полка. В 1694 был произведён в прапорщики гвардии, в 1695 — в поручики. Михаил Голицин прекрасно проявил себя в Азовских походах 1695-1696 годов, за боевые отличия получил чин капитана.

30(19).11.1700 Голицин участвовал в Нарвском сражении, где был ранен, затем он участвовал в штурмах Нотебурга (1702), Ниеншанца (1703), Нарвы (1704) и Митавы (1705). В 1701 он был произведён в майоры гвардии, в том же году — в подполковники, а после взятия Нотебурга (22.10.1702 по н.с.) — в полковники лейб-гвардии Семёновского полка. Одновременно с званием гвардии полковника взятие Митавы принесло ему чин бригадира армии (1705). В 1706 Голицин в чине генерал-майора, командовал гвардейской бригадой, включавшей Преображенский и Семёновские полки.

В 1708 Михаил Голицин нанёс поражение шведскому отряду генерала Карла Рооса при селе Добром, за что стал кавалером ордена Св. Андрея Первозванного. За отличие в битве при Лесной (9.10.1708 по н.с.) он получил чин генерал-поручика. В Полтавском сражении (8.07.1709 по н.с.) Голицин командовал гвардией и вместе с князем Меншиковым руководил преследованием разбитых и отступавших шведских войск, вынудив их сложить оружие под Переволочной.

В Прутском походе Голицин командовал русской кавалерией. В 1714-1721 он командовал войсками в Финляндии, поразил шведов при Лапполе (2.03.1714 по н.с.) и был произведен в генерал-аншефы. В том же году он участвовал в морском сражении при Гангуте (7.08.1714 по н.с.). Ровно через 6 лет, командуя флотом, одержал победу при Гренгаме (7.08.1720 по н.с.).

Во время первого Персидского похода Петра I в 1722 году Голицин оставлен начальником в Санкт-Петербурге. В 1723-1728 годах командовал войсками на территории Украины. В это время он выступил одним из основателей Харьковского Коллегиума.

После смерти Петра I (25.01[8.02].1725) Голицин был сторонником воцарения его внука, Петра Алексеевича. Несмотря на это, взошедшая на престол стараниями Меншикова жена Петра I Екатерина произвела Голицына в генерал-фельдмаршалы и сделала кавалером ордена Св. Александра Невского. После воцарении Петра II (6[17].05.1727) Михаил Голицин стал сенатором и членом Верховного тайного совета, а с сентября 1728 был президентом Военной коллегии.

Являясь членом Верховного тайного совета князь Михаил Голицин участвовал в событиях, связанных с воцарением императрицы Анны Иоанновны. Когда императрица Анна, отказавшись от Кондиций, приняла на себя самодержавную власть и распустила Верховный тайный совет, в высшем обществе ожидали скорого падения Голициных, но этого не произошло. Наоборот, князь не только остался президентом Военной коллегии, но и был приближен ко Двору. Инициаторами этого были сам фельдмаршал, просивший прощения у императрицы, граф Эрнст Бирон и влиятельный в это время клан Лёвенвольде.

Голицин трагически погиб 10(21).12.1730. Когда императрица Анна Иоанновна и её свита возвращались в Москву из села Измайлова, карета Голицына, ехавшая впереди неожиданно провалилась в глубокую яму. Императрица вернулась в Москву другой дорогой, а это происшествие было представлено публике неудавшейся попыткой покушения на неё. Пышное надгробие фельдмаршала в советское время было перевезено из Богоявленского монастыря в Донской.


Ласси, Пётр Петрович (1678-1751).

Происходил из древнего нормандского рода Ласси, исстари обосновавшегося в Ирландии. В 13 лет Питер примкнул к якобитам (сторонникам свергнутого короля Якова (Иакова) II) и принял, в чине лейтенанта, участие в обороне Лимерика от вильямитов (сторонников Вильгельма III Оранского).

После окончания войны двух королей, Ласси эмигрировал со своими сторонниками во Францию, где из них составился т. н. Ирландский отряд, в который Питер Ласси был записан рядовым поскольку во Франции за юношей не было признано британское офицерское звание. Заслужив в 1697 в Савойской кампании свой первый офицерский чин, Ласси перешёл на службу к австрийцам и под командованием герцога де Круа участвовал в походе против турок и вместе с ним поступил в 1700 на русскую службу.

Во время Северной войны Ласси участвовал во взятии Кокенгузена и Риги, после чего фельдмаршал Шереметев произвёл Ласси в капитаны и назначил командиром гренадёрской роты. В 1702 он участвовал в битве под Гуммельсгофом, а в 1704 — при осаде и штурме Дерпта. За взятие Быхова в 1707 Ласси был произведён в полковники. В 1708 он командовал Сибирским пехотным полком и был опасно ранен в голову при переправе через Десну, но остался в строю.

Командуя Гренадерским полком Ласси принимал участие в походе под Решетиловку и в Полтавском сражении, где был вторично тяжело ранен, но, несмотря на это, повёл полк в составе армии Шереметева на Ригу. Он первым вступил в город и стал здесь первым же русским комендантом.

В 1711, участвуя в Прутском походе, он был произведён в бригадиры. В 1713, под непосредственным начальством Петра I, Ласси принимал участие в бою под Фридрихштадтом, а также принимал деятельное участие в осаде Штеттина.

В июле 1719 к побережью Швеции была предпринята морская экспедиция галерного флота во главе с генерал-адмиралом Фёдором Апраксиным. Два десантных отряда, одним из которых командовал Апраксин, а другим - Ласси, разгромили собранные против них военные силы шведов, уничтожили железоделательные заводы, оружейные мастерские, мельницы, лесоразработки. Подобные рейды практиковались и в 1720, даже под стенами самого Стокгольма. Опустошения, произведённые русскими на восточном побережье Швеции, заставили королеву Ульрику-Элеонору пойти на возобновление переговоров о мире. За заслуги, проявленную отвагу и бесстрашие Ласси был поощрен производством в чин генерал-лейтенанта.

При Анне Иоанновне Ласси получил полную самостоятельность в действиях на поле боя и, как следствие, проявил свои дарования в полной мере. В 1736 императрица произвела полководца в генерал-фельдмаршалы, отметив, таким образом, его заслуги в войне за Польское наследство (1733-1735). В 1733 Ласси, во главе русской армии, был послан в Польшу, для поддержания притязаний на польский престол Августа III. Его действия там были настолько удачны, что соперник Августа, Станислав Лещинский, был вынужден бежать в Данциг, который в 1734 был осаждён русскими войсками и после 4-х мес. осады капитулировал.

В 1735 по просьбе императора Карла VI Ласси был направлен с отрядом (ок. 13 тыс. человек) на помощь австрийской армии принца Евгения Савойского, воевавшего с французами. Движение русских войск через Германию было совершено в примерном порядке и с соблюдением строжайшей дисциплины. Ввиду заключения мира русские к концу года возвратились на зимние квартиры в Моравию. В 1740 Карл VI пожаловал Ласси графский титул Римской империи. По пути из Вены Ласси получил через курьера фельдмаршальский жезл, а с ним предписание императрицы немедленно двигаться к Азову.

Произведённый в генерал-фельдмаршалы, Ласси участвовал в Русско-турецкой войне (1735-1739), начальствуя отдельным корпусом. 20.07.1736 Ласси овладел Азовом, при этом полководец получил ранение. Наградой ему стал орден Св. Андрея Первозванного. В 1737 вверенные ему войска успешно воевали в Крыму. И в обоих случаях полководец проявлял склонность к нестандартной тактике. Хан ожидал его на Перекопе, но Ласси предпринял обходной маневр по Арабатской стрелке. Глубокий заход русских в тыл навёл на татар ужас, их армия рассеялась, и Ласси смог занять весь полуостров. Но недостаток в продовольствии и угроза оказаться запертым в Крыму вынудили его отойти в Северную Таврию.

В 1738 Ласси обходными манёвром, вступил в Крым через Сиваш и заставил капитулировать гарнизон Перекопской крепости. Но по тем же причинам - снабжение и угроза с тыла - русские удержать полуостров не смогли.

В Русско-шведскую войну (1741-1743) Ласси был главнокомандующим русской армии. Через две недели после объявления Швецией войны он наголову разбил корпус генерала Врангеля под Вильманстрандом. 26.08.1742 фельдмаршал отрезал отступление армии противника под Гельсингфорсом, заставив ее капитулировать. Дисциплиной в войсках и умением ладить с населением он приобрел в Финляндии многих доброжелателей и сторонников России.

За свою жиэнь Ласси участвовал в 31 кампании, на 3 генеральных баталиях, в 15 акциях и 18 осадах и при взятии крепостей. На российской службе он сосредоточивал всё своё внимание на хорошей организации вверенных ему войск и, как член Военной коллегии, провёл много полезных преобразований в устройстве и обучении русской армии. Умер Пётр Ласси 19.04.1751 в Риге, оставив после себя добрую память, особенно среди солдат.


Черкасский, Алексей Михайлович (1680-1742).

Родился 28.09.1680. Он был потомком двух крупных деятелей правления царя Алексея Михайловича — князей Якова Кунедетовича Черкасского и Никиты Ивановича Одоевского, от которых унаследовал огромные землевладения. Своё детство и юность он провёл в Москве. В 26 лет женился на двоюродной сестре царя Петра Алексеевича, за которой получил огромное приданое.

В 1702, будучи стольником, Алексей был определён в помощники к своему отцу Михаилу Яковлевичу, тобольскому воеводе, при котором служил 10 лет. Он отметился в истории Тобольска тем, что заложил в городе Бронную слободу. После смерти отца в 1712 Алексей Черкасский был вызван к царскому двору, где на первых порах состоял ближним стольником. 24.01.1714 Пётр возложил на него довольно трудное поручение: набрать в Москве и других русских городах 458 человек ремесленников, нужных для вновь учрежденной столицы, а кроме того доставить 15 человек юношей не старше 20 лет, из лучших купеческих фамилий, которых Пётр желал послать за границу изучать коммерческие науки.

В следующем году Черкасский был назначен обер-комиссаром столицы и ему был поручен надзор за производством архитектурных работ в ней, причём сам Пётр дал ему "пункты о постройке строений".

Деятельность Черкасского как обер-комиссара столицы продолжалась до 1719 года, ревностно занимаясь своими обязанностями. Черкасский очень многое сделал для новой столицы: он принимал непосредственное участие в осушении болот, занимался украшением и отделкой дворцов: Петергофского, Монплезира, Екатерининского и Шлиссельбургского, заведовал устроенными в Петербурге кирпичными заводами, построил на Выборгской стороне госпиталь и двор для гардемаринов и, наконец, лично наблюдал за постройкой Петропавловской крепости и больверка.

В 1719 Черкасский, имевший репутацию человека честного и неподкупного (чему благоприятствовало и его сказочное богатство), был назначен сибирским губернатором вместо князя Матвея Петровича Гагарина, впоследствии казнённого за лихоимство. В течение пяти лет управления Сибирью его деятельность ограничивалась преимущественно принятием оборонительных мер против башкир и монголов. Поэтому 15.01.1724 губернатором Сибири был назначен князь Михаил Владимирович Долгорукий.

В награду за сибирскую службу Черкасскому был пожалован чин статского советника. Пятилетний период царствования Екатерины І и Петра II Черкасский прожил мирно, держась в стороне от придворных интриг и борьбы партий. 8.02.1726 ему был пожалован чин действительного статского советника и повелено присутствовать в Сенате; на следующий год, он был произведен в тайные советники; одновременно с этим, 8.03.1727 Черкасский был назначен вместе с Остерманом членом организованной Екатериной І комиссии о коммерции и принимал деятельное участие в работах этой комиссии. На арену политической деятельности он выступил после кончине императора Петра II и не сходил с этой арены до самой смерти.

Во время избрания на русский престол Анны Иоанновны Черкасский примкнул к партии дворян, восставших против верховников, за что потом был сделан одним из трёх кабинет-министров. Анна Иоанновна в знак милости сразу взяла к себе в штат его жену княгиню Марию Юрьевну и её сестру, Прасковью Юрьевну Салтыкову. Кружок Черкасского принялся агитировать среди гвардейских офицеров против князей Долгоруких и Голицыных, которые главенствовали в Верховном тайном совете.

Когда был пущен слух о том, что верховники намерены арестовать Черкасского и других сторонников самодержавия, его партия собралась в доме Черкасского на Никольской улице и здесь после долгих дебатов Антиох Кантемир составил челобитную к Анне Иоанновне о принятии самодержавия.

С провозглашением Анны Иоанновны самодержавной императрицей князь Черкасский занял видное положение среди сановников государства. Анна Иоанновна, благодарная ему за то, что он в решительную минуту не стал открыто на сторону её противников, что при его связях и богатстве не могло не оказать влияния на ход событий, поспешила осыпать его знаками благоволения: 4.03.1730 он был назначен одним из двадцати одного членов восстановленного Сената (совместно со всеми бывшими членами Верховного тайного совета), 23 марта — получил орден Св. Андрея Первозванного, 30 августа — пожалован кавалером ордена Св. Александра Невского, 18.03.1731 — произведён в действительные тайные советники, причём ему было поручено по-прежнему принимать участие в работах остермановской комиссии о коммерции и наблюдать за правильным ходом торговли с Хивой и Бухарой.

Видя возвышение Черкасского, перед ним стали заискивать послы иностранных держав: так, австрийский посол граф Вратислав, хлопотавший о привлечении России на сторону Австрии, 27.07.1730 поднёс ему от имени императора Священной Римской империи его портрет, осыпанный бриллиантами, ценой около 20 000 рублей. Гордый такими знаками отличия, князь Черкасский снова попытался выступить самостоятельно на поприще придворной партийной борьбы, и совместно с Ягужинским и Левенвольде помериться силами с Остерманом, захватившим в свои руки все нити государственного управления.

В это время императрица задумала женить Левенвольде на дочери Черкасского, богатейшей в России наследнице. Однако родовитый князь, ожидавший для своей дочери далеко не такого жениха, настолько неохотно выразил своё согласие на этот брак, что сам граф Левенвольде устроил так, что через два месяца после помолвки, обручальные кольца были возвращены обратно. Императрица осталась очень недовольна таким окончанием своего сватовства, и, в результате, Черкасский на некоторое время был удален от двора.

Остерман, видя, что Черкасский самостоятельной политической фигурой быть не способен, ходатайствовал перед Анной Иоанновной о назначении князя членом вновь организуемого Кабинета министров. 6.11.1731 этот орган был организован в составе Остермана, канцлера Гариила Головкина и Черкасского. Всё время существования триумвирата Черкасский исполнял пассивную роль лишь "тела кабинета", как иронически отзывались о нём, называя "душой кабинета" Остермана.

В течение царствования Анны Иоанновны Черкасский неоднократно принимал участие в обсуждении важных политических вопросов: так, например, он был в составе комиссии, разрабатывавшей торговый договор с Англией 1734 года; 23.09.1732 участвовал в рассмотрении проекта союза России с Францией; 22.02.1733 участвовал в генеральном собрании, созванном императрицей для обсуждения польских дел; на следующий год, 21 декабря — в конференции, обсуждавшей план действий России, Австрии и Польши в случае войны с Турцией; 1.03.1739 он, вместе с Остерманом, Минихом и Волынским, подал императрице доклад о плане военных операций предстоящей турецкой кампании.

При придворных приёмах и церемониях ему отводилось самое видное место, Анна Иоанновна постоянно выказывала ему своё благоволение и жаловала его, однако иностранные послы писали о Черкасском как "о лице безгласном, представляющем лишь номинальную величину", как о манекене, назначенном в кабинет только ради его громкого имени и славы "истинно русского боярина". Имея возможность, опираясь на своё богатство и знатность, влиять на ход дел всего государства, Черкасский заискивал перед Бироном, которому его жена писала льстивые письма.

К концу царствования Анны Иоанновны здоровье Черкасского пошатнулось: он был вообще очень тучен, страдал одышкою, а в апреле 1738 в присутствии всего двора с ним случился первый апоплексический удар, и от последствий которого он уже не мог оправиться до самой смерти.

Во время предсмертной болезни Анны Иоанновны Черкасский с Алексеем Бестужевым были наиболее ревностными сторонниками герцога. За время трехнедельного регентства Бирона Черкасский выдал единомышленников подполковника Пустошкина, который приехал к князю Черкасскому, предложив ему взять на себя руководство движением против Бирона. Пустошкин и другие были немедленно схвачены, начались розыски, пытки, и только последовавшее вскоре за тем низвержение Бирона спасло от смерти этих людей.

С приходом к власти Анны Леопольдовны в качестве регента малолетнего императора Иоанна VI Антоновича 10.11.1740 Черкасский был назначен канцлером. За время правления Анны Леопольдовны 16.12.1740 им был подписан трактат о союзе с Пруссией, трактат оборонительного союза между Россией и Англией (3.04.1741), конвенция между Данией и Россией о снабжении кораблей, идущих из России через Зунд, паспортами о грузе (30.05.1741). 8.08.1741 с ним случился второй апоплексический удар.

Вступление на престол Елизаветы Петровны было радостным событием для Черкасского. Дочь Петра Великого видела в нём истинно русского человека, преданного ей, одного из немногих оставшихся в живых слуг её покойного отца, и сохранила за ним пост канцлера. Утром после переворота 1741 года ему совместно с Бреверном и Бестужевым было поручено составить манифест о вступлении Елизаветы на престол и форму присяги. Затем, по указанию Шетарди, ему было доверено на первых порах управление всеми делами государства.

После уничтожения Кабинета и восстановления Сената (12.12.1741) Черкасский вновь был назначен сенатором, причём ему вместе с Бестужевым, получивший звание вице-канцлера, было передано заведование всеми иностранными делами.

Черкасский с несвойственной его лени ревностью принялся за выполнение возложенных на него трудных обязанностей. Он повёл курс на разрыв с Францией и добился того, что не только было отклонено предлагаемое ею посредничество в шведских делах, но и престиж Шетарди, пользовавшегося первое время после вступления Елизаветы на престол колоссальным влиянием при дворе, был подорван настолько, что в сентябре 1742 он был отозван своим правительством. Благодаря Черкасскому было достигнуто тесное сближение с союзницей Австрии — Англией, пересмотрен оборонительный договор с Англией, который был подписан вскоре после смерти Черкасского.

4.11.1742 с Черкасским случился третий апоплексический удар, от которого он скончался.

По отзывам современников, Черкасский был человек прямой и честный, но с другой стороны чрезвычайно мнительный, застенчивый до робости и крайне мелочный. Ко всему этому он отличался большой молчаливостью.

Единственная дочь супругов, Варвара Алексеевна (1711-1767), считалась самой богатой невестой в России, 28.01.1743 оно стала женой графа Петра Борисовича Шереметева (старший сын фельдмаршала Шереметева), благодаря чему он стал владельцем громадного "шереметевского состояния".


Беринг, Витус Йонассен (1681-1741).

Витус родился 12.08.1681 в Дании в семье разорившейся аристократки и таможенного работника, став третьим ребёнком в семье. С самых ранних лет его обучали грамоте и правописанию. В возрасте 14 лет, после окончания школы, Витус записался в морской флот в Нидерландах. В 1703 он закончил кадетский корпус в Амстердаме, и в том же году поступил на русскую службу в чине подпоручика и служил на российском Балтийском флоте во время Северной войны. В 1707 он был произведён в поручики, а в 1710 — переведён на Азовский флот и произведён в капитан-лейтенанты.

В 1712 Беринг был переведён на Балтийский флот, гда служил в последующие годы и в 1724 дослужился до чина капитана 1 ранга. В 1713 в Выборге он женился на Анне Кристине Пюльзе, дочери одного из местных коммерсантов. Брак был очень счастливым для обоих вплоть до смерти Беринга. В последний раз на родине Беринг побывал в 1715 и больше туда не возвращался.

Одним из великих начинаний царя Петра I стало научное изучение географии России и сопредельных территорий — в первую очередь, инструментальные съёмки и составление "генеральных карт". В 1714—1716, после присоединения Камчатки к России, по указанию Петра было налажено морское сообщение на ладьях между Охотском и западным побережьем Камчатки.

Уже перед самой смертью Пётр направил на Дальний Восток очередную экспедицию, которую возглавил Витус Беринг. По секретной инструкции российского императора, Берингу было поручено построить два корабля, направиться вдоль побережья, попробовать отыскать перешеек или пролив между Азией и Северной Америкой, а затем спуститься вдоль североамериканского побережья на юг.

Первая Камчатская экспедиция добиралась из Петербурга через Сибирь до Охотска два года — на лошадях, пешком, на речных судах. Перезимовав здесь, экспедиция переправила снаряжение на лодках и собачьих упряжках к устью реки Камчатка на восточном побережье полуострова, где к лету 1728 было закончено строительство бота "Святой Гавриил". В июле-августе 1728 судно поднялось на север, а затем — на северо-восток вдоль материка. В ходе плавания были нанесены на карту Карагинский залив с островом, залив Креста, бухта Провидения, Анадырский залив и остров Святого Лаврентия.

Экспедиция, как потом оказалось, вышла через пролив (впоследствии получил имя Беринга) в Чукотское море (при этом североамериканское побережье обнаружено не было), после чего повернула назад, поскольку Беринг посчитал задание выполненным: было показано, что азиатское и североамериканское побережья не соединяются. В 1729 Беринг обогнул Камчатку с юга, выявив Камчатский залив и Авачинскую губу, и через Охотск и всю Россию вернулся назад в Петербург.

Вернувшись в Россию в марте 1730, Витус Беринг представил докладные записки, в которых высказал уверенность в сравнительной близости Америки к Камчатке и в целесообразности завязывания торговли с жителями Америки. Дважды проехав через всю Сибирь, он был убеждён в том, что здесь можно добывать железную руду, соль и выращивать хлеб. Беринг выдвинул дальнейшие планы исследования северо-восточного побережья российской Азии, разведки морского пути к устью Амура и Японским островам — а также к американскому континенту.

В 1733 Берингу было поручено возглавить Вторую Камчатскую экспедицию. Вместе с Чириковым должны он должен был пересечь Сибирь и от Камчатки направиться к Северной Америке для исследования её побережья. Мартыну Шпанбергу поручалось завершить картографирование Курильских островов и найти морской путь к Японии. Одновременно несколько отрядов должны были нанести на карты северное и северо-восточное побережье России от Печоры до Чукотки.

Лишь осенью 1740 два пакетбота, "Святой Пётр" и "Святой Павел", вышли из Охотска к восточному побережью Камчатки. Здесь в районе Авачинской губы экспедиция перезимовала в бухте, названной Петропавловской в честь судов экспедиции. Здесь было заложено поселение, которое стало впоследствии городом Петропавловск-Камчатский.

4.06.1741 "Святой Пётр" под командованием Беринга и "Святой Павел" (Чириков) вышли к северо-западным берегам Америки. 20 июня в условиях шторма и густого тумана суда потеряли друг друга. После нескольких дней бесплодных попыток соединиться мореплавателям пришлось продолжать путь уже поодиночке. "Святой Петр" под командованием Беринга пошёл на восток и 16.07.1741 (на один день позже "Святого Павла" и третьим из русских кораблей) на широте 58°14' достиг берега Северной Америки в районе горы Св. Ильи.

После высадки на остров Каяк, пакетбот повернул обратно к берегам Камчатки, следуя вдоль южного берега Аляски и Алеутской гряды. По пути были открыты остров Кадьяк, Евдокеевские и Шумагинские острова, острова Св. Иоанна (Атха), Св. Маркиана (Кыска) и Св. Стефана (Булдырь). 5 ноября пакетбот зашёл для пополнения запасов воды на остров, впоследствии названный островом Беринга, где 28 ноября сильным ветром был выброшен на берег. В тяжёлых условиях вынужденной зимовки от цинги умерли 19 человек, а 8(19).12.1841 от гангрены скончался и Витус Беринг. Командование принял штурман поручик Свен Ваксель. Весной 1742 46 оставшихся членов экипажа сумели построить из обломков пакетбота гукор (также названный "Св. Петром") и в августе 1742, преодолев 250 км, достигли Авачинской губы.

Потребовалось значительное время, прежде чем заслуги Беринга были полностью признаны. Первым из европейцев, подтвердившим точность исследований Беринга, стал английский мореплаватель Джеймс Кук. Именно он предложил дать имя Беринга проливу между Чукоткой и Аляской.


Ягужинский, Павел Иванович (1683-1736).

Сын органиста, выходца из Литвы. Фельдмаршал граф Фёдор Головин взял его к себе пажом, потом Ягужинский служил камер-пажом при Дворе. В 1701 Ягужинский обратил на себя внимание Петра I, который зачислил его в гвардию, в Преображенский полк. После сближения с Меншиковым Ягужинский стал чаще видаться с царём и повышаться по службе.

Сделавшись денщиком Петра Великого, Ягужинский часто дежурил при нём и вообще нёс обязанности адъютанта. В 1710 он был уже камер-юнкером и капитаном Преображенского полка. Женившись на Анне Федоровне Хитрово и получив за ней огромное приданое, Ягужинский сделался одним из богатейших людей своего времени.

Ягужинский стал постоянным спутником и помощником царя. В 1711 он сопровождал Петра в Прутском походе, в июне был произведён в полковники, а в августе пожалован в генерал-адьютанты. Возвратившись с царём из неудачного похода, он сопровождал его и за границу, сначала в Карлсбад, а потом в Торгау, на свадьбу царевича Алексея.

Пётр ценил в нём проницательность, тонкий ум, дар слова и образованность (Ягужинский знал несколько языков) и поэтому неоднократно давал ему различные дипломатические поручения. 18.01.1722 Ягужинский был назначен генерал-прокурором Сената.

Пётр знал Ягужинского и как веселого собеседника, весельчака и неутомимого танцора. Заведя обязательные ассамблеи, надзор за ними Пётр возложил на Ягужинского. Коли Ягужинский приказывал пить, то все должны были делать это, а если приказывал плясать, то можно было быть уверенным, что гостям придется плясать до упаду. Ассамблеи при таком принудительном пьянстве и пляске делались тяжёлой и даже опасной для здоровья повинностью.

Смерть Петра была тяжёлым ударом для Ягужинского, имевшего немало врагов и среди старой родовой знати, и из числа "Птенцов Петровых", привыкших видеть в Ягужинском обличителя своекорыстных стремлений, которые были так сильно присущи им. Поэтому, он примкнул к участникам возведения на престол Екатерины I.

Однако власть и значение Ягужинского стали падать. Поссорившись с Меншиковым по вопросам внешней политики, Ягужинский наговорил массу оскорбительных вещей и ему и генерал-адмиралу Апраксину. 8.02.1726 для внешних и внутренних дел был учреждён Верховный тайный совет в составе пяти сенаторов. Ягужинский в него не вошел и, сохраняя титул генерал-прокурора, оказался не у дел.

Он был направлен полномочным министром со стороны России на польский сейм в Гродно, на котором должен был разбираться вопрос о Курляндском престолонаследии. Таким образом он не только удалялся из Петербурга, но и должен был доставить неприятность Меншикову, претендовавшему на Курляндский престол.

Однако миссия Ягужинского была неудачна и в апреле 1727 он вернулся в Петербург. 6(17).05.1727 императрица умерла и пришедший к власти Меншиков собирался отправить Ягужинского в ссылку и только падение всесильного временщика спасло его.

Ягужинский был произведён в генералы и капитан-поручики гвардии, т.е. занял в гвардии место Меншикова. Однако после смерти Петра II Ягужинский снова оказался в большой политике. Члены Верховного Тайного Совета, т.н. "верховники" предложили престол Анне Иоанновне при условии ограничения её власти.

Ягужинский отправил к Анне Иоанновне своего адьютанта голштинского камер-юнкера Петра Сумарокова с неподписанным письмом и устным наставлением. Сумароков по возвращении из Митавы был арестован. Затем был арестован и Ягужинский. Его ждал суд и, возможно, смертная казнь.

Но Анна Иоанновна оценила преданность Ягужинского. Он был освобождён из тюрьмы, ему вернули шпагу и знаки ордена Св. Андрея Первозваного. Выбирая между Андреем Остерманом и Эрнстом Бироном, Ягужинский верно угадал, что сила на стороне последнего, и не только сблизился с ним, но даже попал в его "закадычные друзья".

Сблизившись с Бироном, Ягужинский окончательно стал во враждебные отношения с Остерманом и даже изменил свои политические взгляды и отвратился от системы союза России с Австрией, которой держался Остерман. 31.12.1730 Ягужинский был назначен подполковником во вновь учреждённый лейб-гвардии конный полк. 19.01.1731 он с потомством был возведён в графское достоинство.

Остерман, желая лишить Ягужинского власти, сформировал Кабинет министров, в котором последний не получил должности. Ягужинский всюду где мог ругал немцев и, наконец, не только поссорился с Бироном, но и обнажил против него шпагу. Тем не менее Анна Иоанновна уберегла Ягужинского от ссылки и отправила послом в Берлин.

Бирон содействовал включению Ягужинского в Кабинет министров, с целью противодействия Остерману. Началась новая эра благополучия Ягужинского. Он уже забирал в свои руки былую власть. Но заболев лихорадкой, которая осложнилась приступами подагры, и 6(17).04.1736 умер.

Его первая супруга по подозрению в душевной болезни, выразившейся в буйстве и "совершении непотребных действий", в 1723 была помещена в монастырь.

Второй супругой Ягужинского стала Анна Гавриловна, дочь великого канцлера графа Гавриилы Головкина. Она стала не только постоянной спутницей Ягужинского в жизни, но и помощницей в делах. Она явилась и участницей в деле уничтожения замыслов верховников, служа посредницей в сношениях мужа с Анной Иоанновной.

После смерти мужа в 1743 Анна Гавриловна вышла замуж за Михаила Бестужева, но вскоре была арестована по "делу Натальи Лопухиной", имевшего целью свалить её деверя, канцлера Алексея Бестужева.


Миних, Бурхард Христофор (1683-1767).

Родился 9(19).05.1683 в графстве Ольденбургском. В 16 лет вступил на французскую службу по инженерной части, но ввиду готовившейся войны между Францией и Германией перешёл в Гессен-дармштадтский корпус, где скоро получил чин капитана. Во время Войны за испанское наследство Миних сражался под начальством принца Евгения Савойского и герцога Мальборо. В 1712 был ранен и взят в плен, где и находился до окончания войны.

В 1716 Миних поступил на службу к польскому королю Августу II, но не поладил с его любимцем, графом Флеммингом, и стал искать новой службы, колеблясь между шведским королём Карлом XII и Петром I. Его выбор решила смерть Карла XII. В 1720 Миних получил предложение занять в России должность генерал-инженера и в феврале1721 прибыл в Россию.

В 1723 Миниху было поручено окончание Ладожского канала, начатого под надзором генерал-майора Писарева ещё в 1710, поглотившего массу жизней и денег и, тем не менее, мало подвинувшегося вперед. Писареву покровительствовал Меншиков, а потому в последнем Миних нажил себе заклятого врага. Канал был окончен Минихом уже после смерти Петра I.

С восшествием на престол Екатерины I Миних добился дополнительных материальных условий службы в России, в т.ч. получил "в диспозицию" все таможенные и кабацкие сборы на Ладожском канале. Пётр II назначил его главным директором над фортификациями.

При Анне Иоанновне Миних сблизился с Андреем Остерманом, а через него — с императрицей и Эрнстом Бироном, и был сделан членом кабинета по военным и внешним делам. В 1731 Миних был назначен председателем особой комиссии. В этой должности он занимался реорганизацией армии и образовал два новых гвардейских полка — Измайловский и конной гвардии, а также завёл кирасир.

Во время борьбы за польский престол в 1733 Миних был послан на театр военных действий и взял Данциг (1734). Вскоре за тем началась Война с Турцией. Леонтьев, выступивший в поход поздней осенью, потерял от болезней много солдат и тогда Миниху было приказано принять главное начальство над армией. С помощью запорожцев Миних взял Очаков, овладел Хотином (1739).

Он не жалел солдат, гибнувших во множестве от голода, холода и различных болезней. Поход в Крым стоил России до 30 тыс. человек. Во время похода в Бессарабию (1738) от болезней, в особенности от поноса и скорбута, умерло 11 тыс. солдат и 5 тыс. казаков. Подобное обращение с солдатами вызывало ропот против Миниха как среди офицеров и солдат, так и среди русского общества.

После победы при Ставучанах (1739) и занятия Хотина Миних мечтал о переходе через Дунай, о завоевании Константинополя, об образовании особого молдавского княжества под протекторатом России, в котором сам он был бы господарем молдавским. Но Австрия заключила с Турцией в Белграде сепаратный мир, к которому 7.10.1739 присоединилась и Россия. Военные успехи Миниха не имели почти никаких результатов для России.

Миних способствовал назначению Эрнста Бирона регентом во время малолетства Иоанна Антоновича, а когда Бирон сделался регентом, сблизился с Анной Леопольдовной и 8.11.1740 совершил переворот в её пользу: Бирон был арестован и впоследствии сослан в Пелым. Анна Леопольдовна была провозглашена правительницей, а Миних был сделан первым министром, но вследствие интриг Остермана был вынужден 6.03.1741 подать в отставку.

С воцарением Елизаветы Петровны, Миних был предан суду (вместе с Остерманом) и приговорён к смертной казни по ложным обвинениям в государственной измене, приведшей к бегству Лещинского, пособничестве Бирону, а также мздоимстве и казнокрадстве. Однако все обвинения Миних отклонил. Идя из крепости к месту казни, приговорённый сохранял бодрость духа, разговаривал с офицерами, его сопровождавшими, вспоминал о войне и привычной для военного человека готовности к смерти. Уже на эшафоте он услышал новый приговор: казнь была заменена ссылкой в Сибирь.

Там, в деревне Пелым (куда ранее отправил Бирона) — Миних провёл 20 долгих лет; не сдаваясь годам, он занимался физическим и умственным трудом, занимаясь овощеводством, обучал детей, сочинял различные инженерные и военные проекты, остававшиеся без всякого применения. Время от времени он направлял в столицу предложения назначить его сибирским губернатором.

Пётр III в 1762 возвратил Миниха из ссылки, восстановив во всех правах и отличиях, но Миних не сошёлся с ним, так как не сочувствовал ни замышляемой императором войне с Данией (для возврата его собственной Голштинии), ни стремлению его переодеть и переделать русскую армию по прусскому образцу.

Во время переворота 28.06(9/07).1762 Миних советовал Петру III бежать за границу и с голштинскими войсками добывать престол, а после смерти последнего присягнул Екатерине II и был назначен главноначальствующим над Балтийскими портами и Ладожским каналом.

Он занимался, главным образом, постройкой рогервикской гавани, для которой составил когда-то чертежи. Екатерина II относилась к нему со вниманием и советовалась с ним по разным вопросам.

Миних умер 16(27).10.1767. Интересна его оценка России, не потерявшая своей актуальности до сих пор — "Русское государство обладает тем преимуществом перед другими, что оно управляется непосредственно самим Господом Богом, иначе невозможно обьяснить, как оно существует".


Остерман, Андрей Иванович (1686-1747).

Остерман родился в Вестфалии 30.05(9.06).1686 в семье лютеранского пастора. С рождения носил имя — Генрих Иоганн Фридрих. Учился в Йенском университете, но из-за дуэли должен был бежать в Амстердам, оттуда в 1704 с адмиралом Крюйсом приехал в Россию.

Быстро выучившись русскому языку, Остерман приобрёл доверие Петра I и в 1707 был уже переводчиком Посольского приказа, а в 1710 — его секретарём. В 1711 Остерман, которого русские называли Андреем Ивановичем, сопровождал Петра в Прутском походе, участвовал в переговорах со шведскими уполномоченными.

В 1721 Остерман вместе с Яковом Брюсом добился заключения Ништадтского мира, за что был возведён в баронское достоинство.

По результатам Персидского похода Петра I в Петербурге 12.09.1723 был заключён мирный договор с Персией с Персией, по которому к России отходили южное и западное побережья Каспийского моря с Дербентом, Баку, Рештом и провинциями Ширван, Гилян, Мазендеран и Астрабад. После этого Остерману присвоили звание вице-президента коллегии иностранных дел.

Он был постоянным советником Петра I и в делах внутреннего управления: по его указаниям был составлен "табель о рангах", преобразована коллегия иностранных дел и сделано много других нововведений. Пётр очень ценил своего соратника, пожаловал ему множество земель, в т.ч. село Красный Угол Рязанской губернии, ставшее родовым гнездом Остерманов.

С вступлением на престол Екатерины I Остерман, как сторонник императрицы и Александра Меншикова, был назначен вице-канцлером, главным начальником над почтами, президентом коммерц-коллегии и членом Верховного тайного совета. Выбранный в воспитатели Петра II, на которого, однако, мало имел влияния, он остался, после удаления Меншикова, во главе управления. Передвигаясь на кресле-каталке по причине болезни ног Остерман был гениальным интриганом и виртуозом подковёрной борьбы.

Назначенный вице-канцлером, Остерман стал идейным вдохновителем и автором союза с Австрией, который был заключён в Вене 26.07(6.08).1726 русским посланником Людвигом Ланчинским и принцем Евгением Савойским.

С вступлением на престол Анны Иоанновны, в 1730 наградившей Остермана графским достоинством, он был главным и единственным вершителем иностранных дел и являлся для Эрнста Бирона лучшим советником во всех серьёзных делах по внутреннему управлению. По мысли Остермана был учрежден Кабинет министров, в котором ему принадлежала вся инициатива и его мнения почти всегда одерживали верх.

В 1732 Остерман был назначен председателем Воинской морской комиссии, учрежденной императрицей. Комиссией была сформулирована первая военно-морская доктрина России, произведена реформа управления, введены новые штаты флота. В августе 1732 было принято решение о восстановлении закрытого в 1722 Архангельского порта и военного кораблестроения на Соломбале. Соломбальская верфь стала второй основной строительной базой Балтийского флота и начала работу в 1734 году. Задуманная для строительства кораблей низших рангов — 54-пушечных кораблей, она уже в 1737 начала строительство 66-пушечных, а с 1783 в Архангельске начали строить и 74-пушечные суда.

Создание Архангельской верфи давало возможность быстро и оперативно развернуть строительство большого числа кораблей, используя местную лиственницу и экономя ограниченные ресурсы корабельного дуба. Наличие квалифицированной рабочей силы, меньшие сроки доставки леса и лучшая организация его заготовки привели к тому, что стоимость и сроки строительства кораблей в Архангельске были меньше, чем в Петербурге.

По его инициативе был сокращён срок дворянской службы, уменьшены подати, а также приняты меры к развитию торговли, промышленности и грамотности, улучшению судебной и финансовой частей. 21.03.1735 с Персией был заключён Гянджинский договор, по которому Россия обязывалась вернуть Персии Баку и Дербент с прилежащими землями в обмен на обязательство Персии не передавать их под власть других держав и продолжать войну с Турцией. Однако условия Гянджинского трактата были нарушены Надир Кули-ханом, который в 1736 заключил мир с Турцией.

Кроме того союзница России Австрия потерпела ряд поражений и 21.08(1.09).1739 заключила с Турцией сепаратный мирный договор, по которому уступала Турции области в Сербии и Валахии, включая Белград. В результате Россия осталась в одиночестве и была вынуждена 18(29).09.1739 подписать в Белграде с Турцией мир, по которому России запрещалось иметь военный флот на Азовском и Черном морях. Таким образом к 1740 Россия растеряла большинство политических завоеваний Петра I.

При Анне Леопольдовне Остерман, сохраняя прежние звания и обязанности, был сделан генерал-адмиралом и после удаления Бирона оставался во главе правления. Через шпионов он знал о заговоре сторонников Елизаветы Петровны, но его предостережения были оставлены правительницей без внимания.

После воцарения Елизаветы Петровны Остерман был арестован, предан суду и приговорён к колесованию. Суд ставил ему в вину устранение от престола Елизаветы Петровны, раздачу государственных должностей чужестранцам и преследование русских. В день предполагаемой казни (10.01.1742) Остерману и Бурхарду Миниху прямо на эшафоте объявили прощение. Елизавета, поклявшаяся при восшествии на престол никого не казнить смертью, заменила казнь пожизненной ссылкой в Берёзов, где Остерман с женой прожил пять лет, постоянно страдая от подагры и умер 20(31).05.1747. Его младший сын Иван дослужился до канцлера Российской империи.

Остерман не брал взяток и отказывался даже от традиционных в то время подарков в честь заключения договоров. Но приэтом был честолюбив, тщеславен, мстителен и всегда находился в центре придворных интриг.


Бестужев-Рюмин, Михаил Петрович (1688-1760).

Родился 7(17).09.1688 в семье Петра Михайловича Бестужева-Рюмина, который впоследствии был обер-гофмейстером герцогини курляндской Анны Иоанновны.

В 1708 Михаил Бестужев вместе с братом Алексеем уехал за границу, где учился в копенгагенской академии, будучи одновременно прикомандированным в качестве "дворянина при посольстве" к русскому послу в Дании, князю Долгорукому. Затем учился в Берлине.

Службу начал при дворе Петра I. Во время Прутского похода Бестужев служил волонтёром при армии, а по окончании военных действий в качестве "дворянина при посольстве" ездил с бароном Шафировым в Константинополь, откуда был отправлен курьером к Петру. С 1712 Михаил состоял при отце в Митаве и в том же году был назначен камер-юнкером к кронпринцессе Софии-Шарлотте, матери Петра Алексеевича, при дворе которой оставался заведующим конюшней вплоть до кончины принцессы в 1715 году.

В 1720 Михаил назначен резидентом в Лондон, но уже 23.11.1720 был выслан оттуда за то, что, стараясь указать английскому правительству на противоречия между заключённым Англией в 1720 году союзом со Швецией и англо-русской конвенцией 1715 года, подал записку английским министрам в отсутствие короля.

Уехав в Гаагу, Бестужев находился там до весны 1721 года. После заключения 30.08.(10.09).1721 Ништадского мира он был назначен министром (послом) в Стокгольм, где активно действовал в пользу признания Швецией императорского титула Петра I, а также подписал в 1724 русско-шведский оборонительный союз сроком на двенадцать лет.

В 1725 Бестужев был отозван из Швеции и в следующем году направлен в Польшу в качестве чрезвычайного посланника. В 1730 он уже в Берлине, а в 1732 его снова перевели в Швецию. Там ему удалось в 1735 пролонгировать русско-шведский союзный договор ещё на двенадцать лет.

В 1739 в Силезии два русских офицера совершили убийство шведского майора Малькольма Синклера, возвращавшегося из Константинополя в Швецию с выданными ему визирем долговыми обязательствами Карла XII. Жители Стокгольма, возмущённые этим преступлением, разгромили дом русского посланника, перебив в нём все окна. В июле 1741 шведский министр (посол) Эрик Маттиас фон Нолькен выехал из Петербурга под предлогом устройства собственных дел. Бестужеву также было приказано оставить Стокгольм. Однако он не успел выехать из шведской столицы, так как 28.07(8.08).1741 Швеция объявила России войну, и к русскому посланнику был приставлен караул.

С прибытием Нолькена в Стокгольм Бестужев получил свободу и, уничтожив свои дипломатические бумаги, выехал сначала в Гамбург, а затем в Ганновер. Здесь он имел свидание с английским королём Георгом II, которого старался убедить в необходимости включения в англо-русский договор 1741 года новой статьи о высылке в Балтийское море английской эскадры в случае, если Франция окажет помощь Швеции.

Со вступлением на престол императрицы Елизаветы Петровны переговоры были прерваны, и Бестужев выехал в Варшаву, куда был назначен в качестве полномочного министра (посла), но уже в декабре был отозван в Санкт-Петербург, где в день коронации Елизаветы получил орден Св. Андрея Первозванного.

В 1743 Бестужев вступил в брак с вдовой графиней Анной Гавриловной Ягужинской, дочерью Гавриила Головкинабывшего канцлером при Анне Иоанновне. Однако в июле этого же года она была арестована по повелению Елизаветы Петровны в результате интриги Иоганна Лестока ("дело Натальи Лопухиной") — который пытался таким образом дискредитировать канцлера Алексея Бестужева, и 29.08.1743 осуждена к наказанию кнутом, урезанию языка и к ссылке. После этого Михаил Бестужев (который также содержался под стражей) уехал за границу.

Михаил был назначен посланником в Берлин, откуда снова был перемещён в сентябре 1744 полномочным министром сначала ко двору польского короля Августа III, а затем чрезвычайным послом к венскому двору (1748 год).

16.03.1749 Михаил Бестужев вступил в брак с вдовой Иоганной-Генриеттой-Луизой фон Гаугвиц, чем привёл в ярость императрицу, и его супруге было запрещено въезжать в пределы Российской империи. Не помогло даже ходатайство фаворита императрицы графа Алексея Разумовского и вице-канцлера графа Михаила Воронцова.

В 1752 Бестужев был отозван в Петербург, но по дороге заболел и явился в Россию только через три года, которые провёл в Дрездене. В 1756 он был назначен чрезвычайным послом во Францию. Отношения его с младшим братом к этому времени разладились, до такой степени, что, узнав о его аресте, Михаил не выразил ни малейшего сожаления, поскольку считал брата виновником злоключений и смерти своей первой жены.

Михаил Бестужев скончался 26.02(8.03).1760 во Франции. По желанию покойного его тело было перевезено в Россию. Поскольку детей у него не было, наследство покойного принял воспитанный в его доме племянник Михаил Волконский.


Волынский, Артемий Петрович (1689-1740).

Родился 27.06.(8.07).1740. Он происходил из дворянского рода Волынских, ведущих начало от князя и воеводы Боброк-Волынского, героя Куликовской битвы. Его отец, Пётр Артемьич, был при царе Феодоре Алексеевиче стряпчим, а затем стольником, судьей московского судного приказа, воеводой в Казани. Мать — Евдокия Федоровна Головленкова. Своим воспитанием Волынский был обязан семье графа Семёна Андреевича Салтыкова. Он много читал, был "мастер писать", имел довольно значительную библиотеку.

В 1704 Волынский был зачислен солдатом в драгунский полк. В 1711 он был уже ротмистром и снискал расположение царя Петра I. Состоя при Шафирове во время Прутского похода, он в 1712 разделил с ним плен в Константинополе, а в следующем году был послан в качестве курьера к Петру с мирным трактатом, заключённым в Адрианополе.

Через два года Пётр отправил Волынского в Персию, "в характере посланника". Его миссия имела две цели: всестороннее изучение Персии и приобретение торговых привилегий для русских купцов. Оба поручения Волынский выполнил успешно и был произведён в генерал-адъютанты, а в следующем году назначен губернатором во вновь учреждённую Астраханскую губернию. Здесь он скоро успел навести некоторый порядок в администрации, поправить отношения с калмыками, поднять экономическую жизнь края и сделать немало приготовлений к предстоявшему Персидскому походу.

Предпринятый в 1722 поход в Персию окончился неудачно. Враги Волынского объясняли Петру это поражение ложными, будто бы, сведениями, доставленными Волынским, и кстати указали на его взяточничество. Царь жестоко наказал Волынского своей дубинкой и уже не доверял ему по-прежнему. В 1723 у него была отнята "полная мочь", предоставлена одна только деятельность административная, и от участия в войне с Персией он был совсем отстранён.

В 1722 Волынский попытался укрепить своё положение браком с Александрой Львовной Нарышкиной, двоюродной сестрой императора.

Екатерина I, взошедшая на престол после смерти Петра I, назначила Волынского губернатором в Казань и главным начальником над калмыками. В последние дни её царствования Екатерины, по проискам, главным образом Ягужинского, был отставлен от той и другой должностей. При Петре II, благодаря сближению с Долгорукими, свояком Черкасским и др., в 1728 ему снова удалось получить пост губернатора в Казани, где он и пробыл до конца 1730 года.

Его страсть к наживе и необузданный нрав, не терпящий противоречий, достигли в Казани своего апогея, и несмотря на заступничество его "милостивцев" Салтыкова и Черкасского, вызвали учреждение над ним со стороны правительства "инквизиции". Отставленный от должности, он получил в ноябре 1730 назначение в Персию, а в конце следующего года, во время ожидания в Москве вскрытия Волги, был назначен вместо Персии, воинским инспектором под начальством Миниха.

По своим политическим взглядам Волынский не сочувствовал замыслам верховников, но был ревностным защитником интересов шляхетства. Заискивая перед всесильными тогда иноземцами: Минихом, Густавом Левенвольде и самим Бироном, Волынский сходился, однако, и с их тайными противниками: Петром Еропкиным, Андреем Хрущовым и Василием Татищевым, написавшим впоследствии "Историю Российскую".

В 1733 Волынский состоял начальником отряда армии, осаждавшей Данциг; в 1736 он был назначен обер-егермейстером, а в 1737 был послан вторым после Шафирова министром на конгресс в Немирове для переговоров о заключении мира с Турцией. По возвращении в Петербург, 3.02.1738 он был назначен кабинет-министром. В его лице Бирон рассчитывал иметь опору против Остермана. Волынский быстро привёл в систему дела кабинета, расширил его состав более частым созывом "генеральных собраний", на которые приглашались сенаторы, президенты коллегий и другие сановники; подчинил контролю кабинета коллегии военную, адмиралтейскую и иностранную, до того действовавшие самостоятельно.

В 1739 он был единственным докладчиком у императрицы Анны Иоанновны по делам кабинета. Вскоре, однако, главному его противнику Остерману удалось вызвать против Волынского неудовольствие императрицы и, хотя ему удалось устройством шуточной свадьбы князя Голицына с калмычкой Бужениновой (которая исторически верно описана Лажечниковым в "Ледяном доме"), на время вернуть себе расположение императрицы, но доведенное до её сведения дело об избиении литератора Василия Тредиаковского и слухи о бунтовских речах Волынского окончательно решили его участь. Остерман и Бирон представили императрице свои донесения и требовали суда над Волынским, но в этот раз императрица не согласилась на это.

Тогда Бирон, считавший себя оскорблённым со стороны Волынского за избиение Тредиаковского, совершённое в его "покоях", и за поношение им действий Бирона, прибегнул к последнему средству: "либо мне быть, либо ему", — заявил он Анне Иоанновне. В первых числах апреля 1740 Волынскому было запрещено являться ко двору. 12 апреля, вследствие доложенного императрице дела 1737 года о 500 рублях казённых денег, взятых из конюшенной канцелярии дворецким Волынского, Василием Кубанцем, "на партикулярные нужды" его господина, последовал домашний арест, и через три дня приступила к следствию комиссия.

Первоначально Волынский вёл себя храбро, желая показать уверенность, что всё дело окончится благополучно, но потом упал духом и повинился во взяточничестве и утайке казённых денег. После, поняв, что его участь неизбежна, активно "топил" своих судей и даже упрекнул начальника Тайной канцелярии Ушакова, сказав: "Вспомни! Или забыл, как ты Остермана втихомолку со мной порицал. А свидетелем того разговора был Черкасский..." Комиссия искала и ждала новых обвинений, и из них наибольшее внимание она обратила на доносы Василия Кубанца. Кубанец указывал на речи Волынского о "напрасном гневе" императрицы и вреде иноземного правительства, на его намерения подвергнуть всё изменению и лишить жизни Бирона и Остермана. Кроме того именно благодаря Кубанцу и стало известно о проекте реформ Волынского, черновики которого находились у Василия Кубанца.

Согласно этому проекту правление в Российской империи должно быть монархическое с широким участием шляхетства, как первенствующего сословия в государстве. Следующей правительственной инстанцией после монарха должен быть сенат, с тем значением, какое он имел при Петре Великом; затем идёт нижнее правительство, из представителей низшего и среднего шляхетства. Сословия: духовное, городское и крестьянское получали, по проекту Волынского, значительные привилегии и права. От всех требовалась грамотность, а от духовенства и шляхетства более широкая образованность, рассадниками которой должны были служить предполагаемые Волынским академии и университеты. Много предлагалось реформ для улучшения правосудия, финансов, торговли и т.д.

При дальнейшем допросе Волынского (с 18 апреля уже в тайной канцелярии) его называли клятвопреступником, приписывая ему намерение произвести переворот в государстве. Под пыткой, Хрущов, Еропкин и Соймонов прямо указывали желание Волынского самому занять российский престол после кончины Анны Иоанновны. Но Волынский и под ударами кнута в застенке отвергал это обвинение и всячески старался выгородить Елизавету Петровну, во имя которой будто бы, по новым обвинениям, он хотел произвести переворот. Не сознался Волынский в изменнических намерениях и после второй пытки. Тогда, по приказу императрицы, дальнейшее разыскание было прекращено и 19 июня назначено для суда над Волынским и его "конфидентами" генеральное собрание, которое постановило: 1) Волынского, яко начинателя всего того злого дела, живого посадить на кол, вырезав у него предварительно язык; 2) его конфидентов — четвертовать, и затем отсечь им головы; 3) имения конфисковать и 4) двух дочерей Волынского и сына сослать в вечную ссылку.

Императрица смягчила приговор, указав четвертовать Волынского, отсечь головы Еропкину и Хрущову, а остальных "конфидентов" после наказания кнутом навечно сослать, что и было исполнено 27.06(8.07).1740 на площади Сытного рынка.

Личность Волынского уже давно стала привлекать внимание историков, биографов и даже романистов. Его то считали политическим гением и мучеником-патриотом, то впадалли в противоположную крайность. Сильно облпгороженный образ Волынского художественно выведен в "Ледяном доме" Лажечникова. Екатерина II при своем царствовании поручила изучить процесс Волынского. По её заключению: "Волынский был горд и дерзостен в своих поступках, однако не изменник, но, напротив того, добрый и усердный патриот и ревнителен к полезным поправлениям своего отечества".


Бирон, Эрнст Иоганн (1690-1772).

Эрнст (полное имя — Эрнст Иоганн) родился 13(23).11.1690 в Курляндии и происходил из мелкопоместных остзейских дворян. Он был вторым сыном Карла фон Бирена (Бюрена) и Гедвиги-Катарины. Семейную фамилию Бирен или Бюрен он поменял на офранцуженную Бирон, по созвучию с фамилией семейства французских герцогов.

С 1718 Бирон служил при дворе герцогини Анны Иоанновны в Курляндии. Сначала он занимал при дворе должность секретаря герцогини, затем, с 1720, управляющего её имением Вюрцау (Вирцава), в 1722 был назначен камер-юнкером, обер-камер-юнкером, а после 1727 камергером.

Около 1722 года Бирон, находясь в Кёнигсберге, участвовал в уличной драке с городской стражей, в результате которой один стражник был убит. Несколько месяцев провел в тюрьме, откуда был выпущен с обязательством уплатить 700 рейхсталеров штрафа. Исполняя поручения герцогини Анны, а также сопровождая её в поездках, несколько раз был в России, где получил известность при императорском дворе, в т.ч. как знаток лошадей.

Когда Анна Иоанновна была избрана на русский престол, она взяла Бирона с собой в Россию и по случаю своей коронации назначила его обер-камергером (тогда это была придворная должность, а не звание), "с рангом действительного генерала". В том же году Бирон получил титул графа Священной Римской империи. В 1737 при содействии России он был избран курляндским дворянством герцогом Курляндии. Король польский Август III, обязанный своим престолом России, согласился признать эту кандидатуру. В царствование Анны Иоанновны Бирон управлял своим государством из Петербурга и всегда был верен интересам России.

Бирон был очень невысокого мнения о русских и не скрывал этого, но старался не раздражать русских неуважением к их обрядам. В нём находили поддержку многие русские государственные люди, например, передовой человек в крестьянском вопросе Анисим Маслов. Бирон поддерживал на Украине князя Шаховского против Миниха и ввёл в кабинет министров Бестужева-Рюмина против Остермана. Политических преследований в царствование Анны было очень много, но Бирон не был в них заинтересован. В них были заинтересованы лично императрица и лица, которым она была обязана неограниченной властью (граф Семён Салтыков, архиепископ Феофан, граф Гавриил Головкин, и особенно Остерман). Среди доносчиков были такие люди, как Татищев и Миних.

Императрица, имевшая мало прав на престол, очень ревниво относилась к тому, что говорили в народе о её правах. Правда, в делах об оскорблении величества постоянно фигурирует имя Бирона и его личные отношения с императрицей, но в этих случаях оскорблённой является сама императрица, а не Бирон. И позже, при императрице Елизавете, секли кнутом и резали языки тем, кто говорил об отношениях Бирона к её предшественнице. Наоборот, некоторые лица при Анне были, несомненно, обязаны своим избавлением от опалы Бирону (например, Куракин).

Рассказы о страшном корыстолюбии Бирона основаны главным образом на голословном утверждении историка Болтина, что Бирон забрал себе недоимки на многие миллионы рублей, а государство вконец разорил. Точно так же не доказано и выставленное Татищевым обвинение, что Бирон при помощи своего клиента Шемберга эксплуатировал в свою пользу лучшие русские горные заводы и другие промыслы.

Деятельность Бирона при Анне Иоанновне и степень его влияния очень мало поддаются точному определению. Сделавшись после смерти императрицы в силу её завещания регентом при малолетнем императоре Иоанна VI, Бирон искал популярности среди русского общества и стал добросовестно заниматься делами. Не любивший его французский посланник Шетарди писал: "Он непрерывно занят тем, что может его сделать угодным народу".

Однако с самого начала его правления между ним и родителями императора Иоанна Антоновича начались недоразумения. Был открыт заговор, имевший целью устранить регента и поставить на его место принца Брауншвейгского или его супругу. Не подлежало сомнению, что принц имел связи с заговорщиками. Бирон апеллировал к собранию Кабинета министров, Сената и генералитета, которое единогласно стало на его сторону. Отцу императора пришлось публично выслушать крайне резкое замечание от начальника Тайной канцелярии Андрея Ивановича Ушакова. Однако фельдмаршал граф Христофор Миних, желая услужить Анне Леопольдовне, в ночь на 9(20).11.1740 арестовал герцога Курляндского вместе с его женой.

Бирон был предан суду, и ему было поставлено в вину, по меткому выражению того же Шетарди, даже и то, что он принимал награды и подарки от императрицы. 18(29).04.1741 был обнародован манифест "о винах бывшего герцога Курляндского". Он был приговорён к смертной казни четвертованием, но был помилован, и казнь была заменена ему вечной ссылкой в Пелым.

Когда на престол вступила Елизавета Петровна, которой он в прошлом оказывал некоторые услуги, она вспомнила изгнанника и перевела его на житьё в Ярославль, но не решилась предоставить полную свободу. Павший временщик написал для государыни записку, в которой оправдывался в возведённых на него обвинениях, в т.ч. и в захвате регентства.

Взошедший на престол после смерти Елизаветы Пётр III вызвал Бирона в Петербург, возвратил ему ордена и знаки отличия, но не вернул Курляндского герцогства, которое прочил своему дяде, герцогу Георгу Голштинскому.

Екатерина II, после государственного переворота, совершённого 28.06.(9.07).1762, восстановила бывшего временщика на курляндском герцогском троне, причём Бирон обязался пропускать через Курляндию русские войска, не вступать ни в какие сношения с врагами России, оказывать веротерпимость православным и разрешить постройку православного храма. Эти условия вызвали величайшее неудовольствие курляндского дворянства, и Бирон отказался от власти в пользу своего сына Петра.

Эрнст Иоганн Бирон умер 17(28).12.1772 в Митаве, где и был погребён в герцогском склепе.

Лица, писавшие о царствовании Анны Иоанновны во второй половине XVIII века, представляли Бирона злым гением России, человеком в высшей степени грубым, необразованным, корыстолюбивым и кровожадным. На нём тяготело обвинение в господстве иностранцев, в жестокостях и казнях, совершавшихся будто бы по приказанию иностранца-временщика, в казнокрадстве и в разорении русского народа. Государством действительно управляли иностранные министры (Бурхард Миних и Андрей Остерман), но они были выдвинуты ещё Петром Великим, усвоили его традиции и действовали в интересах России; к тому же, их разделяла с Бироном непримиримая вражда.

Бирон не привёз с собою в Петербург массы курляндцев, и они не составили собою ничего сплочённого, подобного тому, как впоследствии голштинцы при Петре III. Президенты большинства коллегий, как и большинство сенаторов, были русские. Много было иностранцев в армии и среди дипломатов, но их много было там и при Петре Великом.

Политических преследований в царствование Анны было очень много, но лично Бирон не был в них заинтересован. В них были заинтересованы прежде всего сама императрица, имевшая мало прав на престол и потому опасавшаяся возможных заговоров, и лица, которым она была обязана неограниченной властью.

Слово "бироновщина" — не народное; народных песен или преданий о времени Бирона не сохранилось. В делах, где фигурировали отношения Бирона к государыне, были замешаны почти исключительно гвардейские солдаты, дворяне и чиновники, недовольные строгостью к ним императрицы Анны. Понятие "бироновщины", которое закрепилось в российской историографии как крайне реакционного политического режима в России в царствование Анны Иоанновны скорее всего принадлежит сторонникам Анны Леопольдовны для оправдания смены регенства. Александр Пушкин высказал по этому поводу такое замечание: "Он (Бирон) имел несчастие быть немцем; на него свалили весь ужас царствования Анны, которое было в духе его времени и в нравах народа".


Лесток, Иоганн Герман (1692-1767).

Иоганн (прежнее имя — Жан-Арман де Лесток) родился 29.04(9.05)1692 в Люнебурге (Франция) в семье протестантов, вынужденной после отмены Нантского эдикта (1685) покинуть Францию и переехать в Целле (близ Ганновера). Обучившись хирургии у отца он поступил полковым врачом во французскую армию, но узнав о больших возможностях сделать карьеру в России, в 1713 прибыл в Петербург.

Новоприбывший врач понравился Петру I. Он был красив, ловок и приятен в обращении, умел говорить на нескольких европейских языках и царь назначил его к Высочайшему двору. Лесток сопровождавших Петра в его путешествии за границу в 1716-1717, был назначен лейб-хирургом Екатерины и сумел внушить к себе расположение государыни. Даже похищение собаки у фельдмаршала Шереметева сошло ему с рук благодаря покровительству императрицы.

Любовное похождение с дочерью царского шута Лакосты привело к ссоре с ним и драке со слугами Лакосты. По указу Пётра Лесток был сослан в Казань под надзор тамошнего губернатора, где находился до воцарения Екатерины I.

Императрица вернула Лестока ко двору и назначила состоять при цесаревне Елизавете Петровне. Верховный Тайный Совет постановил выдать недоданное ему за прошлое время жалованье.

С мнениями Лестока, как человека умного, образованного и умеющего влиять, считались и в царствование Петра II и во всё царствование Анны Ивановны. Он уже был персоной, которая могла оказывать милости даже царевне Елизавете Петросне.

С воцарением Анны Иоанновны двор цесаревны отделился от большого и зажил своей особой замкнутой жизнью, тяготея ко всему простому русскому в противоположность немецкой чопорности и роскоши двора императрицы. Лесток был своим человеком и при полуопальной цесаревны и при большом дворе, но на предложение Миниха следить за Елизаветой и доносить о её поведении Лесток ответил резким и негодующим отказом.

Все эти обстоятельства вводили Лестока в круг русских дел, придворных партий, их целей, намерений и образа действий. Он благополучно ускользнул из дела Волынского, которое его непосредственно задевало. В заговоре Елизаветы он не был зачинщиком и даже устранялся, сколько мог, от участия в нём, за которое мог поплатиться головой, но ход событий складывался так, что Лесток оказался чуть ли не главным лицом в перевороте 25.11(6.12).1741. Через него велись переговоры с французским послом Шетарди и шведским посланником, он руководил действиями Елизаветы и влиял на её приближенных.

После восшествия на престол Елизаветы Петровны Лесток стал одним из самых близких к ней лиц и пользовался большим влиянием на дела; даже вице-канцлер Алексей Бестужев считал первое время необходимым быть с ним в дружбе. Позже между ними возникла вражда из-за явного пристрастия Лестока к Франции, от которой он получал пенсию, и к Пруссии, по ходатайству которой император Карл VII даровал Лестоку графское достоинство.

Около 1745 Бестужеву удалось перехватить тайную переписку Лестока и Шетарди; последний был удалён из России, а Лесток лишился прежнего влияния на императрицу. В 1748 за новые интриги против Бестужева Лесток был арестован, пытан в Тайной канцелярии, приговорён к смерти как политический преступник, но помилован и в 1750 сослан в Углич. Через три года он был перевезён в Великий Устюг и освобождён только в 1762 Петром III, возвратившим ему чины и конфискованное имущество. Умер Лесток 12(23).06.1767.


Бестужев-Рюмин, Алексей Петрович (1693-1768).

Родился 22.05(1.06).1693. Младший сын графа Петра Михайловича Бестужева-Рюмина, видного государственного деятеля при Петре I. Воспитывался вместе с братом Михаилом за границей. В 1712 он был отправлен в числе русского посольства на конгресс в Утрехт. После этого с разрешения императора Петра I поступил на службу к курфюрсту Ганноверскому, а когда тот взошёл на английский престол, став королём Георгом I, он отправил Бестужева в качестве посланника к Петру I. После этого Бестужев вернулся в Лондон с поздравительной грамотой Петра Георгу и новым рекомендательным письмом от своего государя.

Узнав в 1717, что царевич Алексей Петрович бежал в Вену, Бестужев поспешил написать ему письмо с уверением в преданности и готовности служить "будущему царю и государю". К счастью для Бестужева, царевич во время следствия его не выдал, а письмо уничтожил. В конце того же 1717 года Бестужев испросил у короля Георга І увольнение от службы, так как отношения между Петром и ганноверским домом стали портиться.

В 1718 Бестужев поступил обер-камер-юнкером к вдовствовавшей герцогине курляндской, Анне Иоанновне, но через два года был назначен резидентом в Данию, где он заменил князя Василия Долгорукова в качестве русского министра-резидента при дворе датского короля Фредерика IV. Бестужеву было поручено добиться от Дании признания за Петром императорского титула, а за его племянником, герцогом голштинским — титула королевского высочества. Он также должен был добиться освобождения для русских судов от зундских пошлин. Кроме того Бестужев должен быд оследить за враждебными происками Англии и, по возможности, противодействовать им.

Переговоры тянулись без результата до тех пор, когда было получено известие о заключении 30.08.(10.09)1721 Ништадтского мира Между Россией и Швецией. Это заставило Данию опасаться не только за Шлезвиг, но и за Норвегию, на которую претендовали шведы. В результате в 1724 датское правительство признало императорский титул Петра. Пётр оценил дипломатическую ловкость Бестужева и 7(18).05.1724, в день коронования Екатерины, пожаловал его в действительные камергеры.

Бестужев находился вне политической жизни России в короткое царствование Екатерины I и Петра II. Когда в 1730 на престол вступила Анна Иоанновна, которая была крёстной матерью трёх его сыновей, о нём наконец вспомнили. Весной 1731 его перевели резидентом в Гамбург. Бестужев ездил в Киль и вывез в Петербург из архива герцога Голштинского духовную императрицы Екатерины I, которым устанавливались права голштинского дома на русский престол. В конце 1734 он вернулся в Копенгаген, назначенный одновременно чрезвычайным посланником и в Дании, и в Нижне-Саксонском округе. В мае 1736 Бестужев получил чин тайного советника.

Бирон давно тяготился своей зависимостью в делах от Остермана. С появлением на свет Иоанна Антоновича его положение из-за вражды с его родителями, стало шатким. Попытки возвысить в противовес ему сначала Ягужинского, а потом Волынского кончились неудачами. Тогда выбор Бирона остановился на Бестужеве, который сумел уверить герцога в чрезвычайной преданности его особе. В 1740 Бестужев был произведён в действительные тайные советники и вызван в Петербург. В день крестин царевича Иоанна Антоновича, 18(29).08.1740, Бестужев был объявлен кабинет-министром, а 9 сентября императрица возложила на него пожалованный ему польским королём орден Белого Орла.

Одним из первых дел Бестужева в кабинете было ускорение переговоров с Англией по шведскому вопросу. Из-за этого у него сразу начались столкновения с Остерманом, который всё-таки добился, чтобы переговоры с англичанами были поручены ему одному. Их отношения ещё больше ухудшились из-за того, что Бестужев вопреки интригам Остермана содействовал в назначении Бирона регентом на время малолетства Иоанна Антоновича.

8(19).11.1740 Бирона был арестован. В ту же ночь был схвачен и Бестужев. Его заключили сначала в Нарвской крепости, потом в Копорье, потом привезли в Шлиссельбургскую крепость. Ему вменялось в вину то, что регенство над малолетним императором было отдано Бирону, а не его матери Анне Леопольдовне. Следствие выяснило, что главной опорой Бирона был сам Миних, но зашли уже слишком далеко, и постановить мягкий приговор было нельзя без компрометирующего новое правительство впечатления. 17.01.1741 комиссия приговорила Бестужева к четвертованию. В апреле ему объявили помилование, но лишили орденов, чинов и должностей и отправили в ссылку. Все имения и всё имущество его были конфискованы. Но в октябре 1741 он неожиданно снова появился в Петербурге, поскольку по-прежнему был необходим врагам Остермана и принца Брауншвейгского. После падения Миниха, граф Головкин и князь Трубецкой, с помощью новгородского архиепископа Амвросия Юшкевича убедили правительницу Анну Леопольдовну вернуть Бестужева. Финансовую поддержку этой партии оказывал австрийский посланник, маркиз Ботта.

Хотя Бестужев не принимал никакого участия в перевороте 25.11(6.12)1741, после вступления на престол императрицы Елизаветы Петровны он получил орден Св. Андрея Первозванного и был восстановлен в чине действительного тайного советника. По настоянию лейб-медика Лестока и маркиза де Шетарди указом от 12.12.1741 императрица назначила его в Сенат и на должность вице-канцлера вместо сосланного графа Гавриила Головкина.

Бестужев был поначалу крайне осторожен и до апреля 1742 делал вид, что поддерживает политику союза с Францией, которая своими деньгами привела Елизавету к власти. Франция же тем временем противодействовала России в восточном вопросе, в шведских, польских и курляндских делах.

При дворе императрицы Елизаветы развернулась борьба Франции и Пруссии, с одной стороны, Англии и Австрии, с другой, за то, кто перетянет к себе Россию. Австро-английская партия, казалось, была обречена на неудачу, ибо до переворота делала ставку на Бирона и на брауншвейгское семейство. Бестужев не мог не видеть, однако, что национальные интересы России требуют сохранения традиционного союза с Австрией. Франция больше века держалась политики союза с турками и шведами — традиционными противниками России. В случае новой войны с турками реальную военную помощь можно было ожидать только от Австрии. В этих условиях "система" Бестужева сводилась, по существу, к продолжению внешнеполитического курса его предшественника Остермана.

Первым делом 11.12.1742 был заключён оборонительный союзный договор с Англией, который предусматривал признание за Елизаветой императорского титула, оговаривал взаимную поддержку в случае войны и возобновление на 15 лет торгового соглашения.

Одновременно велись мирные переговоры со Швецией. Вначале переписку со шведским главнокомандующим Левенгауптом вёл сам Шетарди в качестве посредника, затем посредничество Франции было отвергнуто, и снова начались военные действия. Во время летней кампании 1742 года была завоёвана вся Финляндия. Тем временем наследником русского престола был объявлен герцог Голштинский Карл Петер Ульрих, внук Петра I, и переговоры со шведами теперь осложнял вопрос о правах голштинского дома на шведский престол. На мирный конгресс в Або вместо Бестужева был направлен его соперник Александр Румянцев. Услопия подписанного им мира были значительно скромнее тех, какие считал нужными Бестужев; зато принц Адольф-Фридрих (отец наследника русского престола) был признан наследником шведского престола, чему Бестужев никакой цены не придавал.

французские и голштинские агенты, пользуясь неудовольствием Елизаветы на Бестужева за недружелюбнее отношение к Голштинскому дому, распускали слухи о какой-то интриге в пользу Иоанна Антоновича, которую ведут братья Бестужевы. На этой почве разыгралось дело Натальи Лопухиной. Алексея Бестужева подозрение не коснулось; он даже участвовал в производстве следствия и суде по делу, в котором одной из главных подсудимых была его невестка. Но ненависть к австрийскому посланнику, маркизу Ботта д’Адорно, которого сумели представить главным виновником "заговора", надолго восстановила Елизавету против Австрии.

В ноябре 1743 в Россию вернулся маркиз де Шетарди, который открыто говорил о своей миссии — покончить с близостью России, Англии и Австрии. Бестужев убедил Елизавету не принимать его как полномочного посла, подчёркивая, что в его верительных грамотах Елизавета не названа императрицей. Поэтому Шетарди принимали при дворе как частное лицо. Для противодействия ему Бестужев привлёк Михаила Воронцова, который пользовался большим влиянием на императрицу.

В январе 1744 был заключён договор с польским королём Августом III о возобновлении на 15 лет оборонительного союза, заключённого в 1733, с обязательством взаимной военной помощи; при этом король признал императорский титул Елизаветы. Бестужеву удалось заблокировать проект женитьбы наследника русского престола на прусской принцессе, однако его противники взамен предложили женить Петра на принцессе Ангальт-Цербстской, которая в феврале с матерью прибыла в Россию.

Фридрих II требовал от своих агентов привлечь Россию на свою сторону, ибо от этого зависит успех его противостояния с Австрией. Но Бестужев был настороже. Он держал под своим контролем почтовое ведомство, где вскрывались и дешифровывались депеши иностранных дипломатов. Депеши, касавшиеся этой интриги, были перехвачены, шифрованные тексты разобраны с помощью академика Гольдбаха, и Бестужев через Воронцова представил их императрице с объяснительной запиской и примечаниями. Указывая на попытки Шетарди вмешиваться во внутренние дела России, на его интриги и подкупы, Бестужев добился высылки его из России. Попытки принцессы Цербстской, матери великой княгини Екатерины Алексеевны, и Лестока влиять на ход политики, привели к тому, что первая была выслана из России, а второму — запрещено было вмешивался в политику, ограничившись медициной.

15.07.1744 Бестужев был назначен государственным канцлером Российской империи, а Воронцов — вице-канцлером и графом. Грамотой императора Франца I от 2(13).06.1745 Алексей Петрович Бестужев-Рюмин был возведён, с нисходящим его потомством, в графское достоинство Священной Римской империи.

Вскоре началась долгая и тяжёлая для Бестужева борьба с вице-канцлером Воронцовым, который сделать ставку на сближение с Францией. Однако канцлеру удалоссь убедить Елизавету и 22.05(2.06).1746 был подписан Петербургский договор о союзе с Австрией, которым обе державы обязывались защищать друг друга в случае нападения. К договору было решено пригласить Августа III и короля Англии. Обеспечивая Россию с разных сторон дружественными соглашениями. Через месяц Бестужев заключил договор об оборонительном союзе с Данией, а в 1747 — подписал конвенцию с Портой.

Отдельные победы над противниками не уничтожили утомительной вражды канцлера с коллегией иностранных дел, где господствовало влияние Воронцова. В конце 1748 Бестужеву удалось найти способ нанести противникам сильный удар. Прусскими депешами он доказал, что Лесток и Воронцов получают пенсии из прусской казны. Лесток был сослан, Воронцов остался невредим, но потерял на время вес и влияние. Момент полной победы Бестужева над соперниками совпал с проведением Ахенского конгресса, прекратившего Войну за австрийское наследство. Мир был заключён без участия России, её союзники помирились с её врагами, и, утомлённые войной, стали менять отношение к России. Началась капитальная перегруппировка держав, получившая название "дипломатической революции".

Положение Бестужева осложнилось ещё и тем, что при дворе появился новый фаворит Иван Шувалов, с которым Воронцов поддерживал дружеские отношения. Поиски новых союзников при дворе сблизили его с великой княгиней Екатериной Алексеевной.

Наследник престола Петр Федорович, почитатель Фридриха II, ненавидел Бестужева, а тот, отвечая взаимностью, после рождения Павла Петровича, задумал лишить родителя престола и упрочить его за Павлом Петровичем под опекунством его матери. В 1757 тяжкая болезнь постигла Елизавету. Бестужев, думая, что императрица уже не встанет, самовольно вызвал в Россию генерал-фельдмаршала Апраксина, но Елизавета Петровна оправившись от болезни, разгневанная на Бестужева за его своеволие и 27.02.1758 она лишила канцлера чинов и знаков отличий. Бестужева приговорили к смерти, но государыня заменила этот приговор ссылкой, которая продолжалась до воцарения императрицы Екатерины II.

После переворота в 1761 Бестужев был восстановлен во всех званиях, произведён в генерал-фельдмаршалы, но официальной должности ему занять не пришлось, хотя Екатерина постоянно обращалась к нему за советом по разным важным вопросам. Окончательное устранение Бестужева от дел было вызвано его противодействием Екатерине и Панину по польским делам. Когда императрица решила возвести на польский престол Понятовского, бывший канцлер поддерживал права на престол Саксонского дома.

Алексей Петрович Бестужев-Рюмин умер в Москве 10.(21).04.1766 и был похоронен в сооружённом перед смертью у Арбатских ворот храме Св. Бориса и Глеба.

Недоброжелатели Бестужева всегда подчёркивали, что он находится на английском и австрийском содержании. Действительно, как и его предшественники на посту канцлера, Бестужев охотно принимал иностранные субсидии, преимущественно от дипломатов Англии, Саксонии и Австрии — стран, которым было отведено место союзников России в его дипломатической системе. Представители же Франции и Пруссии тщетно предлагали Бестужеву свои посулы. Бестужев оправдывался перед императрицей необходимостью в представительских целях содержать в столице роскошный дворец. Для этой цели он затеял перестройку дома на набережной Невы и заложил на Каменном острове загородную резиденцию. Огромные суммы канцлер спускал за карточным столом.


Лопухина, Наталья Фёдоровна (1699-1763).

Родилась 11.11.1699. Мать Натальи, Матрёна (Модеста) Монс, была статс-дамой Екатерины I и являлась супругой московского губернатора генерала Фёдора Николаевича Балка (поэтому носила прозвище "Балкша"). Наталья приходилась племянницей любовнице Петра I, Анне Монс.

Ещё девочкой в 1716 Наталья вошла в свиту Екатерины Иоанновны (племянницы Петра I) и сопровождала её к супругу в Мекленбург. Приблизительно до 1718 она вернулась в Россию, где по желанию императора вышла замуж за Степана Васильевича Лопухина, двоюродного брата царицы Евдокии Федоровны.

Но вскоре на обе семьи посыпались неприятности. Двоюродный брат Лопухина был осуждён по делу царевича Алексея. В 1719 поведение супруга Натальи во время богослужения по случаю смерти царевича Петра Петровича стал причиной его ссылки с женой и детьми в Кольский острог.

В 1724 по делу брата Натальи, Виллема Монса, фаворита Екатерины I, Матрёну Лопухину по приказу Петра I выпороли кнутом и сослали в Тобольск, а Виллему Монсу 16.11.1724 отрубили голову.

При вступлении на престол Петра II, потомка Евдокии Лопухиной, участь семьи стала более благоприятной. Сенатским указом от 21.07.1727 их вернули из ссылки в Петербург, муж Натальи получил звание камергера.

Анна Иоанновна также оценила участие Натальи Лопухиной в раскрытии замысла "верховников" ограничить власть императрицы. 6.03.1730 одновременно с Анной Гавриловной Ягужинской она была возведенна в статс-дамы императрицы. 11.09.1740 её супруг получил должность кригскомиссара по морской части в ранге вице-адмирала и с правом присутствования в Адмиралтейств-коллегии.

При Анне Иоанновне Лопухина, пользуясь своим положением, брала от жизни всё. Модница, любительница балов и тому подобных развлечений, она блистала в свете и имела много поклонников, основным из которых был гофмаршал Рейнгольд Левенвольде. Муж, не испытывавший к супруге никаких чувств, снисходительно относился к её увлечениям.

Левенвольде вместе с Андреем Остерманом убедили Анну Иоанновну завещать престол сыну её племянницы Анны Леопольдовны, праправнуку царя Алексея Михайловича от первого брака. Тем самым дочь Петра I Елизавета и на этот раз оказывалась ни с чем.

Во время правления Анны Леопольдовны Наталья Лопухина продолжала пользоваться милостью. Ей подарили имение, её мужа произвели в генерал-поручики.

Однако всё стало рушиться с приходом к власти Елизаветы Петровны, долгие годы жившей в материально стеснённых условиях и в страхе за свою жизнь. Она начала расправляться с представителями "немецкой" партии при русском дворе.

Левенвольде был отправлен в ссылку. У Натальи Лопухиной отобрали имение, муж получил назначение губернатором в Архангельск, но предпочёл уйти в отставку. Сын Иван из камер-юнкеров в ранге полковника был отстранён от двора и зачислен в гвардию подполковником. Именно последний стал виновником последующих бед.

Иоганн Лесток, будучи сторонником союза с Францией и Пруссией, искал способа устранить канцлера Алексея Бестужева, который придерживался необходимости союза с Австрией. Воспользовавшись болтливостью Ивана Лопухина, который в частных беседах наговорил много нелицеприятного лично о Елизавете Петровне и её правлении, Лесток довёл его слова до сведения императрицы.

При этом делался упор на связь Лопухиной с посланником Австрийского двора маркизом де Ботта и Анной Гавриловной Ягужинской, незадолго до этого вышедшей замуж за Михаила Бестужева, а также упоминания в разговорах свергнутого с престола сына Анны Леопольдовны, который якобы скоро должен вернуться.

После непродолжительного расследования, в т.ч. с применением пыток, Наталья Лопухина с сыном и мужем, а также её подруга Ягужинская 31.08.1743 были принародно биты кнутом и после урезывания языка отправлены в ссылку. При этом Ягужинская изловчилась передать палачу крест, усыпанный драгоценностями, и тот урезал ей только кончик языка. Наталья Лопухина пыталась сопротивляться и, разозлив палача, сделала себе только хуже.

Через 3 года в Охотском остроге умер Иван Лопухин. Степан Васильевич Лопухин умер в Селенгинске 6.07.1748. Наталья Лопухина в 1761 была возвращена из ссылки указом Петра III и умерла 11.03.1763. В ссылке она перешла в православие.


Апраксин, Степан Фёдорович (1702-1758).

Родился 30.07(10.08).1702, сын стольника Фёдора Карповича Апраксина. Лишась в младенчестве отца, воспитывался у своего родственника графа Петра Матвеевича Апраксина где получил хорошее воспитание, отлично говоря по-немецки. В 1718 Степан Апраксин вступил в службу солдатом в лейб-гвардии Преображенский полк и был капитаном в царствование Петра II.

Протекция отчима помогла Степану Фёдоровичу сделать быструю карьеру. Он перешёл в Семёновский полк, был пожалован секунд-майором Анной Иоанновной и служил под начальством генерал-фельдмаршала Миниха. Участвовал во взятии приступом Очакова (1737) — за что был награждён чином премьер-майора и деревнями. В 1739 произведен в генерал-майоры с повелением оставаться дежурным при фельдмаршале. Доставив в Петербург известие о взятии Хотина, получил орден Св. Александра Невского.

В 1741 сопровождал персидское посольство Тахмас-Кулы-Хана, который старался вступить с Россией в тесный союз для получения военной помощи и для этого сватался за цесаревну Елизавету Петровну. С приходом к власти последней Апраксин был отправлен посланником в Персию.

В его отсутствие 25.11(6.12).1741 произошел переворот, и на престол взошла Елизавета Петровна. Апраксин, умевший находить себе сильных друзей для своего благополучия, сделался другом Алексея Бестужева, заклятого врага Миниха. Движение Апраксина по службе пошло ещё быстрее: в 1742 он был подполковником гвардии и генерал-поручиком, в 1746 — генерал-аншефом. При отсутствии талантов к управлению он стал вице-президентом Военной коллегии. В 1751 был награждён орденом Св. Андрея Первозванного.

Когда Россия заключила с Австрией антипрусский союз, императрица Елизавета Петровна 5.09.1756 пожаловала Апраксина в фельдмаршалы и назначила главнокомандующим действующей армией. В мае 1757 армия Апраксина, насчитывающая до 100 тыс. человек, из них — 20 тыс. нерегулярного войска, выступила из Лифляндии в направлении реки Неман. 20 тыс. отряд под командованием генерал-аншефа Фермора при поддержке русского флота осадил Мемель, взятие которого 25.06(6.07).1757 года стало сигналом к началу кампании. Началась Семилетняя война.

Апраксин с главными силами двинулся в Восточную Пруссию. Генеральное сражение между прусской и русской армиями произошло 19(30).08.1757 у деревни Гросс-Егерсдорф и закончилось победой русских войск над противником, имевшим численное превосходство. Весть о победе была принята с восторгом в Петербурге, а Апраксин получил в свой герб две пушки, накрест положенные, а также чин генерал-фельдмаршала.

Однако, победив в сражении, Апраксин не пытался развить успех преследованием противника, остановился лагерем и пребывал неделю в совершенном бездействии, после чего внезапно отошёл на другой берег Прегеля и начал поспешное отступление к Неману. Оправившиеся пруссаки, узнав об отходе русских с опозданием на неделю, с этого момента преследовали русскую армию по пятам на всём протяжении пути до прусской границы.

Причины столь внезапного, напоминающего бегство, отступления Апраксина, лишившего русские войска всех стратегических преимуществ, которые они могли бы извлечь из победы при Гросс-Егерсдорфе, не до конца понятны и сегодня. Предполагают, что приказ об отступлении отдал канцлер Бестужев, который в случае смерти тяжело больной императрицы собирался возвести на престол цесаревича Павла Петровича, под опекунством Екатерины. По другов версии приказ об отступлении был им отдан из желания угодить Петру Фёдоровичу, тяготевшему к Фридриху II.

Апраксин был арестован в Нарве и подвергнут допросу начальником Тайной канцелярии графом Александром Шуваловым, но внезапно скончался 6(17).08.1758.


Леонард Эйлер (1707-1783).

Леонард Эйлер родился 15.04.1707 в Базеле (Швейцария) в семье пастора Пауля Эйлера, друга семьи Бернулли, и Маргариты Эйлер, урождённой Брукер. Вскоре после рождения Леонарда семья переехала в селение Рихен, куда Пауль Эйлер был назначен пастором; там и прошли первые годы детства мальчика. Начальное обучение Леонард получил дома под руководством отца (тот в своё время учился математике у Якоба Бернулли). Пастор готовил старшего сына к духовной карьере, однако занимался с ним и математикой, и Леонард рано проявил математические способности.

Когда Леонард подрос, его перевезли к бабушке в Базель, где он учился в гимназии (продолжая при этом увлечённо изучать математику). В 1720 способного гимназиста допустили к посещению публичных лекций в Базельском университете. Там он обратил на себя внимание профессора Иоганна Бернулли (младшего брата Якоба Бернулли).

20.10.1720 13-летний Леонард Эйлер стал студентом факультета искусств Базельского университета. Но любовь к математике направила Леонарда по иному пути. Посещая дом своего учителя, Эйлер познакомился и подружился с его сыновьями — Даниилом и Николаем Бернулли, которые также, по семейной традиции, глубоко изучали математику. В 1723 Эйлер получил первую награду (primam lauream). 8.07.1724 17-летний Леонард Эйлер произнёс на латыни речь о сравнении философских воззрений Декарта и Ньютона и был удостоен учёной степени магистра искусств.

В последующие два года юный Эйлер написал несколько научных работ. Одна из них, "Диссертация по физике о звуке", была представлена на конкурс для замещения неожиданно освободившейся в Базельском университете должности профессора физики. Но, несмотря на положительный отзыв, 19-летнего Эйлера сочли слишком юным, чтобы включить в число кандидатов на профессорскую кафедру. В то время число научных вакансий в Швейцарии было совсем невелико. Поэтому братья Даниил и Николай Бернулли уехали в Россию, где как раз шла организация Академии наук.

По рекомендации братьев Даниила и Николая Бернулли Эйлер был приглашён на должность адъюнкта (помощника профессора) по кафедре физиологии. Свой отъезд из Базеля Эйлер отложил, однако, до весны, посвятив оставшиеся месяцы серьёзному изучению медицинских наук, глубоким знанием которых он впоследствии поражал своих современников. 5.04.1727 Эйлер навсегда покинул Швейцарию, хотя швейцарское (базельское) подданство сохранил до конца жизни.

Эйлер прибыл в Санкт-Петербург 24.05.1727. За несколько дней до этого умерла императрица Екатерина I, покровительница Академии, и учёные пребывали в унынии и растерянности. Эйлеру помогли, однако, освоиться на новом месте земляки-базельцы. Эйлера сделали адъюнктом высшей математики (а не физиологии, как первоначально планировалось). Уже через несколько месяцев после приезда в Петербург Эйлер стал бегло говорить по-русски.

В 1733 Даниил Бернулли вернулся в Швейцарию, и Эйлер, оставив кафедру физики, занял его кафедру, став академиком и профессором высшей математики. Работы у молодого профессора было много: картография, всевозможные экспертизы, консультации для кораблестроителей и артиллеристов, составление учебных руководств, проектирование пожарных насосов и т.д. От него даже требовали составления гороскопов, каковой заказ Эйлер со всем возможным тактом переадресовал штатному астроному.

За первый период пребывания в России Эйлер написал более 90 крупных научных работ. В течение 1730-х годов Эйлер возглавлял работу по картографированию Российской империи, которая (уже после отъезда Эйлера) завершилась изданием атласа территории страны. В 1735 Эйлер заболел от перенапряжения и потерял зрение на правый глаз. Сам Эйлер приписывал потерю глаза своей работе по составлению карт в географическом департаменте при Академии.

Двухтомное сочинение "Механика, или наука о движении, изложенная аналитически", изданное в 1736, принесло Эйлеру общеевропейскую известность. В этой монографии Эйлер с успехом применил методы математического анализа к общему решению проблем движения в пустоте и в сопротивляющейся среде.

Обстановка ухудшилась, когда в 1740 умерла императрица Анна Иоанновна, и императором был объявлен малолетний Иоанн VI. При регентстве Анны Леопольдовны Петербургская академия окончательно пришла в запустение. Эйлер стал обдумывать вариант возврата на родину или переезда в иную страну. В конце концов он принял предложение прусского короля Фридриха, который приглашал его на весьма выгодных условиях в Берлинскую академию, на должность директора её Математического департамента. Академия создавалась на базе прусского Королевского общества, основанного ещё Лейбницем, но в те годы находившегося в удручающем состоянии.

В июне 1741 34-летний Леонард Эйлер с женой, двумя сыновьями и четырьмя племянниками прибыл в Берлин. Он провёл там 25 лет и издал около 260 работ. Работы у Эйлера было немало. Помимо математических исследований, он руководил обсерваторией, занимался многими практическими делами, включая выпуск календарей, чеканку прусских монет, прокладку нового водопровода, организацию пенсионного обеспечения и лотерей.

В берлинский период, одна за другой, выходят работы Эйлера: "Введение в анализ бесконечно малых" (1748), "Морская наука" (1749), "Теория движения Луны" (1753), "Наставление по дифференциальному исчислению" (1755). В 1744 Эйлер открыл вариационное исчисление. В его работах используются продуманная терминология и математическая символика, в значительной степени сохранившиеся до наших дней, изложение доводится до уровня практических алгоритмов.

Все годы пребывания в Германии Эйлер сохранял связь с Россией. Эйлер участвовал в публикациях Петербургской Академии, приобретал для неё книги и инструменты, редактировал математические отделы русских журналов. На его квартире, на полном пансионе, годами жили молодые русские учёные, командированные на стажировку. По отзывам современников, Эйлер всю жизнь оставался скромным, жизнерадостным, чрезвычайно отзывчивым человеком, всегда готовым помочь другому.

Однако отношения с королём не сложились: Фридрих II находил нового математика невыносимо скучным, совершенно не светским и обращался с ним пренебрежительно. В 1759 умер Пьер Луи де Мопертюи, президент Берлинской Академии наук и друг Эйлера. Фридрих, недолюбливавший Эйлера, всё же поручил ему руководство Академией, однако без титула президента.

Во время Семилетней войны (1756—1763) русская артиллерия разрушила дом Эйлера; узнав об этом, фельдмаршал Салтыков немедленно возместил потери, а позже императрица Елизавета прислала от себя ещё 4000 рублей.

В 1765 Эйлер опубликовал "Теорию движения твёрдых тел", а годом позже — "Элементы вариационного исчисления". Именно здесь впервые появилось название нового раздела математики, созданного Эйлером и Лагранжем.

В 1762 на русский престол вступила Екатерина II, которая осуществляла политику просвещённого абсолютизма. Хорошо понимая значение науки как для прогресса государства, так и для собственного престижа, императрица предложила Эйлеру вернуться в Россию. 2.05.1766 благодаря настойчивым ходатайствам российского представительства Фридрих разрешил великому учёному покинуть Пруссию, и 17(28).07.1766 60-летний Эйлер, его семья и домочадцы (всего 18 человек) прибыли в российскую столицу.

После возвращения в Петербург у Эйлера образовалась катаракта левого глаза — он перестал видеть. Однако слепота не отразилась на работоспособности учёного. Число опубликованных им работ даже возросло; в течение второго пребывания в России Эйлер продиктовал более 400 статей и 10 книг, что составляет больше половины его творческого наследия.

В 1768—1770 вышла в свет двухтомная классическая монография "Универсальная арифметика" (издавалась также под названиями "Начала алгебры" и "Полный курс алгебры"). В эти же годы вышли трёхтомник "Диоптрика" о линзовых системах и фундаментальное "Интегральное исчисление", тоже в 3 томах. Огромную популярность приобрели в XVIII веке, а отчасти и в XIX, эйлеровские "Письма о разных физических и философических материях, написанные к некоторой немецкой принцессе…" (1768). Это была научно-популярная энциклопедия широкого охвата, написанная ярко и общедоступно.

В мае 1771 в Петербурге случился большой пожар, уничтоживший сотни зданий, в т.ч. дом и почти всё имущество Эйлера. Самого учёного с трудом спасли. Все рукописи удалось уберечь от огня; сгорела лишь часть "Новой теории движения луны", но она быстро была восстановлена с помощью самого Эйлера. Эйлеру пришлось временно переселиться в другой дом. В сентябре того же года, по особому приглашению императрицы, в Санкт-Петербург прибыл для лечения Эйлера известный немецкий окулист барон Вентцель. Он сделал Эйлеру операцию и удалил с левого глаза катаракту. Эйлер снова стал видеть. Однако уже через несколько дней после операции Эйлер снял повязку и вскоре потерял зрение снова. На этот раз — окончательно.

В 1772 Эйлер наконец завершил свой многолетний труд "Новая теория движения Луны", приближённо решив задачу движения трёх небесных тел. В 1779 была опубликована "Всеобщая сферическая тригонометрия".

В 1773 по рекомендации Даниила Бернулли в Петербург приехал из Базеля ученик Бернулли, Николаус Фусс, который сразу же после приезда взял на себя заботы о математических трудах Эйлера. Вскоре Фусс женился на внучке Эйлера. В последующие десять лет — до самой своей смерти — Эйлер преимущественно ему диктовал свои труды, хотя иногда пользовался "глазами старшего сына" и других своих учеников. В этом же 1773 умерла жена Эйлера, с которой он прожил почти 40 лет. Вскоре Эйлер женился на Саломее-Абигайль, сводной сестре покойной жены.

Эйлер активно трудился до последних дней. 7(18).09.1783 Эйлер скончался от кровоизлияния в мозг. Его похоронили на Смоленском лютеранском кладбище в Петербурге. В ходе празднования 250-летия Эйлера (1957) прах великого математика был перенесён в "Некрополь XVIII века" на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры, где его могила располагается поблизости от могилы Ломоносова.

Эйлер оставил важнейшие труды по самым различным отраслям математики, механики, физики, астрономии и по ряду прикладных наук. Познания Эйлера были энциклопедичны; кроме математики, он глубоко изучал ботанику, медицину, химию, теорию музыки, множество европейских и древних языков. Благодаря Эйлеру в математику вошли общая теория рядов, фундаментальная "формула Эйлера" в теории комплексных чисел, операция сравнения по целому модулю, полная теория непрерывных дробей, аналитический фундамент механики, многочисленные приёмы интегрирования и решения дифференциальных уравнений, ряд специальных функций и многое другое. Эйлер первым предожил обозначение i для мнимой единицы и e для обозначения основание натурального логарифма, называемого числом Эйлера.

По существу, именно Эйлер создал несколько новых математических дисциплин — теорию чисел, вариационное исчисление, теорию комплексных функций, дифференциальную геометрию поверхностей; он заложил основы теории специальных функций. Другие области его трудов: диофантов анализ, математическая физика, статистика и т.д.

С помощью рядов Эйлер исследовал трансцендентные функции, то есть те функции, которые не выражаются алгебраическим уравнением (например, интегральный логарифм). Он открыл имеющие сейчас многообразные приложения эйлеровы интегралы — специальные функции, вошедшие в науку как гамма-функция и бета-функция Эйлера.


Разумовский, Алексей Григорьевич (1709-1771).

Родился 17(28).03.1709 в семье простого украинского казака Григория Яковлевича Розума (1685—1730) и Натальи Демьяновны Демешко. В детстве был обучен грамоте, бежал от отца в соседнее село Чемер, где жил у дьячка и пел на церковном клиросе. Здесь в 1731 он был замечен полковником Вишневским, который набирал певчих для Придворного хора и, обратив внимание на молодого красивого певчего с прекрасным голосом, взял юношу с собой в Петербург.

Вскоре, будучи одним из красивейших мужчин, Алексей оказался при дворе цесаревны Елизаветы Петровны, став её фаворитом. Вначале он получил должность управляющего её имениями, затем чин камер-юнкера и стал полновластным хозяином её двора. К нему обращались с просьбами знатные вельможи и он, по-видимому, не без успеха использовал своё влияние на Елизавету, однако при этом оставаясь человеком весёлым, добродушным и бесхитростным.

После переворота 25.11(6.12).1741, приведшего Елизавету к власти, бывший певчий превратился в генерал-поручика и действительного камергера. Спустя ещё короткое время, в день коронации Елизаветы, Разумовский стал кавалером ордена Св. Андрея Первозванного, обер-егермейстером, подполковником лейб-гвардии Конного полка, капитан-поручиком лейб-кампании. В 1742 в подмосковном селе Перово состоялось тайное венчание императрицы с Алексеем Григорьевичем.

После этого Разумовский поселился в дворцовых апартаментах, смежных с покоями императрицы; по утрам они завтракали вместе. Украинские блюда вроде борща были вписаны в меню официальных обедов, и Разумовский сидел за столом всегда рядом с государыней.

Не любя карточную игру и относясь равнодушно к выигрышу, среди богатства, которым он был засыпан, Разумовский позволял грабить себя без стеснения, причем гости мошенничали, играя в карты, либо просто набивали карманы золотом, валявшимся на столах.

Обладая огромной, практически неограниченной властью и став одним из богатейших людей России (в 1744 он получил ещё и графское достоинство, а в 1756 — звание генерал-фельдмаршала) — Разумовский оставался скромным, набожным человеком, старался не вмешиваться в придворные интриги и держаться в стороне от большой политики. К своему стремительному возвышению он относился с юмором и лишь иногда, во хмелю, проявлял буйный нрав.

Разумовский не забывал свою многочисленную украинскую родню, да и вообще родную Украину. По-видимому, именно благодаря Разумовскому в царствование Елизаветы украинцам удалось добиться некоторых привилегий и, в частности, восстановления гетманства. Гетманом Малороссии и Войска Запорожского стал его брат Кирилл.

С конца 1740-х с приближением к императрице Ивана Шувалова влияние Разумовского несколько упало. Однако они по-прежнему оставались близки - так, умирая, Елизавета попросила остаться около её постели троим людям - наследнику Петру Федоровичу, его жене Екатерине Алексеевне и Разумовскому.

Как союзник канцлера Бестужева, с подозрением относившегося к будущему Петру III, граф Разумовский после смерти императрицы не считал своё положение надёжным. Он выехал из царского дворца и поселился в своем "Аничковском доме", где его часто посещал новый император, любивший по вечерам выкуривать трубку в гостеприимных палатах графа, который по временам давал также праздники и банкеты, очень любимые Петром III. Граф поднес ему богатую трость и просил позволения присоединить к тому миллион рублей, чем император, нуждавшийся в деньгах, остался очень доволен.

Экс-фаворит не принимал участия в подготовлявшемся перевороте, и 27.06(8.07).1762 (за день до переворота) давал в честь императора и императрицы великолепный праздник в Гостилицах, на котором Петр III и Екатерина II виделись в последний раз. После прихода к власти Екатерины II, Разумовский был отправлен в отставку. Екатерины II послала Михаила Воронцова выяснить, действительно ли он был обвенчан с Елизаветой, но тот на глазах посланца государыни дастал из шкатулки какие-то документы, поцеловал их и бросил в огонь.

Присягнув новой императрице, граф Разумовский поехал на коронацию в Москву и во время коронования нёс корону, а после обряда бросал в народ жетоны. Несмотря на известие о смерти матери, он оставался в Москве во всё время пребывания там императрицы. Екатерина II оказывала ему знаки особого уважения и обращалась с ним скорее как с родственником, нежели как с подданным. Она выходила к нему навстречу при приезде его во дворец, сама сейчас же подвигала ему кресло и провожала до дверей своего кабинета. Не имея службы, граф Разумовский жил тихо в обширных своих палатах, окруженный воспоминаниями о родине; его стол, привычки, прислуга были чисто малороссийские.

Совершая свою поездку по Балтийскому краю, в 1764 Екатерина заехала к старику графу в Гостилицы (около Петербурга); у крыльца дома её встретил хозяин со всеми свойственниками, и в честь Высочайшего прибытия из выставленных перед домом пушек производилась пальба. Императрица за обедом пила за здоровье хозяина, играла с ним в карты, каталась с гор и по саду.

С годами бывший фаворит стал хворать и в последние месяцы 1770 года не вставал уже с постели. Он умер в своем Аничковом дворце 6(17).06.1771 и был погребён в Благовещенской церкви Александро-Невской лавры в Петербурге.


Шувалов, Александр Иванович (1710-1771).

Старший сын Ивана Максимовича Старшего, коменданта Выборга. Был причислен ко двору цесаревны Елизаветы, где играл до 1741 важную роль, заведуя дворовым хозяйством. Принял деятельное участие в перевороте 25.11(6.12).1741, доставившем Елизавете престол.

С воцарением Елизаветы сразу занял влиятельное положение, был осыпан, как и брат Пётр Шувалов, монаршьими милостями, наградами и знаками благоволения: в 1741 награждён орденом Александра Невского, в 1744 стал генерал-поручиком, а с 1746 — генерал-адъютантом императрицы. В том же году, как и брат Пётр, был возведён в графское достоинство.

Влияние Шуваловых возрасло в ещё большей степени с 1749, когда их двоюродный брат Иван Шувалов, стал фаворитом Елизаветы. 18(29).12.1753 Александр Шувалов получил высшую награду Империи — Орден Св. Андрея Первозванного.

С 1742 Александр Шувалов принимал участие в делах Тайной канцелярии, в 1746 он стал её руководителем, сменив знаменитого Ушакова на посту её главы. Он осуществлял надзор за содержанием в ссылке свергнутого императора Иоанна VI и его родителей, руководил расследованием дела Иоганна Лестока, позднее, следствием по делу фельдмаршала Степана Апраксина и канцлера Алексея Бестужева.

В 1754 Александр Шувалов был назначен гофмаршалом при дворе великого князя Петра Фёдоровича, будущего Петра III. Шуваловская партия придавала этой должности огромное значение, рассчитывая сближением с наследником престола, обеспечить своё положение на будущие времена. Однако будущее показало, что, сделав ставку на Петра III, они глубоко ошибались.

Последние годы Елизаветинского царствования и короткое правление Петра III были вершиной могущества шуваловской партии. В 1758 Александр Шувалов стал сенатором, а в 1761 — генерал-фельдмаршалом.

Во время переворота 28.06(9.07).1762, приведшего к власти Екатерину II, Александр Шувалов пытался агитировать гвардейцев сохранить верность Петру, но, убедившись, что сила на чужой стороне, бросился к ногам государыни и просил о помиловании, которое ему и было дано. Тем не менее 9(20).01.1763 Екатерина отправила лично ненавистного ей Шувалова в отставку со всех его постов, подтверждив его права на дарованные именным приказом Петра III дворцовых крестьянских душ в выбранных графом местах.

Умер Александр Шувалов в 1771 в полной безвестности и был похоронен в построенной им церкви Преображения. Он был наиболее бледной фигурой шуваловской партии, не имел ни харизмы, ни дарований своих братьев, без одобрения которых не смел сделать и шага.


Шувалов, Петр Иванович (1711-1762).

Второй сын Ивана Максимовича Старшего, коменданта Выборга. Служил пажом при дворе в последние годы царствования Петра I, потом камер-юнкером при цесаревне Елизавете Петровне.

Пётр Шувалов вместе с братом Александром принял деятельное участие в перевороте 25.11(6.12).1741, в результате которого к власти пришла Елизавета Петровна, и был за это произведён ею в камергеры, гвардейские подпоручики и генерал-майоры. В следующем году Пётр Шувалов получил ордена Св. Анны и Св. Александра Невского и чин поручика гвардии.

В 1744 Пётр Шувалов был произведён в генерал-лейтенанты и стал сенатором. В 1746 получил графское достоинство Российской империи, а в 1748 стал генерал-адъютантом. Стремительному возвышению Шувалова много способствует его жена, Мавра Егоровна, бывшая с юных лет ближайшей подругой Елизаветы и главой её "теневого кабинета".

Влияние Шувалова становится почти безраздельным с 1749, когда фаворитом Елизаветы стал его двоюродный брат, Иван Шувалов. С этого времени Пётр Шувалов являелся одним из главнейших сановников империи, ни одно государственное дело не могло быть решено без его участия, всесильный прежде канцлер Алексей Бестужев всё чаще был вынужден уступать Шуваловым в борьбе за власть. Поток милостей, подарков, наград, выгодных заказов для графа из казны не иссякал до самой смерти Елизаветы.

Годы пребывания у власти были наполнены для Шувалова кипучей реформаторской деятельностью. По описанию современников, дом его напоминает огромную канцелярию, а не дворец вельможи. От своих подчинённых граф также неустанно требовал новых идей, проектов, улучшений, предложений реформ. Он окружил себя такими же талантливыми и энергичными дилетантами, каким является и сам.

Не обременённый образованием, но наделённый от природы колоссальными работоспособностью, честолюбием, энергией и упорством, Шувалов в любом деле, с которым ему приходится сталкиваться, пытался произвести кардинальные преобразования. Благодаря ему были уничтожены внутренние таможенные пошлины. Для компенсации были повышены пошлины на товары, ввозимые из-за границы. Были учреждены первые российские банки.

Последствия его реформ неоднозначны, некоторые из них нанесли, скорее, вред и ввели казну в убыток. Известна и ядовитая, небезосновательная оценка "принципиев", которыми руководствовался граф в своей преобразовательной деятельности, Екатериной II, полагавшей, что они были "хотя и не весьма для общества полезными, но достаточно прибыльными для самого его". В 1756 винокурение было объявлено дворянской монополией. Пётр Шувалов стал винным откупщиком по всей Сибири. За годы работы граф стал один из самых богатых откупщиков России, собрав в своих руках прибыльные промыслы.

В послепетровское время артиллерийское дело в России находится в застое. Российская артиллерия и качественно, и количественно отставала от современной ей западноевропейской, что, в условиях подготовки к большой европейской войне, позднее названной Семилетней, являлось серьёзной проблемой. Основными недостатками российской артиллерии в указанный период были малая мобильность, связанная с высоким весом орудий, большое разнообразие калибров и слабая подготовка артиллеристов.

Став в 1756 главой артиллерийского ведомства (генерал-фельдцейхмейстер) он способствовал созданию оригинальных российских типов орудий, лучшие из которых послужили образцами для подражания в Европе. Одним из таких орудий был знаменитый "Единорог", стоявший на вооружении в России более ста лет и ставший прообразом многих зарубежных образцов.

С именем Шувалова связано основание многих промышленных и горных предприятий, таких как Воткинский и Ижевский железоделательные заводы.

Пётр Шувалов много заботился и о своих личных интересах, нередко в ущерб государству. Например, выхлопотал себе исключительное право на продажу за границу леса, сала, ворвани, а также монополию тюленьего промысла. Тем не менее, ведя роскошную жизнь, остался должен в казну более миллиона рублей.

При Петре III Пётр Шувалов стал генерал-фельдмаршалом, но реальное его влияние резко упало. Умер Пётр Шувалов 4(15).01.1762 в конце правления Петра III.


Ломоносов, Михаил Васильевич (1711-1765).

Родился 8(19).11.1711 недалеко от Холмогор в довольно зажиточной семье крестьянина-помора. Тяга к знаниям и тяжёлая обстановка в семье (мачеха отрицательно относилась к страсти пасынка к книгам) заставили Ломоносова тайно бежать из дома. С рыбным обозом в январе 1731 он прибыл в Москву и поступил в Славяно-греко-латинскую академию. В 1735 Ломоносов в числе 12 лучших учеников был вызван в Петербургскую Академию Наук, а в 1736 Академия Наук приняла решение отправить Ломоносова и других наиболее способных молодых людей для учёбы в Европу.

За границей (в Германии и Голландии) Ломоносов пробыл пять лет, узучая теоретические и прикладные науки, а также немецкий, французский и итальянский языки (латинским и греческим он овладел ещё в Москве).

Вернувшись в 1741 в Петербург он вступил в борьбу с профессорами-иноземцами по причине их "недоброхотства к русскому юношеству". Произнесённое им в 1749 в торжественном собрании Академии Наук "Слово похвальное императрице Елизавете Петровне" имело большой успех и с этого времени Ломоносов пользовался большим вниманием при дворе.

В 1753 Ломоносов при помощи любимца Елизаветы Ивана Шувалова построил под Петербургом фабрику мозаики. По проекту Ломоносова в 1755 был основан Московский университет. В 1759 он занимался устройством гимназии и университета при Академии, отстаивая права низших сословий на образование.

Одним из выдающихся естественнонаучных достижений Ломоносова является его молекулярно-кинетическая теория тепла, опровергнувшая существование т.н. "теплорода" и предвосхитившая многие гипотезы и положения, сопутствовавшие дальнейшему развитию атомистики и теорий строения материи. С корпускулярной теорией строения материи и молекулярно-кинетическими взглядами Ломоносова напрямую связанно его понимание закона сохранения вещества и силы (или движения) — сформулированного им как "всеобщий естественный закон".

Исходя из этого закона Ломоносов выразил сомнение в существовании т.н. "флогистона" — невесомой огненной субстанции, якобы наполняющей все горючие вещества и высвобождающаяся из них при горении. Это нашло подтверждение после открытия в 1766 водорода и в 1775 кислорода.

Ломоносовым были заложены основы физической химии, когда он сделал попытку объяснения химических явлений на основе законов физики и его же теории строения вещества.

Ломоносов заложил основы науки о стекле. Им была разработана технология получения прозрачного цветного стёкла, в т.ч. он разгадан секрет изготовления рубинового стекла. Получение смальт различных цветов и оттенков позволило создавать художественные мозаичные картины. Под его руководством были сделаны портрет Петра I, мозаичное панно "Полтавская битва" и ряд др.

Ломоносовым было сконструировано и построено несколько принципиально новых оптических приборов, и создана русская школа научной и прикладной оптики. В частности 13.05.1762 он продемонстрировал первый телескоп-рефлектор с вогнутым зеркалом.

Наблюдая 26.05.1761 прохождение Венеры по солнечному диску, при приближении Венеры к краю диска Ломоносов заметил появление вздутия края солнечного диска, которое учёный объяснил наличием на Венере атмосферы.

Под влиянием его сочинения "О северном ходу в Ост-Индию Сибирским океаном" в 1764 была снаряжена Североокеанская экспедиция под командой Василия Яковлевича Чичагова (1726-1809). Ломоносов много занимался металлургией и геологией.

Величайшее значение имеет вклад Ломоносова в создание основ современного русского литературного языка, и в частности грамматики, в которой Ломоносов разработал понятия о частях речи, правописании и произношении того или иного слова. Его собственные литературные произведения, торжественные оды, а также размышления по поводу физических явлений, имели своей целью способствовать развитию отечественной науки.

Ломоносов умер 4(15).04.1765 от воспаления лёгких и был похоронен на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры.


Воронцов, Михаил Илларионович (1714-1767).

Родился 12(23).07.1714 в семье ростовского воеводы Иллариона Гавриловича Воронцова. В 1728 был определен камер-юнкером при дворе великой княжны Елизаветы Петровны. Вместе с Петром Шуваловым он сопровождал цесаревну в казармы Преображенского полка в ночь провозглашения её императрицей и вместе с Иоганном Лестоком арестовал Анну Леопольдовну с её семейством. За это Елизавета пожаловала его чином действительного камергера, поручиком новоучреждённой лейб-компании и сделала владельцем богатых поместий.

3.01.1742 Воронцов женился на Анне Скавронской, двоюродной сестре государыни. Грамотой императора Карла VII, от 16(27).03.1744 Воронцов был возведён, с нисходящим его потомством, в графское Римской империи достоинство. Впоследствии, поскольку у него не было мужского потомства, Франц I, грамотой от 8(19).01.1760, разрешил распространить графское Римской империи достоинство на родных братьев — Романа и Ивана Илларионовичей Воронцовых, с нисходящим их потомством.

В том же 1744 Михаил Воронцов был назначен вице-канцлером. При иностранных дворах Воронцов пользовался репутацией миролюбца, не желающего вмешивать Россию в европейские войны. В елизаветинском правительстве он сдерживал проавстрийскую направленность политики канцлера Бестужева, поскольку в бóльшей степени ориентировался на Францию.

В 1746 Воронцов оказался в немилости и не у дел: ему повредили сношения с Фридрихом II и дружба с опальным Лестоком. Обвинения были выдвинуты в то время, когда вице-канцлер взял отпуск и стал разъезжать по Европе. По возвращении в Петербург ему удалось оправдаться от навета и вернуть себе расположение императрицы. Также удалось отвести позднее обвинения австрийского лагеря в получении взяток от прусского короля. В качестве компенсации ему был дарован городок Мариенбург в Лифляндии.

Когда в 1758 канцлера Алексея Бестужева постигла опала, Воронцов был назначен на его место. Унаследовав от Бестужева т.н. "систему Петра" — союз с Австрией (против Турции) — он при Елизавете Петровне деятельно продолжал войну с Пруссией, но при Петре III должен был вступить с ней в союз. При этом он пытался отговорить Петра от войны с датчанами за Голштинию.

Воронцов был верен Петру III, который заявлял о намерении взять в жёны его племянницу, Елизавету Романовну, и даже пытался после переворота 28.06(9.07).1762 отстоять его права. Он отказался присягнуть Екатерине II, за что был подвергнут домашнему аресту, и присягнул только тогда, когда услышал о смерти императора.

Тем не менее Екатерина II, видевшая в нём опытного дипломата, оставила его канцлером. Необходимость сотрудничать с Никитой Паниным, державшимся другой позиции в политике, конфликты с Григорием Орловым и холодность самой императрицы, а также собственные недуги, вынудили Воронцова в 1763 году уехать в длительный заграничный отпуск.

По возвращении в Россию в 1765 он пытался вернуться к делам, но был уволен от службы, после чего поселился в Москве, где и скончался 15(26).02.1767.

Несмотря на щедрость императрицы Елизаветы, пожаловавшей ему деревни и заводы, он постоянно нуждался в деньгах, вечно просил субсидий или об уплате долгов и выпрашивал всё, что только было возможно. Чтобы покрыть издержки на строительство дворцов, он вступал в рискованные предприятия, в т.ч. связанные со спекуляцией хлебом и с иностранным капиталом. В конце концов свой недостроенный дворец на Садовой улице он продал в казну, а далёкий Мариенбург уступил лифляндскому помещику Фитингофу.

Современники считали его человеком осторожным и сдержанным. Иностранные посланники тщетно ждали от него решительных ответов. Он обнадёживал всех, но скрывал истинные намерения. По мнению ряда иностранных наблюдателей, Воронцов был поставлен во главе ведомства иностранных дел как ширма, прикрывающая братьев Шуваловых. Он был гораздо более образован и обходителен, чем Шуваловы, и потому идеален "для представительства и обмена любезностями с послами". Не жаловавшая Воронцова императрица Екатерина II дала ему совершенно нелестную оценку: "Гипокрит (лицемер, ханжа), каких не бывало, вот кто продавался первому покупщику; не было (иностранного) двора, который бы не содержал его на жаловании".

Будучи другом и покровителем Михаила Ломоносова, Воронцов интересовался успехами русской словесности и родной науки и на свои средства установил мраморный памятник на могиле учёного.


Панин, Никита Иванович (1718-1783).

Родился 18(27).09.1718 в Данциге, детство провёл в Пернове, где его отец Иван Васильевич Панин (1673-1736) был комендантом. В 1740 из вахмистров конной гвардии был произведён в корнеты. Обратил на себя внимание Елизаветы Петровны и одно время считался опасным соперником Алексея Разумовского и Ивана Шувалова.

В 1747 был назначен послом в Данию, но уже через несколько месяцев перемещён в Стокгольм, где и пробыл 12 лет. Здесь он должен был бороться против усиления королевской власти (при слабости которой русское правительство надеялось иметь больше влияния) — а, следовательно, против представителей Франции.

За время своего пребывания в Швеции Панин проникся симпатиями к конституционному строю. Он был креатурой Алексея Бестужева, а потому после падения последнего, имея могущественного врага в лице графа Михаила Воронцова (заменившего Бестужева) неоднократно просился в отставку.

29.06.1760 Панин был назначен воспитателем наследника престола Павла Петровича и сблизился с Екатериной, в особенности после смерти Елизаветы.

Пётр III, хотя и пожаловал его чином действительного тайного советника и орденом Св. Андрея Первозванного, не доверял ему и всегда держал при нём одного из своих флигель-адъютантов.

Панин понимал необходимость переворота, но желал его в пользу Павла Петровича. После переворота 28.06(9.07).1762, в котором он вместе с Екатериной Дашковой принимал живое участие, Панин представил императрице проект учреждения императорского совета и реформы сената. Но Екатерина II поняла, что в нём скрыто стремление к ограничению самодержавной власти и отвергла его.

С именем Панина связаны все вопросы внешней политики русского правительства в период 1762-1783 и, хотя канцлером он никогда не был, ему было поручено заведывание всеми делами иностранной коллегии.

Он стремился создать союз всех северных держав для противодействия стремлениям Бурбонской и Габсбургской династий. Но его попытка подчинить Швецию исключительно русскому влиянию и устранить французское стоила России громадных денег и не привела к желанному результату.

С Пруссией Панин заключил союз, давший России возможность расширить своё влияние в Польше и благодаря его стараниям на польский престол был возведён Станислав Понятовский.

После Войны с Турцией (1768-1774) и последовавшего вслед за этим раздела Польши положение Панина стало особенно тяжёлым, так как он был сторонником союза с Пруссией, а императрица всё более склонялась к Австрии. Кроме того Екатерина была недовольна влиянием Панина на её сына, Павла Петровиа, и воспользовалась женитьбой Павла, чтобы удалить Панина от должности воспитателя.

После смерти первой жены цесаревича Павла и его женитьбы на принцессе Вюртембергского дома (в православии получила имя — Мария Феодоровна) Панин сумел сохранить своё влияние на молодой двор, так что даже родители последней действовали согласно его указаниям; этим влиянием он пользовался, чтобы сохранить за собой прежнее положение и отстоять союз с Пруссией, срок которому истекал в 1777.

Цесаревич был страстным поклонником Фридриха II. Когда после тешенского мира Екатерина, окончательно склонилась на сторону Австрии, Панину пришлось вступить в борьбу с влиянием Иосифа II, который предложил выдать сестру Марии Феодоровны за своего племянника, наследника австрийского престола. Екатерина была очень недовольна происками Панина против этого брака и уже в начале 1781 ходили слухи о его опале.

В то же время разыгралось дело Бибикова, в письмах которого к Куракину (близкому родственнику и другу Панина) содержалась критика положения дел в стране. Екатерина придавала этому делу большое значение и искала за Бибиковым и Куракиным более важных лиц. Вскоре, 31.03(11.04).1783 Никита Иванович Панин умер.

Панин принадлежал к масонам. Он был одним из образованнейших русских людей своего времени; Екатерина называла его энциклопедией. О его честности и доброте не было двух разных мнений. Даже враги уважали его как личность гордую и честную. По натуре он был сибарит и любил хорошо поесть. При всей разносторонней деятельности, которую Панину приходилось проявлять, он был очень ленив и медлителен. Екатерина говорила, что он умрёт когда-нибудь от того, что поторопится.

В течение последних отпущенных ему лет Никита Панин вместе с братом, генералом Петром Паниным, подготовил конституционный проект, который после смерти и самого Панина, и его брата доверенные лица последнего передали воцарившемуся Павлу I. Это был первый конституционный проект в российской истории.

В этом проекте он исходил из предпосылки, что источник власти каждого правительства — в соглашении между народом и правителем, которого народ выбрал, чтобы тот управлял им. Из этого следовало, что государь не может действовать своевольно, а должен уважать законы. Во времена необузданного самодержавия западные идеи Панина явились противовесом, манифестирующем либеральные ценности.


Панин, Петр Иванович (1721-1789).

Брат Никиты Ивановича Панина.

Вступив на службу в 1736 солдатом в лейб-гвардии Измайловский полк, он в том же году был произведён в офицеры и отправлен к армии, действовавшей против крымских татар. С ней он участвовал во взятии Перекопа и Бахчисарая.

Затем служил под начальством фельдмаршала Ласси, действовавшего против шведов, и к началу Семилетней войны был уже генерал-майором. Особенно отличился в боях при Гросс-Егерсдорфе и Цорндорфе, а в 1759 был главным виновником победы при Кунерсдорфе, за что награждён чином генерал-поручика.

В 1760 участвовал, вместе с Чернышёвым, Тотлебеном и Ласси, в занятии Берлина (где отличился, разгромив совместно с казаками Краснощёкова и Туроверова, арьергард корпуса фон Гюльзена) — управлял Восточной Пруссией в звании кёнигсбергского генерал-губернатора и начальствовал русскими сухопутными и морскими силами в Померании и Голштинии.

Пётр Панин принимал активное участие в перевороте 28.06(9.07).1762 и после вступления на престол Екатерины II был пожалован в генерал-аншефы, назначен сенатором и членом совета, а в 1767 был возведён в графское достоинство.

В 1769 ему было вверено начальство над 2-й армией, действовавшей против турок. Разбив неприятеля около Бендер, он расположил свои войска на зимних квартирах между Бугом и Азовским морем, чем воспрепятствовал крымским татарам производить набеги на южные пределы России.

16(27).09.1770 после двухмесячной осады им были взяты Бендеры. Во время осады этой крепости он успел переговорами склонить буджакских, белгородских и едисанских татар признать над собой власть России. Содействовал ускорению сдачи крепости Аккерман. Панин был награждён орденом Св. Георгия I ст., но известие о победе было принято императрицей довольно сухо, так как она была недовольна большими потерями и разрушением Бендер. Чувствуя себя обиженным, а также вследствие усилившейся болезни, Панин в том же году вышел в отставку.

Проживая не у дел в Москве и считая себя обиженным, Панин "критиковал всё и всех" и этим возбудил к себе ненависть самолюбивой Екатерины, которая стала называть его "первым вралём и себе персональным оскорбителем". Над ним был даже учреждён надзор.

Благодаря стараниям Потемкина и своего брата Никиты Панина, императрица после смерти Бибикова, в 1774 поручила Петру Панину начальство над всеми войсками, действовавшими против Пугачёва, и над губерниями Казанской, Оренбургской и Нижегородской. За усмирение мятежа граф Панин получил похвальную грамоту, золотую шпагу с брильянтами, алмазные знаки к Ордену Св. Андрея Первозванного и 60 тыс. рублей "на поправление экономии".

После подавления бунта Панин занимался восстановлением разорённых губерний, борьбой с голодом и беспорядками в управлении: неспособностью и бездеятельностью администрации, лихоимством и пр. С осени 1775, страдая всё более и более от болезней, Пётр Панин уже не принимал непосредственного участия в государственных делах. Он умер в Москве 15(26).04.1789.

Он первый ввёл в нашу армию егерей и лёгкую конную артиллерию. Он же написал "полковничью инструкцию", а при осаде Бендер впервые с успехом употребил усиленный горн.

Он никогда не заискивал перед фаворитами и единственный из сенаторов позволял себе открыто не соглашаться с Екатериной. Для своего времени он был гуманным человеком: возмущался пытками, произволом помещиков и притеснениями старообрядцев.


Остерман, Иван Андреевич (1725-1811).

Родился 25.04 (4.05).1725. Младший сын канцлера Андрея Остермана и Марфы Стрешневой.

В 15-летнем возрасте Иван Остерман значился капитаном лейб-гвардии Преображенского полка, но после ареста отца в 1741 был переведён в том же чине в Троицкий пехотный полк.

На протяжении ряда лет внимание властей к сыновьям опального вице-канцлера не ослабевало, так как было известно, что у их отца хранилась в голландских банках довольно крупная сумма. Елизавета Петровна разрешила Остерману выехать в Голландию с тем, чтобы арестовать его, когда он получит свои деньги.

Но Остерман, предупреждённый русским посланником в Голландии, проследовал далее, не востребовав своих капиталов, и объехал почти всю Европу, где пополнил своё образование и преуспел в изучении нескольких языков, на которых говорил свободно.

Когда вражда против Остерманов в Петербурге рассеялась, графу Ивану удалось вновь поступить на службу. В 1757 лица, которые ещё благоволили к нему, добились его назначения кавалером посольства в Париже, где пробыл два года, а в 1760 он занял место Никиты Панина при стокгольмском дворе, со званием чрезвычайного посланника и полномочного министра.

Остерман был проводником задуманного Никитой Паниным т.н. "Северного союза" в составе России, Пруссии и Англии, к которым должны были присоединиться Швеция, Дания, Польша и Саксония. Этот союз должен был стать противовесом "Южному", в состав которого входили Франция, Австрия и Испания.

Остерману удалось поддержкой депутатов шведского сейма (на эти цели из России поступали огромные средства) блокировать усилия профранцузской партии, добивавшейся расширения прав монарха, и создать предпосылки к разрыву франко-шведского союза, направленного против России. И хотя союз Швеции и России так и не был заключён, последняя в конфликте России с Турцией сохраняла нейтралитет. За это Остерман был награждён орденом Св. Анны.

В 1772 шведский король Густав III при поддержке профранцузской партии совершил военный переворот и в России стали опасаться северного соседа. В течение 14-летнего своего пребывания в Швеции Остерман имел значительное влияние на дела и не раз помогал своими советами королю, чем заслужил его доверие. В конце 1772 Панин дал понять королю, как опасна была бы для него война с Россией. Густав старался не вмешиваться в дипломатические вопросы, разделявшие европейские государства.

В августе 1774 Остерман был отозван в Петербург, в 1775 он стал вице-канцлером. В июне 1781 граф Остерман был произведён в действительные тайные советники и пожалован в звание сенатора, а после смерти Никиты Панина назначен главноначальствующим над коллегией иностранных дел, но играл лишь декоративную роль. Политику формировали его ближайшие помощники — граф Александр Андреевич Безбородко и граф Платон Зубов.

Императрица это распределение ролей, по-видимому, одобряла, ибо была невысокого мнения о дипломатических способностях вице-канцлера. Тем не менее Остерман был награждён орденом Св. Владимира I ст. в день учреждения ордена, а затем удостоился высшей награды — ордена Св. Андрея Первозванного.

Павел I в 1796 возвёл Остермана в звание государственного канцлера, но через полгода Остерман подал прошение и был уволен в отставку. После отставки граф Остерман перебрался в Москву, прожил там ещё 14 лет. В Москве Остерман жил хлебосольно и открытым домом. Приезжающих к нему на обед, особенно по воскресеньям, иногда было до ста и более персон. Почти 90-летним стариком он сохранял здоровье и полную память о прошлом. Граф Остерман умер 18(30).04.1811.


Румянцев, Пётр Александрович (1725-1796).

Родился 4(15).01.1725. Сын генерал-аншефа Александра Ивановича Румянцева, правнук известного государственного деятеля Артамона Матвеева. Крёстной матерью будущего полководца стала императрица Екатерина I.

В 6-летнем возрасте был записан рядовым в лейб-гвардии Преображенский полк. До 14 лет жил в Малороссии и получил домашнее образование.

В 1739 был назначен на дипломатическую службу и зачислен в состав русского посольства в Берлине. Оказавшись за границей стал вести разгульный образ жизни, поэтому уже в 1740 за "мотовство, леность и забиячество" был отозван и зачислен в Сухопутный шляхетский корпус.

Проучившись лишь 4 месяца, и получив известность, как неусидчивого и склонного к шалостям кадета, приказом генерал-фельдмаршала Бурхарда Миниха Румянцев был отправлен в действующую армию в чине подпоручика.

Во время Русско-шведской войны (1741-1743) Румянцев отличился при взятии Гельсингфорса. В 1743 году в чине капитана он был послан своим отцом в Петербург с известием о заключении Абоского мирного договора. Императрица Елизавета Петровна при получении этого донесения произвела юношу сразу в полковники и назначила командиром Воронежского пехотного полка. Поскольку его отец, принимавший участие в составлении договора, в 1744 был возведён в графское достоинство, Пётр также стал графом, но продолжал вести разгульный образ жизни.

В 1748 Пётр Румянцев принял участие в походе корпуса Николая Репнина на Рейн (в ходе Войны за австрийское наследство). После смерти отца (1749) вступил во владение всей собственностью и избавился от легкомысленного поведения.

К началу Семилетней войны Румянцев имел уже чин генерал-майора. В составе русских войск под командованием Степана Апраксина в 1757 он прибыл в Курляндию и 19.08.1757 отличился в сражении при Гросс-Егерсдорфе. Сражение продолжалось с переменным успехом, и когда русский правый фланг под ударами пруссаков начал отступать, Румянцев без приказа по собственной инициативе бросил свой свежий резерв против левого фланга прусской пехоты, что обеспечило перелом в битве и победу русских войск.

В следующем году Румянцеву было присвоено звание генерал-поручика, и он возглавил дивизию. В январе 1758 колонны Салтыкова и Румянцева вышли в новый поход и заняли Кёнигсберг, а вслед затем и всю Восточную Пруссию. Летом конница Румянцева прикрывала манёвры русских войск в Пруссии, и её действия были признаны образцовыми.

В августе 1759 Румянцев со своей дивизией участвовал в Кунерсдорфском сражении. Его дивизия стала одним из главных объектов атаки прусских войск после смятия ими левого фланга русских. Отбив многочисленные атаки, дивизия во главе с Румянцевым перешла в штыковую контратаку и обратила прусскую армию в бегство. Во время бегства Фридрих II потерял свою треуголку, которая ныне хранится в Государственном Эрмитаже. За сражение при Кунерсдорфе Румянцев был награждён орденом Св. Александра Невского.

5.12.1761 после 4-месячной осады Румянцевым была взята крепость Кольберг. Однако с приходом к власти Петра III все военные действия против Пруссии были прекращены и ей были возвращены все завоёванные земли.

В ходе Семилетней войны Румянцевым была успешно осуществлена стратегия мобильной войны, в ходе которой ставка была сделана не на осаду и взятие крепостей как прежде, а на ведение скоростной маневренной войны. В будущем эта стратегия была блестяще развита великими русскими полководцами Александром Суворовым и Михаилом Кутузовым.

После восшествия на престол императрицы Екатерины II Румянцев подал прошение об отставке, но Екатерина удержала его на службе, и в 1764 назначила генерал-губернатором Малороссии. На этой должности он, согласно инструкцию императрицы, содействовал более тесному соединению Малороссии с Россией в административном отношении.

Во время Русско-турецкой войны (1768-1774) Екатерина, недовольная медлительностью князя Александра Михайловича Голицына, назначила на его место Румянцева. 7(18).07.1770 в сражении при Ларге Румянцев с 25-тыс. войском разбил 80-тыс. турецко-татарский корпус. Ещё более прославила его имя победа, одержанная им 21.07(1.08).1770 над вдесятеро сильнейшим неприятелем в сражении при Кагуле, вознёсшая Румянцева в ряд первых полководцев XVIII века.

После этого Румянцев шёл по пятам неприятеля и последовательно занял Измаил, Килию, Аккерман, Браилов, Исакчу. Своими победами он оттянул главные силы турок от Бендерской крепости, которую граф Панин взял штурмом в ночь на 16(27).09.1770.

В 1771 Румянцев перенёс военные действия на Дунай, в 1773, приказав Салтыкову осадить Рущук и послав к Шумле Каменского и Суворова, сам осадил Силистрию, но, несмотря на неоднократные частные победы, не мог овладеть этой крепостью, так же, как и Варной, вследствие чего отвёл армию на левый берег Дуная.

В 1774 с 50-тыс. войском Румянцев обошёл 150-тыс. турецкую армию, которая сосредоточилась на высотах у Шумлы, отрезав визирю сообщение с Адрианополем, что вызвало в турецкой армии такую панику, что визирь принял все мирные условия. Так был заключён Кучук-Кайнарджийский мир, доставивший Румянцеву фельдмаршальский жезл, наименование "Задунайского" и др. награды.

Назначенный в феврале 1779 наместником Малороссии Румянцев подготовлял введение в ней общерусских порядков, что и совершилось в 1782, с распространением на Малороссию российского административно-территориального деления и местного устройства. Пребывание Румянцева в Малороссии способствовало соединению в его руках громадных земельных богатств, которые отчасти были приобретены путём покупки, отчасти путём пожалования.

Пётр Александрович Румянцев умер 8(19).12.1796 и был похоронен в Киево-Печерской Лавре. Он был кавалером орденов Св. Андрея Первозванного, Св. Александра Невского, Св. Георгия 1-й ст., Св. Владимира I ст., Св. Анны I ст., а также прусского ордена Чёрного орла.


Шувалов, Иван Иванович (1727-1797).

Родился 1(12).11.1727 в небогатой дворянской семье. Получил домашнее образование. Благодаря покровительству двоюродных братьев, Александра и Петра Шуваловых, участников дворцового переворота 25.11(6.12).1741, Иван Шувалов оказался при императорском дворе и в 1742 начал придворную службу в качестве пажа. В 1749 он получил звание камер-юнкера. Вскоре сделался фаворитом императрицы Елизаветы Петровны.

В 1750-х Шувалов имел заметное влияние на внутреннюю и внешнюю политику России. Он единственный пользовался правом доклада у императрицы, готовил многие указы и объявлял Сенату или губернаторам повеления императрицы. В области внешней политики он значительно способствовал сближению России с Францией.

Шувалов содействовал развитию русской науки и искусства, оказывал покровительство учёным, писателям и художникам. Он поддерживал многие начинания Михаила Ломоносова. Под его покровительством в 1755 был основан Московский университет (Иван Шувалов стал первым его куратором). Открытие университета было приурочено к именинам его матери, названной Татьяной в честь раннехристианской мученицы Татьяны Римской, память которой совершается в Православной церкви 12 (25) января. Отсюда пошла традиция отмечать 25 января как "День российского студенчества".

Во второй половине 1750-х годов Иван Шувалов был членом петербургской масонской ложи, которую возглавлял Роман Воронцов, брат канцлера Михаила Воронцова.

В 1757 по представлению Шувалова была создана Академия художеств (Шувалов был её президентом до 1763).

После воцарения Екатерины II Иван Шувалов оказался в опале. С 1763 по 1777 он находился за границей (официально — в отпуске "по болезни") — выполнял ряд дипломатических и других поручений русского правительства.

За границей Шувалов занимался собиранием коллекции произведений искусства. Впоследствии он передал свою коллекцию Академии художеств и Эрмитажу. Вернувшись в Россию, в политической жизни активно не участвовал. Будучи с 1783 членом Российской академии, был одним из создателей Академического словаря.

Умер Иван Шувалов 15(26).11.1797 и был похоронен в Благовещенской церкви Александро-Невской лавры.


Разумовский, Кирилл Григорьевич (1728-1803).

Родился 18(29).03.1728 в Малороссии. Младший брат Алексея Разумовского — фаворита Елизаветы Петровны.

В 1743 с помощью брата стал камер-юнкером двора Елизаветы Петровны и был отправлен за границу для учёбы в Гёттингенском и Берлинском университетах. Учился у знаменитого математика Леонарда Эйлера.

В 1744 получил достоинство графа Российской империи и с 1745 служил при дворе в должности камергера. Его очень любили при дворе; особенным успехом он пользовался у женщин.

Благодаря влиянию своего брата в 1746 в возрасте 18 лет он был назначен Президентом Петербургской академии наук. Управление академией осуществляли директора.

С 1748 Кирилл Разумовский был подполковником лейб-гвардии Измайловского полка, затем сенатором и генерал-адъютантом. В 1751 он был назначения гетманом Малороссии и войска Запорожского и жил в Глухове, окружив себя двором, телохранителями; тут давались балы и даже разыгрывались французские комедии. Для гетмана был устроен новый дворец.

Вместе с Измайловским гвардейским полком, которым он командовал, Кирилл Разумовский был участником дворцового переворота 28.06(9.07).1762, в результате которого воцарилась Екатерина II. После этого Разумовский оставался при дворе, пользуясь полным доверием новой императрицы.

В 1763 он снова вернулся в Малороссию и горячо принялся за окончание начатых реформ. Казаки получили однообразный мундир; в полках стал вводиться регулярный строй; были восстановлены старинные "градские, земские и подкоморские" суды.

Однако челобитная по вопросу о сохранении наследственности гетманства в роде Разумовских рассердила государыню, которая решила вообще уничтожить гетманство в Малороссии. Разумовский был вызван в Петербург и был вынужден подать прошение об отставке.

После ликвидации 10(21).11.1764 гетманщины Кирилл Разумовский в качестве компенсации получил чин генерал-фельдмаршала и много имений в Малороссии.

Последние годы жизни Разумовский провёл под Москвой (в Петровско-Разумовском), а затем в Малороссии (большей частью в Батурине), где он и умер 9(21).01.1803.


Суворов, Александр Васильевич (1729-1800).

Родился 13(24).11.1729 или 1730 в семье генерал-аншефа и сенатора В.И.Суворова, автора первого русского военного словаря, крестника Петра I. По родословной легенде их предок, Сувор, приехал в Россию в 1622 при царе Михаиле Фёдоровиче.

В детстве Александр рос слабым, часто болел. Решив стать военным, он стал закаляться и заниматься физическими упражнениями. С детских лет мальчик проявлял тягу к военному делу, пользуясь богатейшей отцовской библиотекой, изучал артиллерию, фортификацию, военную историю. Большое влияние на судьбу Суворова оказал генерал Ганнибал — друг семьи Суворовых.

В 1742 мальчик был зачислен мушкетёром в лейб-гвардии Семёновский полк, в котором в 1748 начал действительную военную службу, постепенно повышаясь в звании. Он продолжал своё обучение, как самостоятельно, так и посещая занятия в Сухопутном шляхетском кадетском корпусе, изучил несколько иностранных языков.

В 1754 получив чин поручика Суворов был назначен в Ингерманландский пехотный полк. С 1756 по 1758 служил в Военной коллегии. В первые годы Семилетней войны (1756-1763) он находился на тыловой службе в чине обер-провиантмейстера, затем майора и премьер-майора, где познакомился с принципами организации тыловых подразделений и снабжения действующей армии.

В 1758 был переведён в действующую армию и назначен комендантом Мемеля, с 1759 — офицер главной квартиры русской действующей армии. 14.07.1759 Суворов участвовал в своей первой боевой стычке, когда с эскадроном драгун атаковал и обратил в бегство немецких драгун. В должности дежурного офицера 1(12).08.1759 он участвовал в сражении под Кунерсдорфом — а в 1760 в должности дежурного генерала при главнокомандующем русской армией генерал-аншефе Ферморе участвовал во взятии Берлина.

В 1761, командуя отдельными отрядами (драгунскими, гусарскими, казачьими) — нанёс ряд поражений прусской армии в Польше. Во время многочисленных стычек проявил себя как талантливый и смелый партизан и кавалерист.

Командуя бригадой из Смоленского, Суздальского и Нижегородского мушкетёрских полков Суворов участвовал в военных действиях против войск шляхетской Барской конфедерации, постоянно обращая их в бегство. В мае 1771, Суворов одержал победы при Ланцкороне, разгромив знаменитого французского генерала Ш.-Ф.Дюмурье, и при Замостье. В августе он был награждён орденом Св. Георгия 3 ст. (минуя четвёртую).

Наиболее выдающейся в этой кампании стала победа Суворова с отрядом из 900 человек над корпусом гетмана Михаила Огинского (5 тыс. чел) при Столовичах 13(24).09.1771. Суворов принимал участие и в осаде Кракова, закончившейся его капитуляцией 15.04.1772.

Во время Русско-турецкой войны (1768-1774) Суворов добился назначения в 1-ю армию фельдмаршала Петра Румянцева. 10.05.1773 он без согласования с начальством захватил укреплённый Туртукай, получив ранение в ногу разорвавшейся турецкой пушкой. Однако командование не воспользовалось этой победой, и турецкие войска вновь вошли в крепость. 17.06.1773 Суворов опять захватил её, несмотря на численное превосходство турецких войск. За победы в Туртукае Суворов был награждён орденом Св. Георгия 2 ст.

3.09.1773 при обороне Гирсово Суворов контратакой отразил штурм, нанеся туркам тяжёлые потери. 9(20).06.1774 корпус Суворова принимал участие в сражении у Козлуджи, приведшем к заключению Кучук-Кайнарджийского мирного договора. Впоследствии город получил название Суворово.

В 1774 Суворов был направлен для участия в подавлении Крестьянской войны под предводительством Емельяна Пугачёва, однако к моменту прибытия Суворова к Волге основные силы повстанцев были разгромлены подполковником Михельсоном. Суворов некоторое время занимался ликвидацией отрядов мятежников и умиротворением населения, оказавшегося в зоне восстания.

В мае 1778 Суворов был назначен в Крым. Благодаря введенным им строгим карантинным мерам Гезлев (Евпатория) избежал страшной эпидемии чумы, свирепствовавшей в Европе. В том же году он предотвратил высадку турецкого десанта в Ахтиарской бухте, поэтому подошедшее на кораблях турецкое войско не решилось пытаться высадиться, и Турция признала Крымским ханом Шахин-Гирея, ставленника России.

В августе 1782 Суворов был направлен на Кубань для подавления ногайского восстания. Около крепости Кременчик он полностью разбил ногайские войска, вследствие чего большинство мурз выразили покорность Суворову и признали присоединение Крыма и ногайских земель к России.

В начале Русско-турецкой войны (1787-1792) генерал-аншеф Суворов защищал крепость Кинбурн. 1.10.1787, лично возлавив контратаку, Суворов разгромил турецкий десант. За оборону Кинбурна он получил орден Св. Андрея Первозванного, в бою был дважды ранен.

В следующем году Суворов принимал участие в осаде Очакова, но из-за разногласий с Потёмкиным сдал командование Бибикову. В результате, Очаков был взят только в конце 1788.

21.07(1.08).1789 русско-австрийские войска, предводимые Суворовым и принцем Кобургским, разбили под Фокшанами численно превосходивший турецкий корпус Османа-паши, а 11(22).09.1789 нанесли сокрушительное поражение турецкому войску под предводительством Юсуфа-паши у реки РымникВалахии). Суворов за это сражение был возведён в графское достоинство, с наименованием "Рымникский" и орден Св. Георгия I ст.

11(22).12.1790 русские войска под командованием Суворова штурмом взяли крепость Измаил, считавшуюся неприступной. Взятие Измаила явилось одним из решающих факторов победы в войне.

После победы в русско-турецкой войне возникла необходимость укрепления новой русско-турецкой границы, пролегающей по Днестру. В 1792 Суворовым был заложен город Тирасполь, а также начато строительство крепостных сооружений в Хаджибее (Одессе).

В 1794 Суворов подавил польское восстание под руководством Тадеуша Костюшко. Особенно жестоко было подавлено сопротивление поляков в пригороде Варшавы, получившая известность как "Резня в Праге". После капитуляции Варшавы и объявленной Суворовым амнистии войска повстанцев по всей Польше сложили оружие. За взятие Праги Суворов был удостоен чина фельдмаршала, а также получил прусские ордена Чёрного орла, Красного орла и др. награды.

Вступивший 6(17).11.1796 на престол Павел I будучи фанатичным сторонником Фридриха Великого стал реформировать русскую армию на прусским манер. Суворов выступал против насаждения прусских палочных порядков в армии и продолжал воспитывать солдат по-своему. Он говорил: "Русские прусских всегда бивали, что ж тут перенять?", "Пудра не порох, букля не пушка, коса не тесак, и я не немец, а природный русак".

Это вызвало раздражение и гнев императора, и 6.02.1797 Суворов был уволен в отставку без права ношения мундира и сослан под надзор в с. Кончанское (Новгородская губерния).

С вступлением России в 1798 во Вторую антифранцузскую коалицию по просьбе Австрии Суворов был возвращён из ссылки и назначен командующим русско-австрийскими войсками.

10 апреля ими был взят город-крепость Брешиа (в этом бою отличился генерал-майор князь Багратион) — 15 апреля был взят город Лекко, а после разгрома французов на реке Адда 17 апреля союзные войска вступили в Милан. 15 мая был взят Турин, в результате чего практически вся северная Италия была очищена от французских войск.

Разгромив французов на реке Треббия а июле 1799 армия Суворова взяла крепости Алессандрия и Мантуя. Суворов был возведён в княжеское достоинство и стал князем Италийским, а сардинский король Карл-Эммануил IV пожаловал Суворову высшие награды и звания.

4 (15).08.1799 в сражении при Нови французская армия была полностью разгромлена. Результатом Итальянского похода стало освобождение Сев. Италии от французского господства.

Союзники, опасавшиеся усиления влияния России в районе Средиземного моря и Италии, решили удалить русскую армию из Северной Италии. Суворову было предписано, оставив в Италии австрийские войска, во главе русских войск направиться в Швейцарию, соединиться с действовавшим там корпусом А.М.Римского-Корсакова и оттуда наступать против Франции.

Начался героический Швейцарский поход Суворова, ставший великой страницей русской истории. 13(24).09.1799 штурмом был взят перевал Сен-Готард, открывший путь в Швейцарию. Проявив тактическое мастерство русские войска захватили Чёртов мост и ценой значительных потерь перешли через крутую заснеженную гору Бинтнерберг.

Однако выйдя к Муттенской долине они узнали о поражении корпуса Римского-Корсакова, на помощь которому они спешили. Суворовские войска оказались блокированными французами.

20.09(1.10)1799в Муттенской долине арьергард Суворова разгромил 15-тыс. группировку французских войск под командованием Массены, едва не попавшего в плен. Приняв решение пробиваться на соединение с остатками корпуса Римского-Корсакова, Суворов приказал сбросить в пропасть все пушки, свои и отбитые у французов. Последним испытанием был спуск с горы Панкис в долину р. Рейсы. Этот эпизод изображён на картине Сурикова "Переход Суворова черкз Альпы".

В Швейцарском походе потери русской армии, вышедшей из окружения без продовольствия и боеприпасов и разбивших все войска на своём пути, составили ок. 5 тыс. человек (до 1/4 армии) — многие из которых разбились при переходах. Однако потери французских войск, обладавших подавляющим превосходством в численности, превосходили потери русских войск в 3-4 раза.

За этот беспримерный по трудностям и героизму поход Суворов был удостоен высшего воинского звания генералиссимуса, став четвёртым генералиссимусом в России.

По возвращении в Россию Суворов заболел. В Петербурге ему готовилась торжественная встреча. Однако в это время Суворов неожиданно вновь попал в опалу. Торжественная встреча была отменена, а Павел I отказался принять полководца. 6(18).05.1800 Александр Васильевич Суворов скончался и был похоронен в Благовещенской церкви Александро-Невской лавры.

В своей военной карьере (более 60 сражений) Суворов не потерпел ни одного поражения. Им написан знаменитый военно-теоретический труд "Наука побеждать". Многие его изречения, такие как "тяжело в учении, легко бою" или "держи ноги в тепле, голову в холоде, а брюхо в голоде", стали крылатыми фразами.


Репнин, Николай Васильевич (1734-1801).

Родился 11(22).03.1734 в семье Василия Аникитича Репнина (1696-1748) — внук Аникиты Репнина. В 11 лет был зачислен солдатом в лейб-гвардии Преображенский полк, в 14 лет сержантом участвовал в походе своего отца на Рейн. В 1749 был произведён в прапорщики, через 2 года стал подпоручиком гвардии.

Затем Репнин долго жил в Германии, где получил немецкое воспитание и образование, и в Париже, откуда его вернула в Россию императрица Елизавета Петровна, опасавшаяся, чтобы "Николаша" не погиб "от разврата и распутства в этом Содоме".

С началом Семилетней войны молодой офицер отправился волонтером в армию генерал-фельдмаршала Апраксина. Проявил храбрость в сражении при Грос-Егерсдорфе, при занятии Кенигсберга, во время осады Кюстрина, в 1758 получил чин капитана.

В 1759 Репнин был командирован к союзникам во Францию, где он служил в войсках маршала Луи Контада. В 1760 Репнин в звании полковника в составе корпуса Чернышёва участвовал в занятии Берлина. В 1762 он был произведён в генерал-майоры, а 22.09.1762 награждён орденом Св. Анны.

Николай Васильевич удачно совмещал военную и дипломатическую деятельность. В 1762 он был направлен Петром III в качестве полномочного министра в Пруссию, где познакомился с первым полководцем своего времени Фридрихом II и его армией.

С 1763 Репнин по поручению Екатерины II являлся полномочным министром в Польше, фактически управляя там всеми делами при безвольном короле Станиславе Понятовском. Под давлением русского посла польский сейм в 1768 уравнял права "диссидентов" (православных и протестантов) с католиками, однако это вскоре вызвало вооружённый мятеж конфедератов, подавленный Россией. За свою деятельность в Польше Николай Васильевич был награждён 17.01.1768 орденом Св. Александра Невского, чином генерал-поручика и денежным подарком в 50 тыс. рублей.

С началом Русско-турецкой войны (1768-1774) Репнин вернулся в Россию и добился направления его в армию. Командуя отдельным корпусом, он воспрепятствовал переправе через Прут 36-тыс. турецкого войска, затем под знаменами Петра Румянцева 17.06.1770 отличился в сражении при Рябой Могиле. В этом сражении действовавшие под его командованием Киевский, Архангелогородский, Ширванский мушкетерские полки и гренадерские батальоны, составив два каре, при поддержке конницы разгромили левый фланг турок.

7(18).07.1770 в сражении при Ларге Репнин вновь отличился и по представлению Румянцева 27.07.1770 был награждён орденом Св. Георгия 2-й ст. Разделил он и славу победителей 21.07(1.08).1770 в сражении при Кагуле — внёсшей окончательный перелом в ход войны.

Впоследствии авангард Репнина без боя занял Измаил и заставил капитулировать Килию. Действуя решительно и жёстко в сражениях, князь проявлял великодушие к побеждённым, и особенно к населению.

В 1771, получив под своё командование все войска, находившиеся в Валахии, Репнин разбил под Бухарестом 10-тыс. войско противника. После оставления русскими войсками Журжи, он вызвал резкое неудовольствие главнокомандующего Румянцева, их отношения обострились, и, сославшись на "расстроенное здоровье", Репнин отпросился из армии.

Почти три года он провёл в отпуске за границей, но в 1774 вновь вернулся в армию. Участвовал во взятии Силистрии и в заключении Кучук-Кайнарджийского мира, текст которого, по поручению Румянцева, отвёз в Петербург Екатерине II. Николай Васильевич был произведён в генерал-аншефы, подполковники лейб-гвардии Измайловского полка, награждён крупной суммой денег.

В 1775-1776 Репнин возглавлял русское посольство в Турции, где ему пришлось решать нелегкую задачу укрепления хрупкого мира между недавними врагами. Императрица настороженно отнеслась к слухам о его участии в планах возведения на престол её сына — Павла, а также о его связи с масонами, вследствие чего Репнин получил назначение генерал-губернатором в Смоленск.

Участие России в разрешении конфликта европейских стран вокруг "Баварского наследства" потребовало использования дипломатических и военных способностей Николая Васильевича. Во главе 30-тыс. корпуса он вступил в Бреславль и стал посредником при заключении Тешенского мира. Екатерина II пожаловала князю орден Св. Андрея Первозванного, австрийский и прусский монархи также не оставили его без наград.

В 1781 Репнини стал генерал-губернатором Псковским, оставаясь и Смоленским губернатором. Получил очередные награды: орден Св. Владимира 1-й ст. в день его учреждения (1782) — бриллиантовые знаки к ордену Св. Андрея Первозванного (1784) — но не испытывая особого удовлетворения от административной деятельности, попросил разрешения поехать "для отдыха" за границу.

Русско-турецкая война (1787-1791) вернула Репнина на боевое поприще. Он участвовал в осаде и взятии Очакова, одержал победу на Салче, запер противника в Измаиле, но по указанию главнокомандующего Потёмкина отошёл от крепости (её взятие Потёмкин вскоре поручил Суворову).

Летом 1791, во время отъезда Потёмкина в Петербург, Репнин принял на себя обязанности главнокомандующего и решил действовать активно, вопреки инструкциям светлейшего князя. Узнав, что турецкий визирь концентрирует свои войска вблизи Мачина, Репнин двинул вперёд свою армию и с минимальными потерями разбил противника. На левом фланге наибольший вклад в победу внёс Кутузов. За победу при Мачине 15.07.1791 Репнин получил орден Св. Георгия 1-й ст.

Однако фельдмаршальского жезла он не получил из-за связи с масонами, которых Екатерина II не жаловала.

После окончания войны Репнин был губернатором в Риге, потом в Ревеле и Литве. Во время польского восстания 1794 года Репнин был назначен предводительствовать над войсками в Польше и Литве. Но главными силами войск, двинувшихся на Варшаву, командовал Суворов, который ссылаясь на прямые указания Екатерины и фельдмаршала Румянцева, довёл дело до победы, минуя главнокомандующего.

Взошедший на престол Павел I 18.11.1796 произвёл 62-летнего Репнина в генерал-фельдмаршалы. В 1798 Николай Васильевич возглавлял дипломатическую миссию в Берлин и Вену с целью создания союза против Франции. Его отношения с императором были неровными, и 26.11.1798 последовало увольнение Репнина со службы "с мундиром".

Николай Васильевич Репнин скончался 12(23).05.1801 и был похоронен в Донском монастыре.

Его внук, герой Отечественной войны 1812 года Сергей Волконский (1788-1865) был декабристом.


Орлов, Григорий Григорьевич (1734-1783).

Родился 6(17).10.1734. Старший сын Г.И.Орлова (1685-1746) — ставшего к концу жизни новгородским губернатором. Воспитывался в шляхетском кадетском корпусе; военную службу начал в артиллерии в Семилетнюю войну. Попав в Петербург, познакомился с Екатериной, супругой Петра III, и стал её любовником. При её содействии 23.02.1762 был назначен цалмейстером (казначеем) Артиллерийского ведомства, что оказало существенную помощь дворцовому перевороту 28.06(9.07).1762.

После прихода к власти Екатерины II Григорий Орлов был отмечен больше других: он стал графом, генерал-адьютантом, генерал-директором инженеров, генерал-аншефом и генерал-фельдцейхмейстером.

Влияние Орлова особенно усилилось после раскрытия Хитровского заговора, имевшего целью вырезать всю семью Орловых. Одно время императрица думала о бракосочетании со своим фаворитом, но её план вызвал большое сопротивление в обществе, в результате чего бракосочетание не состоялось.

Григорий Орлов был полезным советником императрицы и участником всех наиболее удачных начинаний первого периода её царствования. Орлов одним из первых высказал мысль об освобождении греков от турецкого владычества. Он интересовался наукой, покровительствовал Ломоносову и Фонвизину, состоял в переписке с Руссо. Григорий Орлов был одним из основателей в 1765 Вольного экономического общества и первым его выборным председателем.

Григорий Орлов является основателем гатчинского дворцово-паркового ансамбля, его главного детища. Гатчина была подарена ему Екатериной II в 1765, а 30.05.1766 началось строительство Большого Гатчинского дворца по проекту итальянского архитектора Антонио Ринальди. На рубеже 1760-1770 началось создание "английского сада" (т.е. пейзажного парка). Работы были завершены уже при новом владельце, императоре Павле I.

В 1771 Орлов был послан в Москву для прекращения чумы, вызвавший "чумной бунт", во время которого был убит московский архиепископ Амвросий. Энергичными действиями Орлов подавил бунт и остановил распространение заразы.

Имя "Орлов" носит бриллиант, вставленный в императорский скипетр, самый крупный и знаменитый из семи исторических драгоценных камней Алмазного фонда. Алмаз был куплен Екатериной II в 1773, но, чтобы отвести от себя обвинения в мотовстве и неразумных тратах, она придумала целый спектакль и представила алмаз, как подарок Григория Орлова, в честь чего камень получил своё имя.

После возвышения Григория Потемкина (1774) Григорий Орлов утратил всякое значение при дворе. Он умер 13(24).04.1783.

Императрица имела от Григория Орлова незаконного сына Алексея (1762-1813) — родоначальника рода графов Бобринских.


Кулибин, Иван Петрович (1735-1818).

В юношеском возрасте обучился слесарному, токарному и часовому делу. В 1764—1767 годах Кулибин изготовил уникальные карманные часы. В их корпусе помимо собственного часового механизма помещались ещё и механизм часового боя, музыкальный аппарат, воспроизводивший несколько мелодий, и сложный механизм крошечного театра-автомата с подвижными фигурками.

Эти часы он преподнёс императрице Екатерине, которая назначила его в 1769 заведующим механической мастерской Петербургской академии наук. Кулибин занимался изготовлением станков, астрономических, физических и навигационных приборов и инструментов.

К 1772 году Кулибин разработал несколько проектов 298-метрового одноарочного моста через Неву с деревянными решётчатыми фермами. Он построил и испытал большую модель такого моста, впервые в практике мостостроения показав возможность моделирования мостовых конструкций. В 1777 состоялась защита проекта в Академии Наук, признанная "блестящей", однако его реализации добиться не удалось.

В последующие годы Кулибин изобрел и изготовил много оригинальных механизмов, машин и аппаратов. Среди них — фонарь-прожектор с параболическим отражателем из мельчайших зеркал, речное судно с вододействующим двигателем, передвигающееся против течения (водоход 1804 года), механический экипаж с педальным приводом, усовершенствовал шлифовку стёкол для оптических приборов.

В 1773—1775 годах Кулибин вместе с оптиком Беляевым сконструировал первый ахроматический микроскоп по проекту Эйлера — Фусса.

В 1791 Кулибин изготовил "самобеглую" повозку, в которой применил маховое колесо, коробку скоростей, подшипники качения. Повозка приводилась в движение человеком через педальный механизм. В то же время Кулибин разработал конструкцию "механических ног" — протезов.

В 1793 Кулибин построил лифт с винтовым механизмом. В 1801 он был уволен из Академии и вернулся в Нижний Новгород, где продолжал изобретательскую работу.

Кулибин даже в преклонном возрасте живо интересовался техническими новинками. Узнав о работах Алексея Филипповича Гладкого, с восхищением пишет коллеге-изобретателю: "жаль, что я так стар! а то поехал бы в Москву обнять моего собрата".

Дважды, в 1792 и в 1799, Кулибин ремонтировал знаменитые часы "Павлин" работы английского механика Джеймса Кокса, которые постоянно экспонируются в Павильонном зале Малого Эрмитажа.

Подавляющее большинство изобретений Кулибина, возможность использования которых подтвердило наше время, тогда не было реализовано. Диковинные автоматы, забавные игрушки, хитроумные фейерверки для высокородной толпы — лишь это впечатляло современников.

Умер Кулибин в Нижнем Новгороде 30.07(11.08).1818.

Неутомимый новатор в технике, в домашнем быту и привычках Кулибин был консервативен. Он никогда не курил табак и не играл в карты. Писал стихи. Любил званые вечера, хотя на них только балагурил и шутил, так как был абсолютным трезвенником. При дворе, среди расшитых мундиров западного покроя, в своём длиннополом кафтане, высоких сапогах и с окладистой бородой, Кулибин казался представителем другого мира. Но на балах он с неистощимым остроумием отвечал на насмешки, располагая к себе добродушной словоохотливостью и прирожденным достоинством.

Фамилия Кулибина стала в русском языке нарицательной: так называют мастеров-самоучек, добившихся больших успехов в своём ремесле.


Орлов, Алексей Григорьевич (1737-1808).

Родился 24.09(5.10).1737 в семье дворянина Григория Ивановича Орлова (1685-1746) — который к концу жизни стал новгородским губернатором. Получил образование в Сухопутном шляхетском корпусе. Службу начал солдатом лейб-гвардии Преображенского полка, в начале 1762 был сержантом. Отличался атлетическим сложением и ловкостью. Во время Семилетней войны был ранен в сражении при Цорндорфе.

Алексей был одним из руководителей дворцового переворота 28.06(9.07).1762, в результате которого на российский престол взошла императрица Екатерина II. Он был в числе заговорщиков, заставивших императора Петра III подписать акт об отречении от престола. Он же конвоировал свергнутого императора в Ропшу, где тот был убит (якобы в пьяной драке). Согласно записке Орлова, отправленной Екатерине, император заспорил с кем-то из сопровождающих, Орлов бросился их разнимать. "Не успели мы разнять, а его уже не стало; сами не помним что делали".

Случайной эта смерть быть не могла, так как маловероятно, чтобы тщедушный император-узник мог затеять ссору с сопровождавшими его офицерами (в частности Алексей Орлов был богатырского сложения). Вероятно инициатива убийства императора принадлежит исключительно Орлову, которого не устраивала роль надзирателя в то время, как в столице ожидались крупные кадровые перестановки.

Вскоре после восшествия Екатерины на престол, получил чин генерал-майора. Как и всем братьям Орловым, участвовавшим в перевороте, Алексею был пожалован графский титул.

Орлов не получил хорошего образования и воспитания, он не знал иностранных языков, а его дурные манеры шокировали придворных дам. Любимыми его забавами были народные гулянья, цыганское пение и кулачный бой.

Не занимая формально видных должностей, Орлов долгое время оказывал сильное влияние на государственные дела. В 1768-1769 он разработал план военной операции против Турции в Средиземном море. В 1769 получил командование эскадрой русского флота; за победу в Чесменском бою в 1770 получил право присоединить к фамилии наименование "Чесменского".

В 1772 Алексей Орлов ездил полномочным послом в Фокшаны на мирный конгресс, но, потеряв там терпение, прервал переговоры, чем вызвал неудовольствие императрицы.

По поручению императрицы Екатерины II в 1775 Орлов доставил в Россию княжну Тараканову, выдававшую себя за дочь императрицы Елизаветы Петровны и Алексея Разумовского, притворившись её сторонником и предложив ей свою руку. После этого получил отставку (к этому времени его брат Григорий утратил милость Екатерины).

После смерти Екатерины Павел I устроил перезахоронение Петра III. По приказанию Павла Алексей Орлов вместе с Барятинским и Пассеком несли перед гробом императорскую корону, скипетр и жезл. Эта была своего рода месть за убийство отца. После этого Алексей Орлов покинул Россию и уехал за границу, взяв с собой дочь Анну.

С воцарением Александра I граф с дочерью вернулись из Дрездена в Москву, где Алексей Орлов скончался 24.12.1807(5.01.1808). Дочь Анна (1785-1848) как бы во искупление преступления отца все средсва направляла на дела Церкви и благотворительность.

На Хреновском конном заводе, принадлежавшем графу Орлову, соединением пород лошадей арабской и фрисландской была выведена одна из самых известных в мире русских пород лошадей — орловский рысак, а н базе арабской и английской пород — верховая порода лошадей.


Потёмкин, Григорий Александрович (ок.1739-1791).

Родился 13(24).09.1739 под Смоленском в семье мелкопоместного дворянина Александра Васильевича Потёмкина (1673—1746), вышедшего в отставку майором. Рано потеряв отца был воспитан матерью в Москве, где посещал учебное заведение Иоганна-Филиппа Литке в Немецкой слободе. Потёмкин с детства проявил любознательность и честолюбие. Образование получил в гимназии московского университета. В 1755 поступив в Московский университет, через год за успехи в науках был удостоен золотой медали, а в 1757 в числе лучших 12 студентов, присланных в Петербург по приглашению Ивана Шувалова, был представлен императрице Елизавете Петровне.

Военную службу Потёмкин начал заочно. 30.05(10.06).1755 он был записан одновременно в Московский университет и в Конную гвардию рейтаром с дозволением не являться в полк до окончания наук.

В 1761 Потёмкин был произведён в вахмистры Конной гвардии, и наконец, явился в полк на службу. В марте 1762, при императоре Петре III, он был взят в ординарцы к полковнику Конной гвардии, генерал-фельдмаршалу, его высочеству принцу Георгу Людвигу, герцогу Гольштейн-Готторпскому.

После переворота 28.06(9.07).1762 Потёмкин обратил на себя внимание императрицы Екатерины II и она лично произвела его в подпоручики. В том же году он был назначен ко Двору камер-юнкером с оставлением в полку. В 1763 он стал помощником обер-прокурора синода, а в 1768 был пожалован в действительные камергеры с оставлением в полку.

В 1769 Потёмкин отправился добровольцем на войну с Турцией и отличился в битвах под Хотином, при Ларге, Кагуле, Фокшанах, у Ольты.

В 1771 он был приближён императрицей и вскоре стал генерал-адъютантом. В 1774 Потёмкин стал генерал-поручиком. Императрица в это время уже переписывалась с ним и в собственноручном письме настаивала на том, чтобы он напрасно не рисковал жизнью. Через месяц после получения этого письма Потёмкин уже был в Санкт-Петербурге, где вскоре стал генерал-адъютантом, подполковником лейб-гвардии Преображенского полка и, по отзывам иностранных послов, стал "самым влиятельным лицом в России".

После расформировании Запорожской сечи Потёмкин был назначен "главным командиром", генерал-губернатором Новороссийского края. 10(21).07.1775 он был возведён, с нисходящим его потомством, в графское достоинство Российской империи и получил ряд отличий из-за границы, где влияние его очень скоро стало известно. В 1776 император Иосиф II, по желанию императрицы, возвёл его в княжеское достоинство Священной римской империи.

Однако уже в декабре 1775 императрице самим же фаворитом был представлен Пётр Завадовский, после чего отношения её к Потёмкину немного охладились. Впрочем, Екатерина успокоила его и заверила, что Потёмкин продолжит оставаться её ближайшим другом и советником.

Именно Потёмкину принадлежит инициатива овладения Крымом. Под его руководством были построены укрепления Херсона, заложен Екатеринослав, построен Черноморский флот, который под командованием Фёдора Ушакова прославился победами над турецким флотом. При управлении южной Россией он занимался разведением лесов и виноградников, поощрял шелководство, учреждал школы, фабрики, типографии, строил корабельные верфи. За успехи в развитии Южной России он получил звание "Таврического".

Став фельдмаршалом в 1784, он реформировал армию, уничтожил пудру, косички и букли, ввёл лёгкие сапоги. С началом Русско-турецкой войны (1787-1791) Потёмкину пришлось взять на себя роль полководца. Он умер 5(16).10.1791 в степи от лихорадки за 3 месяца до окончания войны.

О внешнем облике Потёмкина современники были единодушны относительно замечательной физической красоты и мощи "светлейшего". При высоком росте он обладал пропорциональным сложением, могучими мускулами и высокой грудью. Орлиный нос, высокое чело, красиво выгнутые брови, голубые приятные глаза, прекрасный цвет лица, оттенённый нежным румянцем, мягкие светло-русые вьющиеся волосы, ровные, ослепительной белизны зубы — вот обольстительный портрет князя в цветущие годы. Даже потеря зрения в одном глазу не портила его внешнего вида.

Это был самый недюжинный из фаворитов Екатерины II, способный администратор, деятельный и энергичный человек, избалованный, однако, обстоятельствами, доставившими ему высокое положение, и поэтому лишенный способности соразмерять свои желания с действительностью. Его женолюбие (связь даже с собственными племянницами) — расточительность, пренебрежение к человеческой жизни — все это в значительной степени недостатки эпохи, когда он жил.


Михельсон, Иван Иванович (1740-1807).

Родился 3.05.1740. Родом из эстляндских немцев. Лютеранин. Масон.

В 1754 Михельсон был записан в Лейб-гвардии Измайловский полк. 3.02.1755 он был произведён в офицеры и назначен в 3-й мушкетёрский полк, которым командовал полковник Бибиков — будущий командир Михельсона в боях против барских конфедератов и Пугачёва.

В составе этого полка Михельсон участвовал в Семилетней войне — был в сражениях при Цорндорфе и Кунерсдорфе, много раз был ранен, и спасён от смерти личным попечением Бибикова.

В 1760 Михельсон в чине капитана был уволен в отставку для излечения ран. По выздоровлении около года командовал 3-м батальоном Казанского пехотного полка, а в 1761 был назначен в Новгородский пехотный полк, находившийся при осаде Кольберга. В 1763 он был переведён в Астраханский гренадерский полк, а в 1769 — в Астраханский карабинерный полк.

Во время Русско-турецкой войне (1768-1774) секунд-майор Михельсон командовал эскадроном в составе Астраханского карабинерного полка. В сражении при Ларге во главе своего эскадрона он первым ворвался в неприятельский лагерь, захватив 8 пушек, причём был ранен был пулей в руку навылет. Он также участвовал в сражении при Кагуле.

Произведённый за Ларгу в премьер-майоры Михельсон был назначен в Каргопольский карабинерный полк, действовавший в составе отдельного корпуса генерал-поручика Веймарна в Малой Польше против барских конфедератов. Тут он не только отличился личной храбростью в операции под Радомом, в ходе которой был разбит отряд Казимира Пулавского, но и особой распорядительностью при осаде Краковского замка под командованием Суворова

В конце 1773, Михельсон был назначен в войска, отправленные против Емельяна Пугачева, и с этого времени имя его приобрело громкую известность. Вскоре после его прибытия подавление пугачёвского бунта приняло совсем другой оборот благодаря выдающейся отваге, с который он разбивал мятежников при каждой встрече.

Победой над войском Пугачёва, стоявшего под казанским Кремлём, куда укрылись остатки жителей разорённого города, Михельсон нанёс Пугачеву решительный удар, а затем, переправившись вслед за ним на правый берег Волги, продолжал преследование его людей. 5.09.1774 близ Чёрного яра у Солениковой ватаги, несмотря на численное превосходство повстанцев, Михельсон с помощью артиллерии нанёс им окончательное поражение. Бежавший за Волгу Пугачёв был вскоре схвачен сподвижниками и выдан царским властям.

За заслуги в разгроме пугачёвского восстания получил орден Св. Георгия 3 ст., имение в Витебской губернии, золотую шпагу, украшенную бриллиантами, а также звание полковника. В 1775 Михельсон был назначен командиром кирасирского Военного ордена полка, а в 1776 Лейб-кирасирского полка. В 1778 он был произведён в генерал-майоры и награждён орденом Св. Александра Невского, с 1781 премьер-майор лейб-гвардии Конного полка, с 1786 — генерал-поручик.

Во время Русско-шведской войны (1788-1790) Михельсон командовал корпусом в армии генерала Мусина-Пушкина.

В 1803 Михельсон был назначен белорусским военным губернатором. В 1805 ему было вверено начальство над войсками, собранными на западной границе, а в 1806 — начальство над Молдавской армией, предназначенной для действий против турок. За исправное управление тогда же он был награждён орденом Св. Андрея Первозванного. Заняв с Молдавской армией дунайские земли, Михельсон умер в Бухаресте 17.08.1807.

Согласно завещанию Михельсона, забальзамированное тело генерала было перевезено в пожалованное ему Екатериной II село Иваново близ города Невель Витебской губернии (ныне Псковская область России), и похоронено в построенной им церкви Иоанна Предтечи.


Орлов, Фёдор Григорьевич (1741-1796).

Родился 8(19).02.1741. Младший сын новгородского губернатора Г.И.Орлова (1685-1746). Воспитывался вместе с братьями в Шляхетском кадетском корпусе, ещё юношей участвовал в Семилетней войне, проявив удивительную храбрость.

В 1762 вместе с братьями Алексеем и Григорием принимал деятельное участие в подготовке переворота 28.06(9.07).1762. Вскоре был пожалован чином капитана Семёновского полка, а в день коронации Екатерины II был возведён в графское достоинство и пожалован в камергеры.

Указом 20.08.1763 Орлову было приказано находиться "безпрерывно при текущих делах" в Правительствующем Сенате и "иметь дело за генерал-прокурорским столом". Вскоре Фёдор Орлов был назначен обер-прокурором 4-го департамента Сената и награждён орденом Св. Александра Невского с сохранением чина капитана гвардии.

В 1767 Орлов участвовал в деятельности комиссии по составлению Уложения в качестве депутата от дворянства Орловской губернии. По предложению Орлова, комиссия о сословиях была разделена на 3 секции: первая занималась дворянством, вторая — средним родом, или мещанством, третья — крестьянами свободными и крепостными.

Во время Русско-турецкой войны (1768-1774) Орлов оставил гражданскую службу и в 1770 поступил в эскадру капитана Спиридова Первой Архипелагской экспедиции русского флота. Он отличился при взятии крепости Короны, и в Хиосском морском сражении на корабле "Св. Евстафий" (спас часть экипажа до взрыва) и при озере Гидре. Оргов командовал частью флота, которому было поручено уничтожить турецкие поселения и крепости вдоль Короманского побережья. За свои подвиги он был произведен в генерал-поручики, награждён шпагой, усыпанной бриллиантами и орденом Св. Георгия 2 ст.

В январе 1772 возвратился в Санкт-Петербург. В день заключения Кучук-Кайнарджийского мира был произведён в генерал-аншефы с увольнением, согласно прошению, от службы.

С 1775 жил в Москве, занимаясь воспитанием своих внебрачных детей (пяти сыновей и двух дочерей) — которым впоследствии присвоены были дворянское достоинство и фамилия Орловы. Умер 17(28).05.1796.

Один из его сыновей, Михаил (1788-1842) — был активным участником восстания декабристов, другой, Алексей (1787-1862) — лично ходил в атаку на каре восставших, впоследствии преданно служил Николаю I и сумел добиться смягчения наказания для своего брата, которого император собирался казнить.


Дашкова, Екатерина Романовна (1743-1810).

Родилась 17(28).03.1743. Третья дочь графа Романа Илларионовича Воронцова, члена Сената и генерал-аншефа. Мать — Марфа Ивановна, урождённая Сурмина (1718—1745), происходила из богатой купеческой семьи. Екатерина с 4-летнего возраста воспитывалась в доме дяди, вице-канцлера Михаила Воронцова. Благодаря охоте к чтению Дашкова сделалась одной из образованнейших женщин своего времени. Её любимыми писателями были Бейль, Монтескьё, Вольтер, Буало и Гельвеций. Узнав о её любви к чтению, литературные новинки того времени ей посылал Иван Шувалов. Поездки за границу и знакомство со знаменитыми писателями много способствовали её дальнейшему образованию и развитию.

В ноябре 1758 Екатерина была определена императрицей Елизаветой Петровной во фрейлины, в придворный штат великой княгини Екатерины Алексеевны. Знакомство с будущей императрицей и личное к ней расположение сделало Дашкову преданнейшей её сторонницей. Дашкову и великую княгиню связывали не только личное расположение, но и литературные интересы. В феврале 1759 года Екатерина Воронцова вышла замуж за князя Михаила Ивановича Дашкова, потомка смоленских Рюриковичей.

Её сестра Елизавета была фавориткой великого князя. Императрица Елизавета Петровна в насмешку называла Елизавету Воронцову "госпожой Помпадур". После вступления на престол Пётр III возвёл свою "Лизку" в камер-фрейлины, отвёл ей в Зимнем дворце комнаты рядом со своими, а 9.06.1762 пожаловал ей орден Св. Екатерины.

Иностранные послы в Санкт-Петербурге сообщали о намерении императора заточить супругу в монастырь и жениться на фрейлине Воронцовой, ведущей себя по отношению к императрице "высокомерно".

В это время произошло окончательное сближение Екатерины Дашковой с официальной супругой императора. Дашкова приняла деятельное участие в подготовке переворота 28.06(9.07).1762, несмотря на то что император был её крёстным отцом, а её сестра могла стать его новой женой. Благодаря Екатерине Дашковой на сторону императрицы были привлечены влиятельные вельможи: Никита Панин, Кирилл Разумовский, И.И.Бецкий, Барятинский, А.И.Глебов, Г.Н.Теплов и другие сановники.

Однако после совершения переворота, императрица охладела к Дашковой. Екатерина Романовна была энергичной, честолюбивой и властной женщиной. Вряд ли она искренне любила императрицу. Её желание встать вровень или хотя бы рядом с ней и вызвало охлаждение проницательной Екатерины II, которая хорошо разбиралась в людях и ревниво следила за приближёнными.

После смерти своего мужа (1864) Дашкова жила в подмосковной деревне, в 1768 jyf предприняла поездку по России, а в 1770-1772 посетила Германию, Англию, Францию, Швейцарию, где виделась и беседовала с Дидро и Вольтером. 1775-1782 она снова провела за границей ради воспитания своего единственного сына, окончившего курс в Эдинбургском университете. Она снова посетила Париж, Швейцарию, Германию и Италию. В Англии она познакомилась c Адамом Смитом и Уильямом Робертсоном, которому доверила обучение своего сына.

После 1782 отношение к ней императрицы несколько улучшилось. Екатерине очень нравился литературный вкус Дашковой, но главным образом ей импонировало желание Дашковой возвести русский язык в ранг великих литературных языков Европы. Указом от 24.01(4.02).1783 императрица назначила Дашкову на пост директора Петербургской Академии наук при президентстве графа Кирилла Разумовского.

Екатерина Романовна Воронцова-Дашкова стала первой женщиной в мире, которая управляла Академией наук. Также по её предложению 30.09(11.10).1783 была учреждена Императорская Российская академия, имевшая одной из главных целей исследование русского языка, и Дашкова стала её первым президентом. Главным научным предприятием Российской академии было издание "Толкового словаря русского языка". В этом коллективном труде Дашковой принадлежит собирание слов на буквы Ц, Ш, Щ, дополнения ко многим другим буквам; она также много трудилась над объяснением слов (преимущественно обозначающих нравственные качества).

18(29).11.1783 на заседании Российской академии Дашкова предложила использовать печатную букву "Ё", задав Державину, Фонвизину, Княжнину и прочим присутствовавшим вопрос: правомерно ли писать "iолка" и не разумнее ли заменить диграф "iо" на одну литеру "ё".

Проводились публичные лекции, имевшие большой успех и привлекавшие большое число слушателей. Несколько молодых людей были отправлены для довершения образования в Гёттинген.

Учреждение т.н. "переводческого департамента" имело целью предоставить русскому обществу возможность читать лучшие произведения иностранных авторов на родном языке. Именно в это время появился целый ряд переводов, по преимуществу с классических языков.

По почину Дашковой был основан журнал "Собеседник любителей российского слова", носивший сатирическо-публицистический характер. В нём участвовали лучшие литературные силы того времени: Державин, Херасков, Капнист, Фонвизин, Богданович, Княжнин. В этом журнале были помещены "Записки о русской истории" и другие литературные произведения самой императрицы.

Во время пребывания в Париже в 1789 Дашкова познакомилась с Бенджамином Франклином и по его инициативе и рекомендации была принята в том же году в члены Американского философского общества, а Франклин по рекомендации Дашковой был принят в члены Российской академии наук.

В результате придворной интриги очередного фаворита Екатерины II Дашкова навлекла неудовольствие императрицы из-за печати в 1793 (в самый острый период Французской революции) в сборнике "Российский театр" (издававшемся при Академии) трагедии Княжнина "Вадим", в которой автор разоблачил тиранию и самодержавие, демагогически закамуфлированные под демократию. Хотя княгине удалось объясниться с императрицей и разъяснить обстоятельства печати этого произведения, она была отправлена в двухгодичный отпуск. Сам автор к тому времени уже умер и тем самым избежал крупных неприятностей.

После восшествия на престол Павла I, Дашкова вообще была уволена от всех занимаемых ею должностей и не принимала более участия в литературных и политических делах. Только при содействии императрицы Марии Фёдоровны и письменного прошения на имя императора Дашковой было разрешено вернуться в своё имение в Калужской губернии, а потом и в Москву, где она жила, не принимая более участия в литературных и политических делах.

После вступлении на престол императора Александра I, члены российской академии единогласно решили пригласить Дашкову снова занять председательское кресло в академии, но Дашкова отказалась от этого предложения. Она умерла 4(16).01.1810 и была погребена в храме Живоначальной Троицы в селе Троицком Калужской губернии.


Емельян Пугачёв (1744-1832).

Емельян родился в Зимовейской станице в Области Войска Донского около 1744. Он был младшим сыном в семье донского казака Ивана Михайловича Пугачёва и его супруги Анны Михайловны. 17-ти лет Емельян был определён на службу и вскоре женился на дочери казака Софьи Дмитриевне Недюжевой.

Через неделю после свадьбы Пугачёв был послан, вместе с другими казаками, в Пруссию, под начальство графа Захария Чернышёва. По возвращении из Пруссии, Пугачёв был командирован в отряд казаков в Польшу, а когда команда была распущена, прожил дома года три или четыре. В это время у него родились дети.

Во время Русско-турецкой войны (1768-1774) Пугачёв, уже в чине хорунжего, служил под начальством графа Петра Панина и находился при осаде Бендер. Затем он по болезни был отправлен домой.

Боясь преследования за участие в побеге за Дон, Пугачёв ушёл из дома и в конце 1771 появился на Тереке, где был избран атаманом терского казачества. Но 9.02.1772 он был арестован и посажен на гауптвахту в Моздоке. После побега Пугачёв вернулся на родину, сдался властям и был отправлен в Черкасск. По дороге Пугачёв убежал, перебрался в Польшу, а затем вернулся и объявил себя польским уроженцем Емельяном Ивановым сыном Пугачёвым.

Получив паспорт, Пугачёв отправился бродить от одной казачьей станицы к другой. Узнав о притеснениях яицких казаков Пугачёв прибыл 22.11.1772 в Яицкий Городок, где накануне закончила свою работу следственная комиссия по делу об убийстве генерала Траубенберга, и казаки ждали решения своей участи. Пугачёв предложил казакам помощь в переправе их вместе с семьями за Кубань. При этом он, как бы нечаянно проговорившись, назвался чудесно спасшимся государем Петром Фёдоровичем.

Пугачёва арестовали и отправили в Казань, куда он и прибыл 4.01.1773. Но вскоре ему удалось бежать вместе с конвойным солдатом, с которым он отправился к Яицкому Городку. Здесь он повстречался с группой яицких казаков и постарался уверить их, что он император, но они всё же сомневались. И хотя казаки знали, что он не государь, а донской казак, они примкнули к нему с целью воспользоваться именем Петра III для возврата яицкому войску всех его прав и привилегий.

Почиталин, как единственный грамотный человек, написал первый манифест Пугачёва. Сам Пугачёв был неграмотен и не мог его подписать, но отговаривался, что до Москвы не может подписывать бумаги собственноручно. 17.09.1773 манифест был прочитан перед собравшимися казаками. Развернув знамёна они двинулись к Яицкому Городку.

Ядром восставших стали яицкие казаки, вместе с примкнувшими к ним кочевыми народами (калмыками, башкирами, киргизами). Казаки были недовольны действиями старшин и правительственных чиновников и при появлении Емельяна Пугачёва, объявившего себя императором Петром III, число его приверженцев быстро увеличивалось. Яицкие казаки были в основном раскольниками и имя Петра III, прекратившего в своё правление их преследование, привлекло к нему дополнительные симпатии.

Небольшие городки одно за другим были взяты штурмом, а некоторые перешли на его сторону добровольно. И везде самозванец казнил офицеров и солдат, остававшихся верными правительству. Захватив вооружение и припасы он 5 октября осадил Оренбург.

Оренбургский губернатор Рейнсдорп послал в лагерь Пугачёва Хлопушу (клеймёного преступника, содержавшегося в остроге) с воззванием к казакам оставить самозванца и выдать его властям. Но Хлопуша примкнул к Пугачёву, стал его верным соратником и был отправлен в Авзяно-Петровский завод возмущать рабочих и лить мортиры.

Силы самозванца постоянно увеличивались. Приняв на себя самовольно звание полковников и атаманов, предводители шаек именем Петра III убивали окрестных помещиков, грабили и жгли усадьбы, приказывали ломать новейшие церкви и строить семиглавые, а креститься не трёхперстным, а двуперстным сложением.

В Петербурге не имели представления о положении дел на юго-востоке страны и против Пугачёва был послан генерал-майор В.А.Кар. Его наскоро сформированные отряды были частью уничтожены, а сам он был уволен из армии и вместо него был назначен генерал-аншеф А.И.Бибиков.

Пугачёв, осадивший Оренбург, не решался брать его приступом и думал голодом заставить осаждённых сдаться. Мятежники заняли Бузулук, а восставшие башкиры осадили Уфу. 25 декабря самозванцу присягнуло население Самары.

Пугачёв разделил своё войско на полки разной численности, но однородного, по преимуществу, национального состава. Для управления войском он учредил военную коллегию. Сам он жил в "государевом дворце" под охраной яицких казаков, составлявших его гвардию. Просителей и доклады военной коллегии Пугачёв принимал, сидя в кресле. По бокам его стояли два казака, один с булавой, другой с топором, как знаками его власти.

Управление Башкирией было поручено Ивану Зарубину по прозвищу Чика, который в Берде был переименован в графа Чернышёва. Он сделался полным хозяином всего Закамского края.

26.12.1773 Александр Ильич Бибиков прибыл в Казань м нашёл край в печальном положении. Администрация была полностью деморализована. 1.01.1774 в Казани состоялось собрание казанского дворянства, которое постановило организовать за свой счёт вооружённый конный корпус. Симбирское, свияжское и пензенское дворянства приняли такое же решение. Но Бибиков мало надеялся на дворянское ополчение и просил усилить его войсками, в особенности кавалерией. Его опасения заставили правительство обратить на события на юго-востоке более серьёзное внимание.

Правительство решилось, наконец, опубликовать манифест о появлении Пугачёва по всей империи. Дом Пугачёва в Зимовейской станице было приказано сжечь, рассеять пепел и посыпать место солью, чтобы оно оставалось вечно пустым. Но когда оказалось, что дом Пугачёва был продан в другие руки, его все-таки перевезли на старое место и поступили по указу. Жену Пугачёва, с детьми, взяли в Казань для того, чтобы она говорила народу, кто такой Пугачёв и что она его жена. За поимку Пугачёва было обещано вознаграждение.

В первых числах января начали прибывать войска, но настроение их было в высшей степени ненадёжно. Тем не менее Бибиков всё же решил действовать наступательно и посланный им отряд, в котором поручиком был будущий знаменитый поэт Гаврила Державин, овладел Самарой и окрестными населёнными пунктами.

Действия правительственных войск были настолько успешны, что в начале февраля всё пространство от границ Башкирии до Волги и далее на юг было очищено от мятежников. Оставалось освободить Оренбург, который Пугачёв старался заставить сдаться голодом, и спасти Яицкий Городок, для взятия которого самозванец отрядил часть войск и сам отправился туда.

В Яицком Городке Пугачёв женился на казачке Устинье Кузнецовой, но эта женитьба произвела неблагоприятное впечатление, так как народ стал сомневаться в том, что император мог жениться на простой казачке.

Павел Мансуров и Пётр Голицын, между тем, двигались по направлению к Оренбургу и в марте взяли Татищеву крепость, представлявшую важный стратегический пункт для самозванца. Эта победа произвела большое впечатление в обоих лагерях. Пугачёв решил отступить из Берды по дороге на Переволоцкую крепость. Вследствие неосторожности при отступлении был захвачен Хлопуша. Таким образом, 23.03.1774 кончилась шестимесячная осада Оренбурга.

Голицын преследовал Пугачёва и нанёс ему поражение у Каргаля и тот, не сумев удержаться в Сакмарске, бежал в Башкирию. Толпы его были разбиты, многие были взяты в плен, и в их числе главнейшие пособники Пугачёва. В середине апреля был освобождён от осады и Яицкий Городок, который держался несмотря на то, что кончились все припасы. В Башкирии был разбит и взят в плен Зарубин (Чика), который осаждал Уфу.

После поражения, казаки собрали "круг" и решили покориться императрице, выдав главных зачинщиков.

В это же время мятежники были разбиты и на востоке. Отправленные Бибиковым войска разбили мятежников у села Ордынского и Красноуфимска и освободили Кунгур. Вскоре весь край от Кунгура до Екатеринбурга был очищен от мятежников, но его все-таки нельзя было назвать усмирённым.

Иван Белобородов ушёл на соединение с Пугачёвым, а атаман Грязнов хозяйничал вокруг Челябинска. Из-за нерешительности генерала Деколонга все деревни и сёла между Челябинском и Шадринском попали в руки мятежников. Екатерина II хотела назначить на место Деколонга Александра Суворова, находившегося на Балканах при осаде Силистрии, но Румянцев не отпустил его, и Деколонг оставался на своем месте до конца усмирения мятежа.

Мятеж теперь сосредоточивался в Исетской провинции и в северной части Оренбургской губернии. 9 апреля, в Бузулуке умер Бибиков. В Петербурге были уверены, что мятеж уже подавлен, и нужно только переловить оставшихся мятежников.

В это время Пугачёв появился у Магнитной крепости и соединился с Белобородовым. Крепость некоторое время сопротивлялась, но 6 мая пала. Офицеры и её защитники, были казнены. После этого воодушевлённые мятежники быстро заняли одну за другой крепости Карагайскую, Петропавловскую, Степную и Троицкую.

У Троицкой Пугачёва встретил Деколонг и нанёс ему сильное поражение. Но его положение улучшилось, когда к казакам присоединились основные силы восставших башкир под командованием Салавата Юлаева. В то же время Михельсон, двигаясь к Уфе, разбивал отряды башкир, которые дрались с таким упорством, что редко когда сдавались живыми.

10 июня Пугачёв вступил в Красноуфимск, затем, попытался взять Кунгур, но встретив ожесточённое сопротивление, повернул на запад, где после трёхдневного боя взял городок Оса. После взятия Осы войско Пугачёва перебралось на правый берег Камы, 22 июня взяв Рождественский завод, 24 июня — Воткинский завод, 27 июня — Ижевский завод и подошёл к Казани. 11.07.1774 город был взят и разграблен. Здесь Пугачёв встретился со своей первой женой Софией и сыном Трофимом. Он называл её женой своего друга Емельяна Пугачёва, но обходился с ней, всё же, особенным образом. Это возбуждало толки и подозрения среди его приверженцев. 12 июля Михельсон с войском подошёл к Казани, разбил Пугачёва у села Царицына и освободил город.

Пугачёв, неожиданно переправился через Волгу. Он опять издал манифест к населению, в котором объявлял свободу крепостным крестьянам и призывал грабить и убивать помещиков. Крестьяне восстали. Мятежники заняли Курмыш, Алатырь. Сельское духовенство везде стояло на стороне мятежников и побуждало жителей к сдаче Пугачёву.

При содействии архимандрита саранского Петровского монастыря, Александра, был сдан Пугачёву и город Саранск. Здесь Пугачёв повесил предводителя дворянства и 62 человека, которые пытались сопротивляться, и отправился по направлению к Пензе. 1.08.1774 Пугачёв приблизился к Пензе. Жители сначала решили сопротивляться, но увидев, что это бесполезно, вышли навстречу, но тем не менее город был разграблен.

Мятеж разливался всё шире и шире. Города сдавались беспрепятственно, так как некому было их защищать. 4 августа Пугачёв занял Петровск. 5 августа самозванец двинулся к Саратову. Появление самозванца вызвало большую панику. Город сдался после очень слабого сопротивления. Многие из жителей Саратова были казнены.

Пугачёв двинулся к Дону, с намерением пробраться на Кубань. Это очень повредило самозванцу. Сомнение, что он не император, пускало всё более глубокие корни. Мысль об аресте Пугачёва, вытекавшая из сомнения в его личности, начинала уже бродить и среди близких к Пугачёву лиц.

Манифест к донцам не произвёл желаемого действия, и они оставались верны императрице. Пугачёв отправился в Камышин, 17 августа он занял Дубовку, а 21 августа подошёл к Царицыну, но узнав о приближении Михельсона, отступил к Сарепте. 24 августа у Сальникова завода, недалеко от Черного-Яра, его нагнал Михельсон и нанёс жестокое поражение.

Пугачёв бежал за Волгу. Это поражение решило его судьбу. Ближайшие его помощники, Чумаков, Творогов, Федульев, Бурнов и Железнов, арестовали его, привезли в Яицкий Городок и выдали властям.

Главная заслуга в усмирении мятежа принадлежит, конечно, Михельсону, но Пётр Панин приписывал её себе и Суворову, которого он вызвал из дунайской армии. Суворов приехал 2 сентября, когда всё уже было кончено. Деятельность Панина в деле усмирения мятежа проявилось, главным образом, в тех суровых мерах — казнях и наказаниях кнутом, которые он применял к усмирённому уже населению.

4 ноября Пугачёв, вместе с женой Софьей и сыном Трофимом, был привезён в Москву. Он был помещён в особо для него приготовленном доме на Монетном дворе и содержался прикованным железным обручем к стене.

29.12.1774 было первое заседание суда. Через несколько дней приговор был отправлен в Петербург. Императрица утвердила его. Пугачёва повелено было четвертовать, голову насадить на кол, части тела разнести по четырем частям города и положить на колеса, а после на тех местах сжечь.

Яицкого сотника Афанасия Перфильева тоже четвертовать, казаков Максима Шигаева, Падурова и Василия Торнова повесить в Москве. Ивана Зарубина (Чику) отвезти в Уфу, отсечь голову и насадить её на кол для всенародного обозрения, а труп его сжечь вместе с эшафотом.

Приговор над Пугачёвым и его сообщниками публично был приведён в исполнение в Москве 10.01.1775. Пугачёву сначала была отрублена голова, а четвертован он был уже после смерти.

Жёны Пугачёва были сосланы в Кексгольмскую крепость, где 5.07.1803 их увидел император Александр I. Он приказал освободить их и позволил им жить в городе под присмотром полиции.

Чтобы истребить всякую память о Пугачёве, Зимовейская станица, где он родился, была переименована в Потёмкинскую, яицкие казаки переименованы в уральских, река Яик — в Урал, Яицкий Городок — в город Уральск.


Воронцов, Семён Романович (1744-1832).

Родился 15.06.1744. Сын графа Романа Илларионовича Воронцова. Брат княгини Екатерины Дашковой и канцлера Александра Воронцова. Рано потеряв мать воспитывался в доме дяди, вице-канцлера Михаила Воронцова, и 16-ти лет совершил путешествие по России и Сибири.

В 1764 Воронцов был отправлен в Вену советником посольства, но скоро вышел в отставку, а когда началась Русско-турецкая война (1768-1774), снова поступил на службу и отличился в битвах при Ларге и Кагуле.

В 1783 он был назначен полномочным министром в Венецию, а в 1785 в Лондон, где он пробыл до 1806.

Когда началась война между Россией и Турцией, в числе пособников последней оказалось английское правительство. Быстро освоившись с государственным устройством Англии, характерами её главнейших государственных деятелей и стремлениями английской нации, Воронцов добился разоружения флота, предназначавшегося в помощь Турции, и возобновил торговый трактат России с Великобританией.

Занимаясь переговорами о поддержке изгнанных Бурбонов, Воронцов вступил в конфликт с Платоном Зубовым, что способствовало охлаждению к нему Екатерины II.

Воронцов расходился со своим правительством по многим вопросам: о вооружённом нейтралитете, который он находил невыгодным для России; о польских разделах, которые называл противными идее справедливости; о заселении британскими каторжниками Крыма, которое ему удалось предотвратить; о замещении дипломатических должностей лицами иностранного происхождения, которых он называл "невеждами" и "проходимцами".

При Павле I Воронцов стал чрезвычайным и полномочным послом в Лондоне, а в 1797 был возведён в графское достоинство. В связи с натянутыми отношениями с Англией и сближением с Францией в 1800 ему была дана отставка, с дозволением остаться в Лондоне.

В феврале 1801 его имения были объявлены конфискованными, но Александр I, став императором, отменил это распоряжение и Воронцов был вновь назначен послом в Лондоне.

В 1806 он ушёл в отставку по состоянию здоровья, но до своей кончины в 1832 жил в Лондоне и в письмах к друзьям и родным, высказывал свои мнения по поводу внешних и внутренних событий России. Он умер 9.06.1832.

Семён Романович был братом известной княгини Дашковой, канцлера Александра Романовича Воронцова и Екатерины Воронцовой, фаворитки императора Петра III.


Ушаков, Фёдор Фёдорович (1745-1817).

Родился 13(24).02.1745 в сельце Бурнаково (Ярославская губ.) Его отец Ф.И.Ушаков (1710-1781) был сержантом лейб-гвардии Преображенского полка. В 1766 Фёдор окончил Морской кадетский корпус и начал службу на Балтийском флоте.

Во время Русско-турецкой войны (1768-1774) командовал разными судами в Азовском море и участвовал в защите берегов Крыма. В 1773, командуя 16-пушечным кораблём "Модон", участвовал в отражении высадившихся в Балаклаве турок.

С 1775 командовал фрегатом. Участвовал в походе на Средиземное море с целью проводки фрегатов в Чёрное море. В 1780-1782 командуя линейным кораблём "Виктор", участвовал в реализации политики "Вооружённого нейтралитета" в составе эскадры на Средиземном море.

С 1783 Ушаков служил на Черноморском флоте, участвовал в постройке кораблей в Херсоне и строительстве пункта базирования флота в Севастополе. Свою первую награду — орден Св. Владимира 4 ст. получил в 1784 за успешную борьбу с эпидемией чумы в Херсоне.

Отличился победами над турецким флотом в Чёрном море в Русско-турецкую войну (1787-1791). Командуя с 1790 Черноморским флотом, Ушаков применил созданную им новую манёвренную тактику, в отличие от принятой в то время линейной тактики, и одержал ряд блестящих побед над турецким флотом. Турки с почтением и страхом называли его "Ушак-паша".

3(14).07.1788 он нанёс поражение превосходящим силам турок в сражении у острова Фидониси (ныне Змеиный). 8(19).07.1790 в сражении у Керчи Ушаков одержал победу над турецкой эскадрой, от полного разгрома которой спасла быстроходность её кораблей и наступившая темнота.

28-29.08(8-9.09).1790 в сражении у мыса Тендра, в устье Дуная, Ушаков разбил турецкую эскадру Хасан-паши, потопив несколько кораблей, включая флагман "Капудание" и захватив линейный корабль "Мелеки-Бахри" (впоследствии был введён в состав русского флота под именем "Иоанн Предтеча").

31.07(11.08).1791 недалеко от мыса Калиакра, в северной Болгарии, эскадра Ушакова атаковала турецко-алжирский флот под командованием Хуссейн-паши. Несмотря на превосходство в численности корабли противника получили тяжёлые повреждения и в беспорядке бежали, спасаясь в гавани Стамбула. Битва приблизила окончание войны, которая закончилась подписанием Ясского мирного договора. Ушаков за эту победу был награждён орденом Св. Александра Невского.

В 1793 Ушаков был произведён в вице-адмиралы. В 1798-1800 он был назначен командующим российскими военно-морскими силами в Средиземном море для поддержки на море действий войск антифранцузской коалиции.

20.02(3.03).1799 после 4-мес. блокады русско-турецкая эскадра под командованием Ушакова с минимальными потерями овладела крепостью французов на острове Корфу (Керкира) — захватив в качестве трофеев 114 мортир, 21 гаубицу, 500 пушек и несколько кораблей, в т.ч. линеный корабль "Леандр" и фрегат "Брюне".

За этот штурм Павел I произвёл Ушакова в адмиралы и наградил бриллиантовыми знаками к ордену Св. Александра Невского, неаполитанский король — орденом Св. Януария 1-й ст., турецкий султан — бриллиантовым пером (на шляпу) — высшей наградой Турции.

Взятие Корфу завершило освобождение Ионических островов из-под власти французов, что имело большое военно-политическое значение. Под временным протекторатом России и Турции была создана Республика Семи Островов, в течение нескольких лет служившая опорной базой для русской средиземноморской эскадры.

В ходе Средиземноморского похода Ушаков имел разногласия с британским адмиралом Горацио Нельсоном относительно блокады (предложение Нельсона) или штурма (предложение Ушакова) острова Мальты.

Заслуги Ушакова не были должным образом оценены императором Александром I, который назначил его на второстепенную должность главного командира Балтийского гребного флота и начальником флотских команд в Санкт-Петербурге, а в 1807 уволил в отставку. Ушаков уехал в своё имение в деревне Алексеевка (Республика Мордовия) — где жил, занимаясь широкой благотворительной деятельностью.

Во время Отечественной войны 1812 Ушаков был избран начальником ополчения Тамбовской губернии, но из-за болезни отказался от должности. Он умер 2(14).10.1817 и был похоронен в Санаксарском монастыре близ г. Темникова. Русской православной церковью флотоводец был причислен к лику святых как праведный воин Феодор Ушаков.


Кутузов-Голенищев, Михаил Илларионович (1745-1813).

Родился 5(16).09.1745. Воспитывался в Дворянской Артиллерийской и Инженерной школе, где артиллерийские науки преподавал его отец генерал-поручик Илларион Матвеевич Голенищев-Кутузов (1717—1784). В феврале 1761 окончил школу и с чином инженер-прапорщика был оставлен при ней для обучения воспитанников математике.

Через пять месяцев Кутузов стал флигель-адъютантом ревельского генерал-губернатора и расторопно управляя канцелярией сумел в 1762 бзаслужить чин капитана. В том же году он был назначен командиром роты Астраханского пехотного полка, которым в это время командовал полковник Александр Суворов.

С 1764 Кутузов находился в распоряжении командующего русскими войсками в Польше и командовал мелкими отрядами, действовавшими против польских конфедератов.

В 1770 Михаил Кутузов принял участие в начавшейся в 1768 войне с Турцией. Отличился в сражениях при Ларге и Кагуле. В 1774, при отражении высадившихся у Алушты турок, получил весьма опасную рану (пуля ударила в левый висок и вышла у правого глаза, который "искосило", но зрение сохранилось). Императрица наградила его военным орденом Св. Георгия 4 ст. и отправила на лечение за границу, приняв на себя все издержки путешествия.

По возвращении в Россию с 1776 Кутузов вновь на военной службе. В 1777 он был произведён в полковники и назначен командиром Луганского пикинерного полка, с которым находился в Азове, а в 1783 был переведён в Крым в чине бригадира с назначением командиром Мариупольского легкоконного полка. За успешное подавлении восстания крымских татар в 1784 он получил чин генерал-майора.

Во время Русско-турецкой войны (1787-1791), при осаде Очакова, в августе 1788 Кутузов был снова тяжело ранен в голову, но выжил и в 1789 принял отдельный корпус, с которым занимал Аккерман, сражался под Каушанами и при штурме Бендер. При штурме Измаила он проявил выдающуюся храбрость, за что его произвели в генерал-поручики, наградили Св. Георгием 3-й ст. и назначили комендантом крепости. Отразив попытки турок овладеть Измаилом, 4.06.1791 внезапным ударом он разгромил 23-тыс. турецкое войско при Бабадаге. В Мачинском сражении под командованием князя Репнина Кутузов нанёс сокрушительный удар по правому флангу турецких войск. За победу под Мачином Кутузов удостоился ордена Св. Георгия 2-й ст.

В 1792 Кутузов, командуя корпусом, принял участие в русско-польской войне, а в 1793 был направлен чрезвычайным послом в Турцию, где разрешил в пользу России ряд важных вопросов и значительно улучшил взаимоотношения с ней.

В 1795 Кутузов был назначен главнокомандующим над всеми сухопутными войсками, флотилией и крепостями в Финляндии и одновременно директором Сухопутного кадетского корпуса. Екатерина II ежедневно приглашала его в своё общество, он провёл с ней и последний вечер перед её кончиной.

С воцарением Павла I Кутузов был произведён в генералы от инфантерии. Он успешно выполнил дипломатическую миссию в Пруссии и сумел привлечь её на сторону России в борьбе против Франции. В (1799-1801) он был литовским губернатором.

Император Александр I назначил Кутузова военным губернатором Петербурга и инспектором войск в Финляндии, но, попав в опалу, в 1802 был снят с должности и жил в деревне до 1805, когда был поставлен во главе русской армии, посланной на помощь Австрии.

Не успевшая соединиться с русскими войсками австрийская армия была разгромлена Наполеоном в октябре 1805 под Ульмом. Армия Кутузова оказалась один на один с противником, обладавшим значительным превосходством в силах. Чтобы сохранить войска, Кутузов совершил отступательный 425-километровый марш-манёвр от Браунау к Ольмюцу и, нанеся поражение Мюрату под Амштеттеном и Мортье под Дюренштеином, вывел свои войска из-под нависшей угрозы окружения.

Вопреки мнению Кутузова по настоянию Александра I и императора Австро-Венгрии Франца I, воодушевлённых численным превосходством над французами, союзные армии перешли в наступление, но 20.11(2.12).1805 потерпели сокрушительное поражение в сражении под Аустерлицем. Хотя император наградил Кутузова орденом Св. Владимира 1-й ст., однако никогда не простил ему поражения, полагая, что Кутузов намеренно подставил царя.

Кутузов находился в опале, занимая пост киевского (1806-1808) — а затем виленского военного губернатора (1809-1811).

В 1811 Кутузов получил начальство над армией, действовавшей на Дунае. 22.06(4.07).1811 в Рущукском сражении, имея 15-20 тыс. русских войск против 60 тыс. турок, он нанёс противнику сокрушительное поражение, положившее начало разгрому турецкой армии.

Кутузов блокировал под Слободзеей переправившуюся на северный берег Дуная часть турецкой армии, а корпус генерала Маркова напал на турок, оставшихся на южном берегу, и взял под обстрел главный лагерь великого визиря Ахмеда-паши, который скрытно покинул армию. 23.11(5.12).1811 35-тыс. турецкая армия с 56 орудиями капитулировала и Турция была вынуждена вступить в переговоры. 16(28).05.1812 в Бухаресте Кутузов заключил мир, по которому Бессарабия с частью Молдавии перешла к России. Хотя Кутузов был награждён за это графским титулом, но продолжал оставаться в опале.

Когда в 1812 началось формирование петербургского ополчения, местное дворянство единодушно избрало Кутузова своим начальником. По мере успехов французов в обществе возрастало недовольство Барклаем де Толли и Александр I был вынужден назначить главнокомандующим всеми русскими армиями и ополчениями Кутузова.

Большое превосходство противника в силах и отсутствие резервов вынудили Кутузова отступать вглубь страны, следуя стратегии своего предшественника. Дальнейший отход подразумевал сдачу Москвы без боя, что было недопустимо как с политической, так и с моральной точки зрения. Получив незначительные подкрепления, Кутузов решился дать Наполеону генеральное сражение.

26.08(7.09).1812 состоялось Бородинское сражение, одна из крупнейших битв эпохи наполеоновских войн. За день боя русская армия нанесла тяжёлые потери французским войскам, но и сама потеряла почти половину личного состава. Кутузов принял решение отойти с бородинской позиции, а после совещания в Филях оставил Москву и скрытно совершил прославленный фланговый Тарутинский манёвр. Оказавшись южнее и западнее Наполеона, Кутузов перекрыл ему пути движения в южные районы страны. После Бородинской битвы Кутузов получил чин фельдмаршала.

Вскоре русские войска перешли в контрнаступление, которое Кутузов организовал так, чтобы армия Наполеона находилась под фланговыми ударами регулярных и партизанских отрядов. Благодаря стратегии Кутузова огромная наполеоновская армия была практически полностью уничтожена. За разгром Наполеона Кутузов был удостоен ордена Св. Георгия 1-й степени, став первым в истории ордена полным Георгиевским кавалером. Кроме того ему был был присвоен почётный титул князя "Смоленского".

В январе 1813 русские войска перешли границу — начался Заграничный поход русской армии 1813—1814 годов. Кутузов продолжал оставаться главнокомандующим, хотя и был против продолжения войны на территории Европы и свержения Наполеона, не желая усиливать Англию, т.к. считал её будущим врагом. К концу февраля русские войска достигли Одера. В начале апреля главнокомандующий простудился и 16(28).04.1813 умер (вероятно от пневмонии) в силезском городке Бунцлау и был похоронен в Казанском соборе в Санкт-Петербурге.

Кутузов был мудрым стратегом и действовал более хитростью и манёврами, не вступая напрасно в бой, когда можно было, не жертвуя кровью солдат, уничтожить врага.


Пален, Пётр Алексеевич (1745-1826).

Родился 17(28).07.1745. Из курляндских дворян. С 1760 служил в конной гвардии, участвовал в сражениях с турками. Был ранен при Бендерах и награждён орденом Св. Георгия 4-й степени. Во время второй войны с турками отличился при штурме Очакова и получил орден Св. Георгия 3-й степени.

С 1792 Пален был правителем Рижского наместничества, вёл переговоры о присоединении Курляндии, Семигалии и Пильтенского округа к Российской империи. С 1795 — курляндский генерал-губернатор.

При императоре Павле I Пален был назначен шефом Рижского кирасирского полка, стоявшего на квартирах в Риге, но вскоре одним из первых подвергся немилости за торжественную встречу опального князя Платона Зубова. В январе 1797 Пален был уволен от должности губернатора, отставлен от должности шефа Рижского кирасирского полка и "выключен из службы". Однако скоро Пален вновь удостоился внимания непостоянного Павла и был принят на службу с назначением инспектором кавалерии и командиром Лейб-гвардии Конного полка.

С помощью Кутайсова Пален быстро приобрёл доверие императора, благодаря его способности придворного, испытанной изворотливости, неизменно хорошему настроению, умению вовремя ответить и непоколебимому апломбу. Довольно скоро он снискал также уважение императрицы и камер-фрейлины Екатерины Нелидовой, имевшей влияние на императора.

Пользуясь неограниченной милостью Павла I, Пален был назначен военным губернатором Санкт-Петербурга и начальником остзейских губерний, инспектором 6 военных инспекций, великим канцлером Мальтийского ордена, главным директором почт, членом совета и коллегии иностранных дел. Будущий король Людовик XVIII пожаловал ему командорский крест ордена Св. Лазаря Иерусалимского.

В августе 1800 император на случай готовившейся им войны с Англией поручил Палену командование одной из армий, собиравшейся в то время у Брест-Литовска. На пробных маневрах Павел остался им так доволен, что тут же, близ Гатчины, возложил на него большой крест Мальтийского ордена.

Во время пребывания Палена в должности главы столицы был утверждён городской устав, окончено возведение Михайловского замка и здания Морского кадетского корпуса. На Марсовом поле появились памятники полководцам предыдущего царствования — Румянцеву и Суворову. В столицу перемещён из Кронштадта чугунолитейный завод.

Чувствуя всю непрочность своего положения, Пален встал во главе заговора, приведшего к убийству императора Павла. В последние месяцы царствования, помимо руководства столицей, он заведовал и всей внешней политикой. Устроив опалу Ростопчина, Пален занял место первоприсутствующего члена Иностранной коллегии. Он ещё более усилил своё значение с приобретением поста главного директора почт.

В заговоре Пален играл двойную роль, предусмотрев в случае неудачи отойти от участия в нём. Он добился от императора письменного повеления арестовать наследника и показал его Александру Павловичу, чтобы побороть его колебания в заговоре. Наутро после убийства (12.03.1801) граф Пален первым сообщил Военной коллегии о кончине императора Павла и пригласил всех принять присягу на верность императору Александру. Однако он приобрёл непримиримого врага в лице императрицы Марии Фёдоровны, которая настояла на его увольнении в отставку с приказанием немедленно выехать в своё курляндское поместье Гросс-Экау.

В курляндских имениях Пален прожил четверть века, пережив даже императора Александра. Своим гостям он откровенно рассказывал подробности подготовки и осуществления "тираноубийства". Пален умер 13(25).02.1826 в Митаве без раскаяния в цареубийстве, заявляя, что совершил "величайший подвиг".


Платов, Матвей Иванович (1753-1818).

Родился 8(19).08.1753 в столице донского казачества Черкасске. Поступил на службу 13 лет от роду и во время Русско-турецкой войны (1768-1774) уже командовал полком.

В Русско-турецкой войне (1787-1791) отличился при штурмах Очакова и Измаила. Во время Русско-персидской войны (1795-1796) Платов был походным атаманом, а в 1801 был назначен войсковым атаманом Войска донского и участвовал в сражения при Прейсиш-Эйлау, потом в Русско-турецкой войне (1806-1812).

Во время Отечественной войны 1812 года Платов командовал сначала всеми казачьими полками на границе, а потом прикрывал отступление русской армии. Рейд казачьих полков в тыл французской армии во время Бородинского сражения позволил Кутузову перегруппировать силы и отстоять позиции русской армии.

Во время отступления французской армии Платов, неотступно преследуя её, нанёс ей поражения у Городни, Колоцкого монастыря, Гжатска, Царёво-Займища, под Духовщиной и при переправе через реку Вопь. За эти успехи он был возведён в графское достоинство.

В ноябре 1812 Платов с боя занял Смоленск и разбил войска маршала Нея под Дубровной. В начале января 1813 он вступил в пределы Пруссии и обложил Данциг. В сентябре получил начальство над особым корпусом, с которым 4-7(16-19).10.1813 участвовал в "Битве народов" под Лейпцигом и, преследуя неприятеля, взял в плен около 15 тыс.чел. В 1814 он взял Намюр.

После заключения мира Платов сопровождал Александра I в Лондон, где его встречали шумными овациями.

Платов умер 3(15).01.1818. В 1853 в Новочеркасске на собранные по подписке народные деньги ему был воздвигнут памятник. В 1923 памятник сняли и передали в Донской музей, а на постамент был установлен памятник Ленину. В 1993 памятник Ленину был демонтирован, и на постамент вновь вернулся восстановленный памятник Платову. В 2003 в том же городе был установлен конный памятник Платову.


Барклай де-Толли, Михаил Богданович (1757-1841).

Родился 16(27.12.1757. По происхождению шотландец. Родился в Прибалтике и с детства готовился к военной службе.

В 1788 Барклай де-Толли принимал участие в штурме Очакова, а в 1789 — в сражении под Каушанами, при взятии Аккермана и Бендер.

В 1790 он принял участие в Русско-шведской войне (1788-1790), а в 1794 в военных действиях против поляков.

В 1806 Барклай де-Толли особенно отличился в сражении под Пултуском. 24.01.1807 он командовал арьергардом при отступлении русской армии к Ландсбергу и Прейсиш-Эйлау. В сражения при Прейсиш-Эйлау Барклай де-Толли был ранен.

Во время Русско-шведской войны (1808-1809) он совершил свой знаменитый переход через пролив Кваркен в Балтийском море и завладел на шведском берегу городом Умео, последствием чего было заключение мира со Швецией.

В чине генерала от инфантерии, Барклай де-Толли был назначен генерал-губернатором Финляндии и главнокомандующим финляндской армией. 20.01.1810 он занял пост военного министра.

С начала Отечественной войны 1812 года Барклай де-Толли был назначен главнокомандующим 1-ой Западной армией. Вынужденный отступать перед превосходящими силами противника, не давая последнему достигнуть решительного успеха, он соединился под Смоленском с армией Петра Багратиона, но продолжал отступать до Царева Займища, где намеревался дать сражение. Это отступление возбудило недовольство в войсках, жаждавших сразиться с неприятелем, и восстановило против него общественное мнение, вследствие чего он был заменён Кутузовым.

26.08(7.09).1812 в Бородинском сражении он с беззаветной отвагой командовал правым флангом. После сражения Барклай де-Толли заболел и должен был уехать из армии. 4.02.1813 он принял начальство над 3-ей армией и во время сражения под Бауценом (8 и 9 мая) командовал правым флангом, куда была направлена главная атака Наполеона, а после Бауценского сражения принял начальство над всей русско-прусской армией.

18 августа под Кульмом он довершил поражение Вандомма, а 4-7(16-19).10.1813 в "Битве народов" под Лейпцигом командовал центром и был одним из главных виновников одержанной победы. За эти заслуги Барклай де-Толли был возведён в графское достоинство.

В 1814 он командовал русскими войсками в сражениях при Бриенне, Арсис-сюр-Об, Фер-Шампенуаз и при взятии Парижа, за что получил чин фельдмаршала.

30.08.1814 Барклай де-Толли был возведён в княжеское достоинство. В 1818 по состоянию здоровья он отправился на лечение на германские минеральные воды, на пути к которым скончался 14(26).05.1818.

25.12.1837, в день празднования двадцать пятой годовщины изгнания французов из России, в Санкт-Петербурге, на Невском проспекте, в сквере перед Казанским собором, были торжественно открыты памятники Кутузову и Барклаю-де-Толли.


Дохтуров, Дмитрий Сергеевич (1759-1816).

Родился 1(12).09.1759. Происходил из небогатой семьи тульских дворян. Образование получил в Пажеском корпусе; был записан на службу пажом пpи дворе в 1771 году, в 1777 году был камер-пажом.

Военную службу начал в 1781 поручиком лейб-гвардии Семёновского полка. В составе гвардейского отряда участвовал в Русско-шведской войне (1788-1790). В Роченсальмском сражении был ранен в плечо, но остался в строю. Под Выборгом был вторично ранен. За отличия был награжден золотой шпагой. В 1797 был произведён в генерал-майоры, 2.11.1797 в генерал-майоры, 24.10.1799 в генерал-лейтенанты.

22.07.1800 Дохтуров был уволен и отдан под суд, но был оправдан и в ноябре вновь принят на службу. С 30.07.1801 он был шефом Олонецкого мушкетерского полка, с 26.01.1803 — Московского мушкетерского полка и инспектор пехоты Киевской инспекции.

В кампании против французов в 1805 Дохтуров участвовал в сражениях под Кремсом и Аустерлицем. В кампанию 1806-1807 отличился при Голымине, Янкове, был ранен в сражении при Прейсиш-Эйлау, но не покинул поля боя и был награжден шпагой с алмазами. Вновь отличился под Гутштадтом и при Гейльсберге был ранен в четвертый раз, но снова остался в строю.

В сражении под Фридландом Дохтуров командовал центром и прикрывал отступление через реку Алле. За эту кампанию Дохтуров был награждён орденами Св.  Анны 1-й ст., Св.  Александра Невского и прусским орденом Красного Орла.

В Отечественную войну 1812 года Дохтуров принял начальство над войсками, занимавшими Смоленск, и геройски оборонял город против атак Наполеона. Получив приказ Барклая де-Толли, оставил город и в полном порядке соединился с главной армией.

26.08(7.09).1812 в Бородинском сражении Дохтуров командовал сперва центром, а потом левым крылом.

Во время начавшегося отступления Наполеона из Москвы Дохтуров участвовал в сражении при Тарутине, где командовал центром. В сражении под Малоярославцем Дохтуров семь часов выдерживал сильнейший напор французов и наконец остановил неприятеля, не допустив выхода противника в южные губернии и вынудив его к отступлению по разорённой Смоленской дороге.

14-15(26-27).08.1813 Дохтуров отличился в сражениях при Дрездене и 4-7(16-19).10.1813 в "Битве народов" при Лейпциге.

В 1816 Дохтуров вышел в отставку и внезапно умер 14(26).11.1816. Он был похоронен в Вознесенской Давидовой пустыни.


Сенявин, Дмитрий Николаевич (1763-1831)

Родился 6(17).08.1763 и принадлежал к дворянскому роду, чья судьба была тесно связана с историей русского флота с самого момента его основания. Его отец, вице-адмирал Николай Фёдорович Сенявин, в 1773-1775 занимал должность военного губернатора Кронштадтского порта.

В 1773 в 10-летнем возрасте Дмитрий был записан в Морской кадетский корпус, в 1777 получил чин гардемарина; совершил два учебных плавания по Балтийскому морю. Блестяще сдав экзамены на офицерское звание, 1.05.1780 он был произведён в мичманы и назначен на корабль "Князь Владимир". В 1780-1781 Сенявин участвовал в экспедиции русской эскадры, отправленной к берегам Португалии для поддержания вооружённого нейтралитета во время Войны за независимость США.

В 1782 Сенявин был переведён на Азовскую флотилию и служил на корвете "Хотин". В 1783 он был произведён в лейтенанты, участвовал в устройстве Ахтиарского порта (Севастополь). С 1786 командовал пакетботом "Карабут", ходившим между Севастополем и Константинополем. Одним из первых важных заданий, успешно исполненных им, стала транспортировка дипломатической почты посольства России в Константинополе.

К началу Русско-турецкой войны (1787-1791) Дмитрий Сенявин дослужился до чина капитан-лейтенанта. Во время осады русскими войсками Очакова он осуществил успешную диверсию у берегов Малой Азии: уничтожил около десятка турецких торговых судов и сумел отвлечь внимание турецкого флота от района боевых действий. После победы русской армии под Очаковым Сенявин был отправлен в Санкт-Петербург, чтобы лично доложить императрице Екатерине II об одержанной победе.

Сенявин был известен своим крайне непочтительным отношением к командующему Фёдору Ушакову, за конфликт с которым однажды даже оказался в карцере с угрозой понижения в чине.

Во второй период войны получил чин капитана 2-го ранга и должность адъютанта при князе Григории Потёмкине. Позже командовал сначала боевым кораблём "Мученик Леонтий", затем кораблями "Св. Владимир" и "Навархия". 31.07.1791 отличился при разгроме турецкого флота в сражении у мыса Калиакра, а также в сражении близ Варны.

Во время войны Второй коалиции с Францией, Сенявин командовал линейным кораблём "Св. Пётр" и участвовал в походе эскадры Фёдора Ушакова в Средиземное море. В ходе операции по овладению Ионическими островами 2.11.1798 руководил захватом занятой французами крепости на острове Св. Мавра и принимал участие в штурме острова Корфу. После окончания похода в 1800 он был назначен командиром Херсонского порта, а в 1803 — Севастопольского порта. В 1804-1805 служил флотским начальником в Ревеле.

В 1805 Сенявин был произведён в вице-адмиралы и 10.09.1805 возглавил русскую эскадру из шести кораблей, посланную из Кронштадта в Средиземное море для борьбы с французами. По прибытии на Корфу вступил в командование всеми русскими морскими и сухопутными силами в Средиземноморье.

Во время Русско-турецкой войны (1806-1812) блокировал Дарданеллы. 10-11(22-23).05.1807 нанёс поражение турецкому флоту в Дарданелльском, а 19.06(1.07).1807 в Афонском сражениях. В этих сражениях противник имел численное преимущество, но Сенявин успешно применил новый приём, создав двойное превосходство сил на решающем участке боя.

Попытки турок прорвать блокаду Стамбула были сорваны, и русский флот установил контроль над Эгейским морем. Это заставило Порту пойти на заключение 12.08.1807 Слободзейского перемирия.

Согласно условиям Тильзитского мира 25.06.1807 Сенявин передал Франции бухту Каттаро на Адриатическом море, Ионические острова и в сентябре отплыл на родину. Однако после объявления Россией войны Великобритании, его корабли в конце октября были блокированы в Лиссабоне английским флотом и были принуждены к почётной сдаче. В августе 1808 Сенявин заключил с англичанами соглашение об интернировании эскадры в британских портах на время войны.

В августе 1809 Сенявин получил разрешение отвести эскадру в Ригу. По возвращении на родину он попал в немилость к Александру I и в 1811 был переведён на должность командира Ревельского порта. Во время Отечественной войны 1812 года Сенявин получил отказ на свою просьбу о зачислении в действующую армию и в апреле 1813 был уволен в отставку.

В связи с угрозой новой войны с Османской империей Сенявин был возвращён на службу и в 1825 назначен командующим Балтийским флотом. В 1826 произведён в адмиралы. В том же году был избран почётным членом Петербургской академии наук.

В 1830 Сенявин тяжело заболел и 5(17).04.1831 умер. Похоронен в Благовещенской церкви Александро-Невской лавры.


Багратион, Пётр Иванович (1765-1812).

Родился 29.06(10.07).1765. Правнук грузинского царя Вахтанга VI. Родители Петра переехали из Иверии (Грузии) в Кизляр в декабре 1766 года (задолго до присоединения Грузии к Российской империи).

Военную службу Пётр Багратион начал в 1783 рядовым в Астраханском пехотном полку, расквартированном в окрестностях Кизляра. В том же году участвовал в военной экспедиции на территорию Чечни и был произведён в сержанты.

В 1786 Багратион был переведён в Кавказский пехотный полк, где служил до июля 1791, последовательно пройдя все ступени военной службы от сержанта до капитана, в которые был произведён в мае 1790 года.

Багратион участвовал в Русско-турецкой войне (1787—1791), польских кампаниях 1792 и 1794 годов. Отличился при штурмах Очакова и Праги, во время последнего был замечен Суворовым и приближен им к себе.

В 1799 Багратион, в чине генерал-майора, выступил в Итальянский поход. При вступлении русских войск в Швейцарию он, командуя авангардом, отбросил французские войска, занимавшие Сен-Готард, перешёл через Чёртов мост, и одержав ряд побед, прикрывая отступление русских войск из Швейцарии.

После Швейцарского похода Суворова князь Багратион приобрёл популярность в высшем свете. 2.09.1800 император Павел I устроил свадьбу Багратиона с 18-летней фрейлиной, графиней Екатериной Павловной Скавронской. В 1805 легкомысленная красавица уехала в Европу и с мужем не жила. Багратион звал княгиню вернуться, но та оставалась за границей под предлогом лечения. Детей у них не было.

Багратион был участником войны против Наполеона в 1805—1807 годах. В кампании 1805 года, когда армия Кутузова совершала стратегический марш-манёвр от Браунау к Ольмюцу, Багратион возглавлял её арьергард. Его войска провели ряд успешных боёв, обеспечивая планомерное отступление главных сил. Особенно прославились они в сражении при Шёнграбене.

В сражении под Аустерлицем Багратион командовал войсками правого крыла союзной армии, которые стойко отражали натиск французов, а затем составили арьергард и прикрывали отход главных сил. В ноябре 1805 он получил чин генерал-лейтенанта.

В кампаниях 1806—1807 годов, вновь командуя арьергардом российской армии, Багратион отличился в сражениях у Прейсиш-Эйлау и под Фридландом в Пруссии. Наполеон составил мнение о Багратионе как о лучшем генерале российской армии.

Во время Русско-турецкой войны (1806—1812) Багратион был главнокомандующим Дунайской армией, и руководил боевыми действиями на левом берегу Дуная. Войска Багратиона овладели крепостями Мачин, Гирсово, Кюстенджа, разгромили у Рассавета 12-тыс. корпус отборных турецких войск, нанесли крупное поражение противнику под Татарицей.

В Русско-шведской войне (1808—1809) Багратион командовал 21-й пехотной дивизией, затем Абоским корпусом. Руководил Аландской экспедицией 1809 года, в ходе которой его войска, преодолев по льду Ботнический залив, заняли Аландские острова и вышли к берегам Швеции. Это стпло одной из причин, заставивших Швецию поторопиться с заключением мира. Весной 1809 он был произведён в генералы от инфантерии.

С августа 1811 Багратион был главнокомандующим Подольской армией, переименованной в марте 1812 года во 2-ю Западную армию. Предвидя возможность вторжения Наполеона в пределы России, Багратион выдвинул план, который предусматривал заблаговременную подготовку к отражению агрессии.

В Отечественную войну 1812 года, командуя 2-й Западной армией, смог избежать потерь от превосходящих сил французов и соединиться под Смоленском с войсками Барклая де-Толли. 26.08(7.09).1812 в Бородинском сражении Багратион командовал левым крылом русской армии, находясь постоянно под жестоким огнём, отразил все атаки армии Наполеона, однако из-за тяжелейших потерь в середине дня, уже после тяжелого ранения Багратиона, отступила за Семеновский ручей.

Сам Багратион был тяжело ранен (осколок ядра раздробил генералу большеберцовую кость левой ноги). Генерал был отправлен в Москву, а затем в Сергиев-Посад и, наконец, в село Сима Владимирской губернии. Несмотря на все принятые меры началась гангрена и 12(24).09.1812 Багратион умер. Сначала его похоронили в Богоявленской церкви в том же селе. В 1839 его прах был торжественно перезахоронен на Бородинском поле.


Зубов, Платон Александрович (1767-1822).

Платон родился 15(260.11.1767. Он был сыном Алекандра Никоолаевича Зубова, управляющего имениями фельдмаршала Николая Ивановича Салтыкова.

В 1789 Платона Зубова представили императрице Екатерине II. Хитростью и лукавством заслужив доверие и симпатии стареющей императрицы и при полном отсутствии боевых заслуг возвысился от чина секунд-ротмистра Конной гвардии до звания генерал-фельдцейхмейстера в 1793 году и начальника черноморского флота в 1796 году.

Потёмкин вскоре узнал, что у государыни появился "больной зуб" (так называли Зубова при дворе). Когда ему сообщили, что Екатерина возвела фаворита в княжеское достоинство, он пришёл в бешенство и тут же решил ехать в Петербург, но вскоре умер.

После смерти Потёмкина Зубов стал генерал-губернатором Новороссии, президентом Коллегии иностранных дел, а к 1793 — самым влиятельным, после Екатерины II, человеком в Российской империи. По отношению к окружению императрицы Зубов стал дерзким до наглости, спесивым до чванства, властолюбивым и надменным.

Суворов относился к деятельности Зубова неодобрительно и при всяком удобном случае открыто высказывал это, громко отзываясь о Зубове как о негодяе и болване. Как-то Зубов принял Суворова в Зимнем дворце по-домашнему, в сюртуке; когда же фаворит приехал к нему с ответным визитом, Суворов принял его в одном нижнем белье.

В годы фавора большую известность, влияние, титулы, награды и огромные богатства приобрели отец Платона Зубова, сестра Ольга Жеребцова и братья Николай, Дмитрий и Валериан, а также другие родственники и знакомые Зубовых.

Во внешней политике Платон Зубов выступал за союз со Швецией и Пруссией, покровительствовал эмигрантам, бежавшим в Россию из революционной Франции. Он был одним из организаторов третьего раздела Речи Посполитой, в результате которого вошёл в число крупнейших землевладельцев Литвы.

Он же был инициатором войны c Персией, начавшейся в 1796 году. С вступлением на престол Павла I военные действия были остановлены.

Павел I обошёлся с Зубовым сначала ласково, но вскоре ему было велено выехать за границу и имения его, кроме родовых, были отобраны в казну. Осенью 1798 Зубов получил высочайшее повеление возвратиться в Россию и вместе с братом Валерианом был отдан под надзор владимирского губернатора Рунича. По предложению военного губернатора Петербурга графа Петра Палена, Зубов в 1800 вернулся в Петербург и получил обратно свои конфискованные имения.

Однако Зубов не испытывал чувства благодарности и охотно примкнул к заговору против императора и был вместе с братом Николаем, который первым нанёс императору удар своей золотой табакеркой, в числе непосредственных участников убийства. После воцарения Александра I положение Зубова было очень непрочно. К нему относились подозрительно; над ним был учреждён тайный полицейский надзор.


Аракчеев, Алексей Андреевич (1769-1834).

Алексей родился 23.09(4.10).1769 в бедной помещичьей семье. Первоначальное образование под руководством сельского дьячка состояло в изучении русской грамоты и арифметики. К последней науке мальчик чувствовал большую склонность и усердно занимался ею. На продолжение образования у его отца не было денег, и ему с большим трудом удалось устроить сына в артиллерийский кадетский корпус.

Благодаря большим способностя, особенно в математике, Алексей в 1787 с успехом закончил артиллерийский кадетский корпус, и по рекомендации графа Салтыкова, сыновьям которого он свободное время давал уроки по артиллерии и фортификации, был назначен наследником престола Павлом Петровичем комендантом Гатчины, а впоследствии начальником всех его сухопутных войск. Аракчеев в полной мере оправдал рекомендацию точным исполнением возлагавшихся на него поручений, неутомимой деятельностью, знанием военной дисциплины, строгим подчинением себя установленному порядку.

После восшествия на престол императора Павла I Аракчеев был назначен комендантом Санкт-Петербурга. Он быстро продвигался в чинах и получал награды. Он был произведён в генерал-майоры и в майоры гвардии Преображенского полка. Стал кавалером ордена Св. Анны 1-й степени; в 1797 году ему было пожаловано баронское достоинство и орден Св. Александра Невского. Кроме того, государь, зная недостаточное состояние барона Аракчеева, пожаловал ему две тысячи крестьян с предоставлением выбора губернии. Аракчеев выбрал село Грузино в Новгородской губернии, ставшее впоследствии историческим местом.

После кратковременной отставки весной 1798 Аракчеев снова был принят на службу и назначен командиром гвардии артиллерийского батальона и инспектором всей артиллерии. В том же году он был введён в графское достоинство. На своём гербе он поместил девиз — "Без лести предан". Но 1.10.1798 опять отставлен от службы.

После восшествия на престол Александра I Аракчеев снова был принят на службу инспектором всей артиллерии и командиром лейб-гвардии артиллерийского батальона. Он был назначен председателем комиссия по преобразованию артиллерии. Комиссия выработала систему орудий, позднее названой аракчеевской или системой 1805 года, приведя в соответствие соотношение калибра пушек и длины её ствола с массами ядра, ствола и лафета.

В 1803 Аракчеев был назначен инспектором всей артиллерии и командиром лейб-гвардии артиллерийского батальона. 20.11(2.12).1805 в сражении под Аустерлицем он командовал пехотной дивизией. Атаковал уланов Мюрата, но эта атака провалилась, а сам Аракчеев был ранен.

В 1807 Аракчеев был произведён в генералы-от-артиллерии, в январе 1808 назначен военным министром и генерал-инспектором всей пехоты и артиллерии с подчинением ему комиссариатского и провиантского департаментов. Во время управления министерством Аракчеевым были изданы новые правила и положения по разным частям военной администрации, упрощена и сокращена переписка, учреждены запасные рекрутские депо и учебные батальоны; артиллерии была дана новая организация, приняты меры к повышению уровня специального образования офицеров, упорядочена и улучшена материальная часть. Особенным вниманием Аракчеева пользовалась артиллерия. Реорганизация артиллерии и повышение её боеспособности показало себя в Отечественную войну 1812 года.

Аракчеев принимал деятельное участие в Войне со Швецией (1808-1809). Некоторые генералы, ввиду приказа государя перенести театр войны на шведский берег, ссылались на разные затруднения, но Аракчеев действовал энергично. Барклай де Толли совершил славный переход через пролив Кваркен, а Шувалов занял Торнио. 5(17).09.1809 русскими и шведскими уполномоченными был подписан Фридрихсгамский мир, по которому к России отошли Финляндия, часть Вестерботтена до реки Торнио и Аландские острова.

1.01.1810 Аракчеев был назначен председателем департамента военных дел во вновь учреждённом тогда Государственном совете, с правом присутствовать в Комитете министров и сенате. При приближении Наполеона Аракчеев снова был призван к управлению военными делами. Во время Отечественной войны главным предметом забот Аракчеева было образование резервов и снабжение армии продовольствием.

После установления мира доверие императора к Аракчееву возросло до того, что на него было возложено исполнение высочайших предначертаний не только по вопросам военным, но и в делах гражданского управления.

В это время Александра I стала занимать мысль об организации в обширных размерах военных поселений. По некоторым сведениям, Аракчеев сначала обнаруживал явное несочувствие этой мысли, но ввиду непреклонного желания государя, педантично исполнял его указания, с неумолимой строгостью подавляя бунты поселян, насильственно отрываемых от вековых, исторически сложившихся обычаев и привычного строя жизни.

28.07(9.08).1821 императором был учреждён Сибирский комитет для рассмотрения нового благоустройства всех частей управления Сибирью, выработанное Сперанским, и граф Аракчеев был включён в его первый состав.

Будучи влиятельнейшим вельможей, Аракчеев из скромности неоднократно отказывался от пожалованных ему наград и милостей. Имея орден Александра Невского, он отказался от пожалованных ему ордена Св. Владимира и ордена Св. Андрея Первозванного и только оставил себе на память рескрипт на этот орден. Удостоившись пожалования портрета государя, украшенного бриллиантами, Алексей Андреевич бриллианты возвратил, а самый портрет оставил. Император неоднократно посещал Аракчеева в его имении.

Ещё в молодости Аракчеев купил себе дворовую девицу Настасью Фёдоровну Минкину и привёз её в Грузино. Она оказалась на редкость сообразительной, быстро вникла в домовое хозяйство, умела считать, вскоре выучилась довольно грамотно писать. Аракчеев доверял любовнице всецело и поручил ей вести дом и командовать дворней. Минкина оказалась на редкость жестокой женщиной. Она истязала всех дворовых.

10.09.1825 один из дворовых, Василий Антонов, зарезал Настасью Минкину, после того как его сестру избили батогами до полусмерти. Аракчеев был вне себя от горя. Всех, кого следствие посчитало виновными, приговорили к наказанию кнутом и каторжным работам. Василия Антонова и его сестру запороли тут же насмерть, еще одна женщина умерла через несколько дней. Остальные после заживления ран отправились по этапу в Сибирь.

В романе Булгакова "Мастер и Маргарита" Минкина упоминается в главе "Великий бал у Сатаны". Представляя её Коровьев говорит: "Госпожа Минкина, ах как хороша! Немного нервозна. Зачем же было жечь лицо горничной щипцами для завивки! Конечно, при этих условиях зарежут!"

Вскоре Аракчеева постиг новый удар – 19.11(1.12).1825 в Таганроге скончался император Александр I. Погруженный в своё горе, а затем занятый возмездием, граф не исполнил своего долга, попросту говоря, прозевал восстание декабристов. С началом царствования Николая I Аракчеев был отправлен в отставку с сохранением звания члена Государственного совета.

Относясь к императору Александру I почти благоговейно, Аракчеев сохранил это чувство и после его смерти и завещал крупную сумму тому, кто напишет лучшую историю царствования Александра I. Он заказал себе в Берлине бронзовые часы с бюстом Александра I, которые играют один раз в сутки, около 11 часов дня (когда император скончался) — молитву "Со святыми упокой".

Граф Аракчеев умер 21.04(3.05).1834 "не спуская глаз с портрета Александра I, в его комнате, на том самом диване, который служил кроватью Самодержцу Всероссийскому". Николай I передал Грузино Новгородскому кадетскому корпусу, получившему с тех пор название Аракчеевского, с тем, чтобы он обращал доходы, получаемые с имения, на воспитание благородного юношества и принял имя и герб завещателя.

С детства угрюмый и необщительный, Аракчеев оставался таким и в продолжение всей жизни. При недюжинном уме и бескорыстии он умел помнить и добро, когда-либо кем ему сделанное. Суровость его нередко переходила в жестокость, и время его почти безграничной власти было своего рода террором, так как все трепетали перед ним. Он любил строгий порядок и был предельно требователен, вследствие чего оставил по себе недобрую память.

Аракчеев всю свою жизнь люто ненавидел традиционно укоренившееся в российском обществе казнокрадство и взяточничество. Пойманные с поличным лица немедленно изгонялись со своих должностей. Волокита и вымогательство с целью получения взятки беспощадно им преследовались.

Возможно именно поэтому в либеральных кругах того времени "аракчеевщина" воспринималась как режим реакционного полицейского деспотизма и грубого произвола. Сам не ворует и другим не даёт.

Советскими историками деятельность графа категорически негативно оценивалась, как уродливое проявление российского самодержавия.


Панин, Никита Петрович (1770-1837).

Единственный сын графа Петра Панина и его жены Марии Родионовны. После смерти матери воспитывался в Петербурге у дяди, графа Никиты Ивановича Панина, в честь которого и был назван.

После смерти дяди вернулся в Москву к отцу и засел за изучение военных наук. Его отец был близок к наследнику престола, Павлу Петровичу, и стремился внушить эту привязанность своему сыну. Когда великий князь отправился в Финляндию для участия в военных действиях против шведов, Панин прислал к нему сына волонтёром; в этой кампании он получил чин бригадира.

По возвращении из похода 18-летний Панин влюбился в графиню Софью Владимировну Орлову и, несмотря на отвращение отца к екатерининским фаворитам, женился на ней в 1789. Его отец не дожил до свадьбы. Через год Панин был принят великокняжеским двором на службу, но скоро рассорился с цесаревичем и стал добиваться у его матери назначения послом к одному из европейских дворов. Императрица Екатерина II, хотя и произвела единственного оставшегося в живых графа Панина в камергеры, не очень-то его жаловала; через два года он был направлен в Гродно губернатором и командиром бригады.

После вступления на престол Павел I призвал к себе Панина и дал ему звание генерал-майора, но он, не любя военную службу, перешёл на дипломатическое поприще, вступив в члены Коллегии иностранных дел. В 1797 Панин был назначен послом в Берлин, с поручением действовать в интересах сближения с революционной Францией, на котором настаивал министр иностранных дел Ростопчин.

Заклятый враг всяких республик, Панин считал русско-французский союз "постыдным делом" и, вопреки своим инструкциям, тайком налаживал коалицию против революционной французской директории ("пять разбойников, правящих Францией под именем директоров" как он её называл).

В конце 1799 Панин был назначен вице-канцлером. Горячий сторонник столь лелеемого его дядей союза с Австрией и Англией против французов, он тем не менее стремительно терял реальное влияние на дела.

Став в начале 1800 уже действительным тайным советником, Панин начал интриговать с английским посланником Витвортом и вице-адмиралом Дерибасом за отречение императора от престола в пользу его сына Александра Павловича, с которым он тайно встречался в дворцовой бане. Впоследствии граф Панин ставил себе в заслугу то, что "первым развернул перед глазами наследника горестную картину опасностей, которые грозили гибелью государству".

В ноябре 1800 Павел I, называвший Панина "римлянином", уволил его от службы и сослал в родительское имение Дугино. Затем ему было дано позволение жить в окрестностях Москвы.

Панин был одним из организаторов заговора, приведшего к убийству императора Павла, но личного участия в нём не принимал.

После вступления на престол Александра I, Панин немедленно был вызван из ссылки и занял прежний пост вице-канцлера, чем вызвал неудовольствие своей матери, громогласно осуждавшей поведение вице-канцлера в год, предшествовавший гибели супруга.

Вскоре новый император охладел к своему министру. 30.09.1801 Панин был уволен в трёхлетний отпуск, после чего выехал за границу. По возвращении на родину ему было запрещено проживать в столицах. С тех пор он жил преимущественно в родительском имении Дугино, которое всячески благоустраива.

Опала Панина продлилась свыше 30 лет и не была смягчена даже после смерти Александра I. Склонный ко всему сверхъестественному и чудесному, он занимался в деревенской глуши изучением разных оккультных наук и магнетизма. Он умер 1.03.1837.

По отзывам современников он был человек крутой, прямолинейный, самоувененный с непомерно развитым честолюбием, с ледяною внешностью; при одном взгляде на его высокую, сухую фигуру, с неподвижным лицом и резким, холодным взглядом многие чувствовали к нему антипатию.


Милорадович, Михаил Андреевич (1771-1825).

Потомок выходцев из Герцеговины, Михаил Андреевич родился 1(12).10.1771 и приходился правнуком Михаилу Ильичу Милорадовичу, сподвижнику Петра I.

Михаил был записан в гвардию, с семи лет прохоил обучение за границей — в Германии и во Франции. В апреле 1787 он был произведён в прапорщики и принял участие в Русско-шведской войне (1788-1790). 1.01.1790 был произведён в поручики, 1.01.1792 — капитан-поручики, 1.01.1796 — капитана, 16.09.1797 — полковника, 27.07.1798 — генерал-майора и шефа Апшеронского мушкетерского полка.

Осенью 1798 со своим полком под начальством Александра Суворова Милорадович участвовал в Итальянском и Швейцарском походах; всегда шёл в атаку впереди своего полка, и не раз его пример оказывался решающим для исхода боя. Суворов полюбил Милорадовича и не упускал случая предоставлять ему возможность отличаться на ратном поле.

В 1805 в составе сил антинаполеоновской коалиции Милорадович возглавил один из отрядов, направленных на помощь австрийцам. За проявленные качества получил чин генерал-лейтенанта. Принимал участие в сражении при Аустерлице.

В Русско-турецкой войне (1806-1812) Милорадович командовал корпусом, который 13.12.1806 освободил от турок Бухарест, в 1807 нанёс поражение туркам при Турбате и Обилешти. 29.09.1809 за победу при Рассевате был произведён в генералы от инфантерии.

С апреля 1810 Милорадович был киевским военным губернатором. 9.07.1811 на киевском Подоле начался разрушительный пожар, уничтоживший почти весь нижний город. Генерал-губернатор лично руководил тушением пожара. Не добившись выплаты компенсации погорельцам за счёт казны, Милорадович обратился к киевскому дворянству, которое охотно оказало помощь, и таким образом кризис, возникший после стихийного бедствия, удалось преодолеть.

В 1812 АлесандрI поручил Милорадовичу формировать в Калуге резервные войска из полков Левобережной, Слободской Украины и юга России. 22.10.1812 в сражении под Вязьмой авангард русской армии под командованием Милорадовича и донского атамана Матвея Платова (25 тыс. человек) нанёс поражение французам (37 тыс. человек).

В Бородинском сражении Милорадович командовал правым крылом I армии. Затем возглавил арьергард, сдержал войска французов, чем обеспечил отход всей русской армии.

После отхода французов из Москвы Милорадович успешно преследовал их до границ Российской империи. 4-7(16-19).10.1813 в "Битве народов" под Лейпцигом он командовал русской и прусской гвардиями, а затем участвовал во взятии Парижа.

Милорадович в награду первым получил право носить на эполетах вензель императора, а за умелое руководство войсками в заграничном походе — титул графа Российской империи.

Назначенный 19.08.1818 генерал-губернатором Петербурга Милорадович занялся улучшением состояния городских тюрем и положения заключенных, организовал антиалкогольную кампанию, уменьшив количество кабаков в городе и запретив устраивать в них азартные игры.

После смерти императора Александра I Милорадович потребовал и добился присяги Константину Павловичу. Когда последний отказался царствовать, Милорадович при полном параде явился на Сенатскую площадь 14(26).12.1825 убеждать войска, уже присягнувшие Константину, переприсягнуть Николаю. Один из декабристов, Пётр Каховский выстрелил ему в спину, а Евгений Оболенский нанёс удар штыком. Милорадович умер через несколько часов, перед смертью продиктовав свою последнюю волю, в которой просил отпустить на волю всех своих людей и крестьян.

Милорадович был прирождённым воином, в минуты наибольшей опасности был особенно оживлён и весел, имел редкий дар говорить с солдатами и, не щадя себя, делил с ними все невзгоды военного времени. Главным качеством, снискавшим уважение среди своих солдат и у противника, была храбрость и бесстрашие, граничащее с безрассудством. Французы называли его русским Баярдом (один из рыцарей легендарного Круглого стола); в России его сравнивали с французским Мюратом. И он не уступал в храбрости обоим.


Раевский, Николай Николаевич (1771-1829).

Родился 16(28).09.1829. Раевские — старинный дворянский род польского происхождения, представители которого служили русским государям со времён Василия III.

Записанный ещё в младенчестве в военную службу, (1771-1829) 20-ти лет был уже полковником лейб-гвардии Семеновского полка, отчасти благодаря родству с князем Потемкиным.

Участвовал в военных действиях против турок и поляков. Командуя Нижегородским драгунским полком, участвовал при взятии Дербента (1796).

Оклеветанный перед Павлом I, Раевский был временно исключен из службы. Всё время правления Павла отставной полковник жил в провинции.

В 1801, с воцарением Александра I, Раевский вернулся в армию: новый император пожаловал ему чин генерал-майора. Однако всего через полгода Раевский снова оставил службу, на этот раз по собственному желанию.

С начала войны с Францией Раевский подал прошение о зачислении в действующую армию. Во время кампании 1807 находился в авангарде под начальством князя Петра Багратиона и командовал егерской бригадой. Раевский участвовал во всех крупных сражениях этого периода: 5 июня — при Гуттштадте, 6 июня — при Анкендорфе, 7-8 июня — при Деппене, 9 июня снова при Гуттштадте.

10 июня в сражении при Гейльсберге он получил ранение пулей в колено, но остался в строю. 14 июня в битве под Фридландом командовал всеми егерскими полками, а при отступлении армии к Тильзиту руководил всем арьергардом. За участие в этих боевых операциях Раевский был награждён орденами Св. Владимира 3 ст. и Св. Анны 1 ст.

В Русско-шведскую войну (1808-1809) Раевский вместе с Барклай де-Толли и Каменским одержал над шведами ряд блестящих побед. За отличия в боях со шведами Раевский был произведён в генерал-лейтенанты.

В 1810 во время Русско-турецкой войны (1806-1812), командуя корпусом, особенно отличился при осаде Силистрии. За участие в этой операции Раевский был награждён шпагой с бриллиантами.

В Отечественную войну 1812 года, командуя дивизией в армии Багратиона, задерживал наступление Наполеона. В сражении у деревни Салтановка 23.07.1812 корпус Раевского в течение десяти часов сражался с пятью дивизиями корпуса маршала Даву. В критический момент Раевский лично повёл в атаку Смоленский полк, был ранен картечью в грудь, но его героическое поведение вывело солдат из замешательства, и они, бросившись вперёд, обратили противника в бегство. Это позволило Багратиону соединиться под Смоленском с армией Барклая.

16 августе он с 15 тыс. дивизией в течение суток защищал Смоленск против превосходящих сил неприятеля до подхода корпуса Дмитрия Дохтурова.

Во время Бородинского сражения Раевский с своим корпусом стоял на правом фланге левого крыла армии, против которого были устремлены почти все силы французов. Блестящая защита батареи на Курганной высоте, получившей его имя, дала Раевскому неувядаемую славу. Французам удалось ворвались на высоту, но в завязавшемся ожесточённом рукопашном бою французы понесли значительные потери, три генерала были ранены, один взят в плен. За героическую оборону Курганной высоты Раевский был награждён орденом Александра Невского

Под Малоярославцем он вместе с Дохтуровым удачно защищал Калужскую дорогу. В сражении под Красным Раевский содействовал окончательному поражению наполеоновской армии.

В 1813 он участвовал в сражениях под Бауценом, Дрезденом, Кульмом, "Битве народов" под Лейпцигом (во время последнего был ранен пулей в грудь, но оставался на лошади до конца битвы). За этот подвиг он был произведён в генералы от кавалерии.

В 1814 под Бар-Сюр-Обом командовал армией вместо раненого графа Витгенштейна. Под Арсисом после кровопролитной битвы первым вошёл в город, а затем преследовал неприятеля до Парижа.

Раевский был женат на Софье Алексеевне Константиновой (1769—1844) внучке Ломоносова по материнской линии. Одна из их дочерей вышла замуж за Сергея Волконского (1788-1865). После восстания декабристов, были арестованы и высланы в Сибирь сразу трое близких ему людей: брат Василий Львович и зятья — Михаил Орлов (1788-1842) и Сергей Волконский. С последним в Сибирь последовала дочь Мария (1805-1863).

26.01.1826 вступивший на престол император Николай I назначил Раевского членом Государственного совета. Скончался Раевский 16(28).09.1829.


Сперанский, Михаил Михайлович (1772-1839)

Знаменитый государственный деятель. Сын священника, учился во Владимирской семинарии, а затем в главной семинарии при Александро-Невском монастыре в Петербурге. Ещё в семинарии познакомился с произведениями Вольтера и Дидро.

В 1797 Сперанский поступил на службу в канцелярию генерал-прокурора. Вскоре по восшествии на престол императора Александра I Сперанский получил звание статс-секретаря и в 1802 перешёл на службу в министерство внутренних дел.

В 1805 император приблизил Сперанского к себе, часто беседовал с ним, а в 1808 поручил ему подготовить проекты государственных преобразований, предусматривающих разделение законодательной, судебной и исполнительной властей под их взаимным контролем.

Подготовленное Сперанским "Введение к уложению государственных законов" в частности предусматривало передачу политических прав дворянству и среднему сословию, на условиях владения определённой недвижимой собственностью. Остальные сословия должны были иметь общие гражданские права, исключая права политические.

Предложения Сперанского встретило противодействие, выразителем мнений его противников явился Николай Михайлович Карамзин, занимавший при императоре должность историографа, который утверждал, что государь не имеет даже права ограничивать свою власть.

В конце 1808 Сперанский был назначен товарищем министра юстиции, и ему было поручено составление нового гражданского уложения. В этой работе он в значительной степени пользовался Кодексом Наполеона.

Сперанским были недовольны не только консерваторы вроде Карамзина и московского генерал-губернатора Фёдора Васильевича Ростопчина, но также широкие круги аристократии и чиновничества после подготовки им в 1809 указов "О придворных званиях" и "Об экзаменах на гражданские чины", ограничивающих получение тех и других без необходимой подготовки.

По пручению императора Сперанский подготовил план финансов на 1810 год, предусматривающий преодоление дефицита. Этим планом предусматривалось сократить государственные расходы, увеличить подати и налоги, все находящиеся в обращении ассигнации признать государственным долгом, для погашения которого предлагалось продать ненаселённые государственные земли и выпустить внутренний займ. Выпуск новых ассигнаций было предположено прекратить.

В связи с угрозой дефицита на 1812 год были установлены временные прибавки в податях и новые пошлины, ответственным за которые общественное мнение делало Сперанского. Новый таможенный тариф, в составлении которого участвовал Сперанский, был встречен в России сочувственно, но разгневал Наполеона, как явное уклонение от т.н. "континентальной системы", предусматривающей запрет на торговлю с Англией.

Кроме того Сперанский занимался устройством финляндского совета (впоследствии сейма).

В 1812 в результате интриг Сперанский внезапно был отправлен в ссылку в Нижний Новгород, а потом в Пермь, где в 1816 был назначен на должность губернатора. В 1819 он был назначен сибирским генерал-губернатором, причём государь в собственноручном письме писал ему, что этим назначением желает явно доказать, насколько несправедливо враги оклеветали его.

Служба в Сибири охладила политические мечтания Сперанского. В 1821 он возвратился в Петербург, но уже совершенно иным человеком. Это был уклончивый сановник, не гнушающийся льстивого угодничества даже перед Аракчеевым, выступив с похвальным словом по поводу организации последним военных поселений.

В царствование императора Николая I Сперанский участвовал в составлении "Свода Законов", обнародованного в 1833.

Возведённый 1.01.1839 в графское достоинство, Сперанский скончался 11 февраля того же года.


Ермолов, Алексей Петрович (1777-1861).

Родился 24.05(4.06).1777 в Москве. Происходил из старинной, но небогатой дворянской семьи. По матери Алексей Ермолов находился в родстве с Давыдовыми, Потёмкиными, Раевскими, Орловыми и Каховскими. Знаменитый партизан и поэт Денис Давыдов доводился ему двоюродным братом.

Как тогда было принято, ещё во младенчестве Ермолов был записан в военную службу: в 1778 он был зачислен каптенармусом лейб-гвардии Преображенского полка, а вскоре — сержантом этого полка. Образование он получил в Московском университетском пансионе, который готовил к военной, статской, придворной и дипломатической службе. В детстве Ермолов зачитывался Плутархом, особенно жизнеописаниями Цезаря и Александра Македонского.

В 1792 в чине капитана гвардии 15-летний Алексей переехал в Петербург и был зачислен в Нижегородский драгунский полк, стоявший на Кавказе, но остался в Петербурге адъютантом при генерал-прокуроре графе Самойлове, у которого отец Ермолова был тогда правителем канцелярии.

Вскоре Ермолов поступил в шляхетский артиллерийский корпус, в 1793 выдержал экзамен с особым отличием и, в составе корпуса Дерфельдена, уже артиллеристом, выступил в поход против Польши.

Боевое поприще начал в артиллерии, под начальством Суворова. Во время Польской кампании (подавления Польского восстания под предводительством Тадеуша Костюшко) отличился, командуя батареей, при штурме предместья Варшавы, за что был удостоен ордена Святого Георгия 4-й степени.

В 1795 Ермолов был направлен в Италию, но никаких обязанностей не нёс и путешествовал по городам Италии, посещая музеи и прочие значимые культурные объекты. Именно в это время Ермолов заложил основы своих коллекции гравюр и личной библиотеки.

Получив разрешение на зачисление в действующую австрийскую армию, Ермолов в качестве волонтёра был причислен к кроатской иррегулярной лёгкой кавалерии, в частях которой принимал участие в боевых действиях против французской армии на севере Италии в Приморских Альпах.

В 1796 Ермолов принял участие в Персидском походе под начальством генерал-аншефа графа Валериана Зубова (брата фаворита Екатерины II). За отличие при осаде крепости Дербент был удостоен ордена Св. Владимира 4-й степени с бантом.

В 1798 (при императоре Павле I) внезапно подвергся опале, был заключён в крепость, а затем сослан в Костромскую губернию. Здесь ссылку с ним делил Матвей Платов, ставший с той поры его другом. Ермолов усердно занимался самообразованием, выучился у местного протоиерея латинскому языку и в подлиннике читал римских классиков.

С воцарением императора Александра I Ермолов был снова принят на службу и принимал деятельное участие в войнах с Наполеоном в 1805-1807.

Под Амштеттеном Ермолов остановил неприятеля и дал эскадронам возможность собраться и удержаться на месте под сильным натиском противника. Однако во время смотра в Вильне Аракчеев высказал неудовольствие утомлённостью лошадей роты Ермолова, на что услышал: "Жаль, Ваше сиятельство, что в артиллерии репутация офицеров зависит от скотов". Будущий военный министр принял это замечание на свой счёт и, будучи уязвлён, какое-то время препятствовал карьере молодого офицера, но впоследствии стал его покровителем.

В сражении под Аустерлицем Ермолов, под которым была убита лошадь, был захвачен в плен, но полк елисаветградских гусар отбил его у французов.

25-26.01(7-8.02).1807 Ермолов отличился в битве при Прейсиш-Эйлау. Бомбардировкой из орудий своей конно-артиллерийской роты Ермолов остановил наступление французов, чем спас армию.

Будучи начальником штаба армии Барклая де-Толли, Ермолов особенно отличился в Бородинской битве, где вырвал из рук противников взятую уже ими батарею Раевского. В течение трёх часов Ермолов оставался на батарее, руководя её обороной, пока не получил ранение в шею.

Перед заграничным походом, Ермолов был назначен начальником артиллерии всех действующих армий, но после поражения русско-прусской армии при Лютцене, руководивший тем сражением генерал Витгенштейн назвал причиной того поражения недостаток зарядов для артиллерии, обвинив в том Ермолова, вследствие чего, последний был снят с занимаемой им должности.

Во сражения под Бауценом, Ермолов, командуя арьергардом, довольно продолжительное время отбивал атаки французских войск под началом самого Наполеона, дав тем самым возможность союзникам отступить за реку Лёбау без крупных потерь.

В сражении под Кульмом, Ермолов находился в центре сражения на протяжении целого дня против вдвое превосходящего по численности противника. За проявленное в бою мужество прямо на месте битвы он был награждён орденом Св. Александра Невского, а от прусского короля получил крест Красного орла 1-й степени.

В 1816 Ермолов был назначен главноуправляющим в Грузию и командиром отдельного кавказского корпуса. С 1818 он рукововодил военными операциями в войне с горцами на территории Чечни, Дагестана и на Кубани, занимаясь при этом постройкой новых крепостей (Грозная, Внезапная, Бурная). Он подавил беспокойства, возникшие в Имеретии, Гурии, Мингрелии, и присоединил к русским владениям Абхазию, ханства Карабагское и Ширванское.

В деле управления краем Ермолов показал себя выдающимся администратором и государственным человеком. Благосостояние края увеличилось поощрением торговли и промышленности, были организованы лечебные учреждения при местных минеральных водах, значительно улучшена Военно-Грузинская дорога.

В 1826 внезапное вторжение войск Аббаса-Мирзы и вызванный этим мятеж магометанского населения поставили малочисленные русские войска в трудное положение. Это вызвало неудовольствие императора Николая I и в Грузию, как бы в помощь Ермолову, был послан Паскевич, которому было поручено доносить обо всём императору. Это подало повод к трениям между обоими генералами.

29.03.1827 Ермолов был освобождён от всех должностей, покинул Кавказ и окончательно удалился от дел. Отставка Ермолова вызвала большой резонанс в передовых общественных кругах. Первое время Ермолов жил в усадьбе под Орлом. Здесь в 1829 по дороге в Эрзерум его навестил А.С.Пушкин.

Последние годы своей жизни он пользовался почётом и уважением. В Восточную войну (1853-1856) москвичи избрали его начальником ополчения своей губернии, но это звание было лишь почётным, так как престарелый генерал был неспособен больше к военной деятельности.

Ермолов умер в Москве 11(23).04.1861 и был похоронен в Орле, в особом приделе Свято-Троицкой кладбищенской церкви.


Воронцов, Михаил Семёнович (1782-1856).

Родился 19(30).05.1782. Сын Семёна Воронцова, с детства жил при отце в Лондоне, где получил блестящее образование. Ещё грудным ребёнком записанный в бомбардир-капралы лейб-гвардии Преображенского полка, он уже 4 лет от роду был произведён в прапорщики.

В 1803 Воронцов принял участие в Кавказской войне. Он был прикомандирован к кавказским войскам, и состоял при главнокомандующем князе Цицианове. 3.01.1804 участвовал в штурме Гянджи. 15 января того же года едва не погиб во время неудачной экспедиции Гулякова в Закатальское ущелье.

Во время войны Четвёртой коалиции против Наполеона Воронцов в должности бригад-майора в сентябре 1805 был отправлен в шведскую Померанию с десантными войсками генерал-лейтенанта Толстого и был при блокаде крепости Гамельн. 14(26).12.1806 он участвовал в сражений под Пултуском, а 2(14).06.1807, командуя 1-м батальоном Преображенского полка участвовал в битве при Фридланде.

Во время Русско-турецкой войны (1806-1812) Воронцов, назначенный командиром Нарвского пехотного полка, отправился в Турцию, где участвовал в штурме Базарджика. В 1810 он отправился на Балканы и принял участие в сражении под Шумлой — а потом занял Плевну, Ловчу и Сельви. 22.06(4.07).1811 он участвовал в Рущукском сражении, а затем в сражениях под Калафатом и под Виддином.

В Отечественную войну 1812 года Воронцов находился сначала в армии князя Петра Багратиона и принимал участие в сражении при Смоленске.

26.08(7.09).1812 в Бородинском сражении его дивизия на протяжении всего боя находилась на Багратионовых флешах. Наступающие французские части постоянно сменяли друг друга, их атаки перемежались сильным огнём артиллерии. Несмотря на огромные потери (к концу боя в строю оставалось 300 человек из 4 тысяч), дивизия Воронцова удерживала позицию до самой последней возможности. Сам Воронцов в рукопашном бою получил рану штыком.

Отправляясь на излечение в своё имение, он пригласил туда же около 50 раненых офицеров и более 300 рядовых, пользовавшихся у него заботливым уходом.

Едва поправившись, Воронцов вернулся в строй и был назначен в армию Чичагова, причём ему был вверен отдельный летучий отряд. В составе Северной армии он участвовал в сражении под Денневицем и в "Битве народов" под Лейпцигом. В 1814 при Краоне он блистательно выдержал сражение против самого Наполеона, в сражении под Парижем, командуя особым отрядом, с боя занял предместье ла-Вилетт.

В 1815-1818 Воронцов был командиром оккупационного корпуса, занимавшего Францию, и оставил по себе там самые лучшие воспоминания. Перед выводом оккупационного корпуса Воронцов из собственных средств заплатил местным жителям все долги офицеров и солдат. Чтобы расплатиться c французскими кредиторами он был вынужден продать имение Круглое, полученное по наследству от родной тётки — княгини Екатерины Дашковой.

Возвратясь в Россию, Воронцов командовал пехотным корпусом, а 7(19).05.1823 был назначен новороссийским генерал-губернатором и полномочным наместником Бессарабской области.

Будучи губернатором он способствовал развитию в крае земледелия и промышленности, расширению торгового значения и увеличению благосостояния Одессы (при нём построена знаменитая Потёмкинская лестница и купеческая биржа на Приморском бульваре), занимался развитием и усовершенствованием виноделия в Крыму, устройством превосходного шоссе, окаймляющего южный берег полуострова, разведением тонкорунных овец. В Никитском ботаническом саду заложил основы садово-паркового искусства на Южном берегу Крыма.

В его губернаторство были построены: Каменная лестница в Таганроге, Храм Св. Иоанна Златоуста в Ялте, Храм во имя всех Крымских Святых и святого великомученика Феодора Стратилата в Алуште. В Алупке им был построен знаменитый Воронцовский дворец, предназначенный для летней резиденции губернатора. В 1945 во время Ялтинской конференции, Воронцовский дворец стал резиденцией английской делегации во главе с Уинстоном Черчиллем.

Во время губернаторства Воронцова, в Одессе находился в ссылке Пушкин. Отношения с Воронцовым у него сразу не заладились; губернатор рассматривал ссыльного поэта прежде всего как чиновника, давал ему поручения, казавшиеся тому оскорбительными. Главное же — его жена Елизавета Ксаверьевна, урождённая графиня Браницкая завязала с Пушкиным поверхностный роман для прикрытия своих реальных любовных отношений.

Граф стал объектом многочисленных едких, хотя не во всём справедливых эпиграмм Пушкина, в которых он высмеивал гордость, сервильность (с его точки зрения) и англоманию губернатора.

Во время Русско-турецкой войны (1828-1829) Воронцов принял, вместо раненого князя Меньшикова, начальство над войсками, осаждавшими крепость Варна, которая сдалась 28.09.1828.

Благодаря энергии Воронцова, войска безостановочно получали необходимые запасы. В кампанию 1829 года, благодаря содействию Воронцова, войска, действовавшие в Турции, безостановочно получали необходимые запасы. Чума, занесённая из Турции, не проникла во внутренность Империи во многом благодаря энергичным мерам Воронцова.

В 1844 Воронцов был назначен кавказским наместником и главнокомандующим войск на Кавказе. После его прибытия военное положение на Кавказе резко изменилось к лучшему. После занятия Анди, сопряжённого с величайшими затруднениями, он лично руководил взятием резиденции Шамиля, аула Дарго. Однако "Даргинская" экспедиция, по сути, не достигла цели, так как Шамиль благополучно ушёл из аула, а само селение было сожжено до подхода русских войск. Отступление из Дарго также сопровождалось потерями.

Однако, несмотря на провал, за поход к Дарго граф Воронцов был возведён, с нисходящим его потомством, в княжеское достоинство Российской империи.

В 1848 году были взяты две твердыни Дагестана, аулы Гергебиль и Салты. В кровопролитном Салтинском сражении Воронцовым был блокирован и разбит крупный отряд горцев наиба Идриса.

Чувствуя приближение слепоты и крайний упадок сил, Воронцов попросился в отставку от должности, и 25.03.1853 оставил Тифлис. Он умер в Одессе 6(18).11.1856. Ему воздвигнуты памятники в Тифлисе, Одессе и Бердянске. Его изображение есть и на Памятнике "1000-летие России" в Великом Новгороде.


Паскевич, Иван Федорович (1782-1856).

Родился 8.(19).05.1782 в Полтаве в семье незнатных украинских и белорусских дворян. В 1793 его и брата Степана привезли в Петербург и устроили в Пажеский корпус. В 1800, за несколько месяцев до выпуска, он стал лейб-пажом императора, а по окончании курса, осенью того же года был назначен поручиком гвардии в Преображенском полку и флигель-адъютантом императора Павла Петровича.

Весной 1805 года Паскевич поступил в распоряжение генерала Михельсона и принял участие в Русско-турецкой войне (1806-1812). По озыву Михельсона Паскевич "явил себя неустрашимым и войну понимающим офицером, каковых поболее желать надлежит". В 1810 Паскевичу был присвоен генеральский чин.

В январе 1811 он получил под своё начало бригаду, состоявшую по большей части из проштрафившихся солдат и офицеров, и сумел в короткий срок сделать из нее образцовое подразделение.

В Отечественную войну 1812 года Паскевич принимал видное участие в боях под Салтановкой и Смоленском.

26.08(7.09).1812 в Бородинском сражении его дивизия отчаянно оборонялась от войск Евгения Богарне, имевших пятикратный перевес в живой силе. Под генералом погибли две лошади, а сам он даже не был контужен.

Во время преследования отступающей из России "Великой армии" Наполеона в сражении под Красным Паскевич возглавил штыковую атаку трех пехотных полков, опрокинувших колонны маршала Нея.

Молодой полководец участвовал в сражении под Дрезденом, отличился в "Битве народов" под Лейпцигом (за что был произведен в генерал-лейтенанты), участвовал в блокаде Гамбурга. В 1814 участвовал в бою у Арсис-на-Обе и во взятии Парижа.

В Париже, во время смотра войск, на Паскевича обратил внисание Александр I и представил его своему брату Николаю Павловичу.

При содействии вдовы Павла I, Марии Федоровны, Паскевич был назначен сопровождать младшего вел. князя Михаила Павловича в его путешествиях по России и за рубеж.

После Декабрьского восстания Паскевич участвовал в суде над декабристами.

В 1826 Паскевич был направлен на Кавказ для командования (совместно с Ермоловым) войсками в Русско-персидской войне (1826-1828). 13.09.1826 под Елизаветполем 7-тыс. армия Паскевича наголову разбила 35-тыс. армию наследного принца Аббас-мирзы и овладела Эриванью. Это была первая военная победа в царствование Николая I, и обрадованный царь возвёл Паскевича в графское достоинство, с почётным наименованием "Эриванский".

В 1827 Паскевич заменил на Кавказе Алексея Ермолова, уволенного в отставку, и искусно руководил военными действиями в Русско-турецкой войне (1828-1829). В 1828 им взяты были Карс, Ахалкалаки, Ахалцих, а в 1829, разбив неприятеля при Гасан-Кала, он занял Эрзерум, и был произведён в генерал-фельдмаршалы. За Эрзурум Паскевич был награжден орденом Св. Георгия 1-ой степени, став, таким образом, полным георгиевским кавалером.

Летом 1831, после смерти Ивана Дибича, он был назначен главнокомандующим войск в Польше для подавления восстания под предводительством Тадеуша Костюшко. Здесь он проявил чрезмерную медлительность и осторожность, но тем не менее за взятие Варшавы получил титул светлейшего князя Варшавского и звание наместника Царства Польского.

В 1849 Паскевич был послан Николаем I во главе армии для оказания помощи австрийскому императору против восставшей Венгрии. Это наступление российский император рассматривал не только как меру по спасению Австрийской империи, но как сокрушительный удар по всем силам, олицетворявшим революционное движение. В результате уже в августе 1849 вооружённые силы Венгрии под командованием генерала Артура Гёргея сложили оружие при Вилагоше.

Однако после начала Крымской войны Австрия заняла по отношению к России неблагоприятную позицию. Разговаривая с генерал-адъютантом графом Ржевуским Николай I спросил его: "Кто из польских королей, по твоему мнению, был самым глупым? Я тебе скажу, - продолжал он, - что самый глупый польский король был Ян Собесский, потому что он освободил Вену от турок. А самый глупый из русских государей - я, потому что я помог австрийцам подавить венгерский мятеж".

В 1853 72-летний фельдмаршал был назначен главнокомандующим Южной и Западной армиями. Преувеличенная осторожность и нерешительность Паскевича подорвали его военный авторитет. 28.05.1853 во время рекогносцировки Паскевич был сильно контужен ядром, и был вынужден сдать командование армией Михаилу Дмитриевичу Горчакову.

Паскевич умер в Варшаве 20.01(1.02).1856. В 1889 его останки и останки его жены Елизаветы Алексеевны, урождённой Грибоедовой, были перезахоронены в семейной усыпальнице в Гомеле.


Толстой, Фёдор Иванович (1782-1846).

Родился 6(17).02.1782 в Москве. Он был шестым из восьми детей графа Ивана Андреевича Толстого (1748—1818[2]) и его жены Анны Фёдоровны (1761—1834).

Фёдор Толстой, как и оба его брата, получил школьное образование в Морском кадетском корпусе в Санкт-Петербурге. Уже в детстве Толстой обладал незаурядной физической силой, выносливостью и ловкостью, что создавало хорошие предпосылки для успешной военной карьеры. Но при этом уже тогда обладал непредсказуемым, даже жестоким характером. В кадетском корпусе он в совершенстве освоил стрельбу и фехтование, что сделало его крайне опасным противником на дуэлях. По окончании школы Толстой поступил на службу в элитный Преображенский полк в чине портупей-прапорщика. 27.09.1799 он был произведён в подпоручики.

Его "дикий" характер, а также увлечение женщинами и карточными играми, неоднократно давали повод для ссор с товарищами и вышестоящими офицерами, которые нередко заканчивались нарушениями дисциплины. Кроме того, Толстой был очень злопамятен и мстителен по отношению к тем, кому случалось его разозлить. Он готов был драться по любому, даже самому ничтожному поводу.В перый раз он дрался на дуэли в возрасте 17 лет. В целом ему приписывают до 70 дуэлей!

Во время одной такой дуэли, Федор Толстой тяжело ранил офицера. Ему грозило судебное преследование, но помогли друзья.

В это время готовилось Первое российское кругосветное плавание под командованием Крузенштерна. В состав экспедиции в был включён его двоюродный брат художник Фёдор Петрович Толстой, который кстати не хотел плыть, т.к. страдал морской болезнью. Вместо него в плавание отправился Фёдор Иванович Толстой.

В августе 1803 шлюпы "Надежда" (капитан Крузенштерн) и "Нева" (капитан Лисянский) отплыли из Кронштадта. Кроме исследовательских целей, экспедиция должна была также помочь установлению дипломатических и экономических связей России с Японией, для чего в состав команды входила большая дипломатическая делегация во главе с Николаем Резановым.

Курс "Надежды" проходил через Балтийское море и Атлантический океан, мимо Канарских островов и Бразилии, после чего корабль обогнул мыс Горн и пошёл по Тихому океану в сторону Японии, делая остановки на Маркизских и Гавайских островах. После чего "Надежда" посетила Японию и Камчатку, а "Нева" взяла курс на остров Ситка. Затем встретившись в Макао, корабли через Индийский, а затем Атлантический океан и Балтийское море вернулись в Кронштадт. В итоге, плавание продолжалось более трёх лет.

На борту поведение Толстого, не обременённого служебными обязанностями, было также весьма непредсказуемым. Он часто провоцировал ссоры с другими членами команды, в том числе с самим капитаном. Помимо этого Толстой позволял себе злые шутки в адрес нелюбимых им членов команды: так, однажды он напоил сопровождавшего "Неву" священника, и когда тот лежал мертвецки пьяный на полу, приклеил его бороду к доскам палубы сургучом, запечатав казённой печатью. В итоге бороду пришлось отрезать, чтобы пришедший в себя священник смог освободиться — Толстой напугал его, что печать ломать нельзя.

Подобное поведение неоднократно оборачивалось для Толстого заключением под арест. В конце концов, Крузенштерн потерял терпение и высадил нелюбимого пассажира во время остановки "Надежды" на Камчатке. Дальнейшие подробности путешествия Толстого известны лишь с его собственных, не всегда правдоподобных рассказов.

С Камчатки Толстой добрался до одного из Алеутских островов или же на остров Ситка, где провёл несколько месяцев среди аборигенов Аляски — племени тлинкит. Во время пребывания Толстого на Ситке, а по другим данным — ещё в дни остановки "Надежды" на Маркизах, его тело украсили многочисленными татуировками, которые он позже с гордостью демонстрировал любопытствующим.

Возвращение Толстого в европейскую Россию через Дальний Восток, Сибирь, Урал и Поволжье, вероятно, было полно приключений, подробности которых знал лишь один Толстой. По его рассказам, его подобрало у Аляски торговое судно и доставило в Петропавловск, из которого Толстой добирался до Петербурга по суше на телегах, санях, а отчасти и пешком.

Благодаря этим авантюрам, о которых впоследствии много ходило сплетен в высшем свете, граф приобрёл почти легендарную известность, а также пожизненное прозвище "Американец", намекающее на его пребывание в Русской Америке.

Сразу по прибытии Толстого в Петербург его ожидали новые неприятности: прямо у городской заставы он был арестован и отправлен в гауптвахту. Кроме того, специальным указом Александра I ему был запрещён въезд в столицу.

Из элитного Преображенского полка он был отправлен на службу в малоизвестную крепость Нейшлот, где прослужил с 1805 по 1808 год.

Лишь дружба Толстого с князем Михаилом Долгоруковым помогла графу в конце концов устроиться к нему адъютантом во время как раз начавшейся Русско-шведской войны (1808-1809). Толстой активно участвовал в боях, в т.ч. в битве под Иденсальми, в которой Долгоруков погиб от прямого попадания ядра, будучи в нескольких шагах от Толстого.

Несколько позже Толстой, рискуя жизнью, возглавил разведывательный отряд при операции на берегу Ботнического залива, благодаря чему корпусу под предводительством Барклая-де-Толли удалось без потерь перейти по льду пролив Кваркен и занять город Умео. Эти подвиги, способствовавшие быстрой победе России, реабилитировали Толстого в глазах начальства, и с 31.10.1808 ему было разрешено вновь служить в Преображенском полку в чине поручика, а 11.08.1809 он был произведён в чин штабс-капитана.

Однако уже несколько месяцев спустя Толстой, будучи на службе в занятом русскими войсками Або, вновь дрался сразу на двух дуэлях. В первой из них он смертельно ранил сослуживца, капитана Брунова, которого сам же спровоцировал путём распространения грязных сплетен о его сестре.

Через несколько дней последовал поединок с молодым прапорщиком Александром Нарышкиным, который утверждал, что Толстой обманул его в карточной игре. По другим сведениям, Толстой подозревал, что Нарышкин был одним из тех, кто передал отзыв графа о сестре Брунова последнему. Во время игры в бостон, передавая Нарышкину туза, Толстой сострил: "Тебя бы оттузить". Нарышкин вызвал графа на дуэль. Несмотря на то, что Толстой стремился к примирению, дуэль состоялась, и Нарышкин был смертельно ранен. За это Толстой был на несколько месяцев заключён в гауптвахту в Выборгской крепости, а 2.10.1811 уволен из армии в чине рядового и сослан в Калугу, где жил в своём имении.

Менее чем через год Толстой снова пошёл на войну, на этот раз добровольцем на оборону Москвы во время Отечественной войны 1812 года и был зачислен в 42-й егерский полк, а затем в чине подполковника в 8-й пеший казачий полк. Участвуя в составе Ладожского пехотного полка в Бородинском сражении, он был тяжело ранен в ногу. По рекомендации Раевского, который в письме Кутузову отметил мужество Толстого, тот получил Орден Св. Георгия 4-й степени. Кроме того, Толстой был снова реабилитирован и в марте 1813 получил чин полковника. После окончании войны он окончательно уволился из армии и поселился в Москве.

Его пресловутое, почти героическое прошлое делало его известной фигурой в кругах московской аристократии, что самому Толстому явно нравилось. Он регулярно принимал участие в дворянских собраниях и балах, а также сам организовывал торжественные приёмы, причём слыл утончённым гастрономом. Благодаря своей образованности, приобретённой в военном училище, он легко общался с представителями творческой интеллигенции, а со многими из них и дружил. В числе его знакомых были писатели и поэты Баратынский, Жуковский, Грибоедов, Батюшков, Вяземский, Денис Давыдов, позднее также Гоголь и Пушкин.

Толстой очень любил играть в карты и особенно прославился этим в годы своей жизни в Москве. При этом он сам не скрывал, что его игра не всегда была честна. В результате Толстой часто выигрывал крупные суммы денег, которые он, как правило, весьма быстро и легкомысленно тратил на светскую жизнь. Иногда Толстой сам становился жертвой шулеров и оказывался в крупном проигрыше.

Но особенно известно было участие Толстого в многочисленных дуэлях, поводов к которым оказывалось, как правило, достаточно в карточных играх. Неизвестно, сколько раз в своей жизни Толстой дрался на дуэлях, однако, по некоторым данным, он убил на них в общей сложности одиннадцать человек.

Очевидно, что дуэли были для Толстого не только способом отстаивания своей чести, как это в те времена было принято в офицерских кругах России, но и обычным времяпрепровождением. Однажды Толстой должен был выступать в качестве секунданта одного из своих близких друзей. Но опасаясь за его жизнь, Толстой решил предотвратить худшее своеобразным способом: до того, как дуэль состоялась, он сам вызвал противника своего приятеля на дуэль и убил его. Этот случай впоследствии рассказывал Лев Толстой, двоюродный племянник Фёдора Толстого, с которым он был в годы своего детства лично знаком.

В первые годы жизни в Москве Толстой своими любовными похождениями поставлял большое количество материала для всевозможных слухов и сплетен в обществе. 10.01.1821 он женился на цыганской плясунье Авдотье Максимовне Тугаевой (1796—1861), с которой до этого жил на протяжении нескольких лет.

Этот брак продержался до самой смерти Толстого. Тугаева за это время родила двенадцать детей, однако зрелого возраста достигла лишь одна дочь.

Один из самых известных эпизодов московского периода жизни графа Толстого — его не всегда дружеские отношения с поэтом Александром Пушкиным. Ссора между ними началась после того, как Пушкин в 1820 за свои стихи впал в немилость и был сослан в Екатеринослав, затем на Кавказ, в Крым и в Бессарабию. Толстой распространил в Москве слух, будто Пушкина перед отправлением в ссылку выпороли в охранном отделении. Узнав об этой ложной и вдобавок оскорбительной для чести сплетне, Пушкин был настолько оскорблён, что поклялся вызвать обидчика на дуэль сразу же по возвращении из ссылки.

В ссылке Пушкин долгое время тщательно готовился к дуэли, регулярно упражняясь в стрельбе. Почти сразу после возвращения в Москву, он велел передать Толстому вызов. Дуэли помешало тогда лишь случайное отсутствие Толстого в Москве. Позднее другу Пушкина Сергею Соболевскому удалось примирить Пушкина с Толстым. Толстой в этот раз был и сам заинтересован в примирении, так как знал, что убийство Пушкина наверняка разорвёт его отношения со многими известными поэтами, дружбой которых он дорожил.

Толстой очень тяжело переживал смерть своих детей, особенно 17-летней дочери Сарры. Некоторые друзья Толстого рассказывали впоследствии, что он к концу жизни стал человеком набожным и считал смерть одиннадцати своих детей Божьей карой за смерть одиннадцати человек, убитых им на дуэлях.

В это время Толстой больше не дрался на дуэлях и в карты играл лишь изредка. Вместо этого он всё чаще молился, пытаясь искупить грехи молодости. Иногда он ездил за границу на воды и побывал в нескольких европейских странах. Одним из наиболее известных знакомых Толстого в эти годы был Александр Герцен, который десятилетием позже упомянул его в своей книге "Былое и думы".

24.12.1846 Толстой после непродолжительной болезни скончался и был похоронен на Ваганьковском кладбище, где его могила до сих пор сохранилась и является объектом культурного наследия регионального значения.

Благодаря своему прошлому, а также его близким знакомствам со многими деятелями искусства первой половины XIX века, Толстой стал прототипом ряда персонажей разных авторов, самым известным из которых был Пушкин. В романе "Евгений Онегин" Толстой выведен как дуэлянт Зарецкий, секундант Ленского в его дуэли с Онегиным. Известна также эпиграмма Пушкина:

В жизни мрачной и презренной
Был он долго погружен,
Долго все концы вселенной
Осквернял развратом он.
Но, исправясь понемногу,
Он загладил свой позор,
И теперь он — слава богу —
Только что картёжный вор.

Александр Грибоедов в комедии "Горе от ума" напоминает о Толстом в монологе Репетилова:

Но голова у нас, какой в России нету,
Не надо называть, узнаешь по портрету:
Ночной разбойник, дуэлист,
В Камчатку сослан был, вернулся алеутом,
И крепко на руку не чист;
Да умный человек не может быть не плутом.

Фёдор Толстой на одном из первых представлений "Горя от ума" присутствовал в театре в качестве зрителя и, как и следовало ожидать, привлёк своим присутствием внимание аудитории к себе. После монолога Репетилова он встал и громко сказал, обращаясь к публике: "Взяток, ей-богу, не брал, потому что не служил!", что было встречено аплодисментами.

Лев Толстой в годы своего детства был лично знаком со своим двоюродным дядей и, несмотря на его зачастую скандальное прошлое, гордился им и вывел его в качестве персонажей в повести "Два гусара" (Турбин) и в "Войне и мир" (Долохов).

Иван Сергеевич Тургенев некоторые черты характера Фёдора Толстого дал персонажам своих рассказов "Бретёр" (Лучков) и "Три портрета" (Василий Лучинов) .


Давыдов, Денис Васильевич (1784-1839).

Денис Васильевич родился в Москве 16(27).07.1784 в семье бригадира Василия Денисовича Давыдова (1747-1808) — служившего под командованием Суворова. Он происходил из древнего дворянского рода, ведущего свою историю от татарского мурзы Минчака, выехавшего в Москву в начале XV века.

Значительная часть детских лет Дениса прошла в военной обстановке в Малороссии и на Слобожанщине, где служил его отец, командовавший полтавским легкоконным полком, и была родина его матери, дочери харьковского генерал-губернатора Е.Щербинина. Денис рано приобщился к военному делу, хорошо выучился верховой езде. Но его постоянно мучила его невзрачная внешность: маленький рост и маленький курносый нос "пуговкой".

В конце XVIII столетия по всей России гремела слава великого Суворова, к которому и Денис относился с необычайным почтением. Однажды Суворов, приехавший к ним в имение в гости, оглядев двух сыновей Василия Денисовича сказал, что Денис "этот удалой, будет военным, я не умру, а он уже три сражения выиграет", а Евдоким пойдёт по гражданской службе. Эта встреча запомнилась Денису на всю жизнь.

После смерти Екатерины II и восшествии на престол Павла I, который не любил Суворова, благополучию Давыдовых пришёл конец. Проведенная ревизия Полтавского полка, которым командовал отец, обнаружила недостачу в 100 тыс. рублей и Давыдова старшего уволили и по суду обязали выплатить эту сумму. Пришлось продать имение. Со временем, выбравшись из долгов, отец купил небольшую подмосковную деревню Бородино около Можайска.

В 1801 Денис Давыдов поступил на службу в гвардейский кавалергардский полк, находившийся в Петербурге. Когда Денис только явился определяться в полк, дежурный офицер наотрез отказался его принять из-за его маленького роста. Тем не менее, Денис добился, чтобы его приняли: за обаяние, остроумие и скромность его вскоре очень полюбили офицеры полка и составили ему протекцию. 28.09.1801 он стал эстандарт-юнкером.

Александр Михайлович Каховский взялся за восполнение пробелов в образовании Давыдова. Он составил для Дениса специальную учебную программу, подобрал книги по самым различным отраслям знаний от военной истории, фортификации и картографии до экономических теорий английских экономистов и российской словесности. В сентябре 1802 Давыдов был произведен в корнеты, в ноябре 1803 — в поручики. В это же время начал писать стихи и басни, и в баснях стал очень едко высмеивать первых лиц государства.

Из-за сатирических стихов последовал перевод Дениса из гвардии в Белорусский гусарский полк с дислокацией в Подольской губернии на Украине с переименованием в ротмистры ("старая гвардия", к которой относился Кавалергардский полк имела преимущество перед армейцами на два чина). Так с кавалергардами поступали очень редко и только за большие провинности — трусость в бою, казнокрадство или шулерство в картах. Однако Денису в гусарах понравилось. Теперь он воспевал в своих "зачашных песнях" лихие пирушки, буйные шутки, оставив писание басен.

Денис Давыдов чуть было не пропустил первую войну с Наполеоном. Гвардия принимала участие в сражениях с французами, а его гусарский полк — нет. Молодой кавалерийский офицер, мечтавший о ратных подвигах и славе, был вынужден оставаться в стороне от этих событий, в то время как его брат Евдоким, бросив гражданскую службу в Иностранной коллегии, поступил в кавалергарды и успел прославиться в сражении под Аустерлицем, в котором Евдоким был тяжело ранен и попал в плен.

В ноябре 1806 Давыдов ночью проник к фельдмаршалу Михаилу Федотовичу Каменскому, назначенному в это время главнокомандующим русской армии, который чуть не умер от страха, когда перед ним появился Денис и потребовал отправить его на фронт. Однако Каменский командовал армией всего неделю и был снят, так как помутился рассудком.

Слава о таком отчаянном гусаре дошла до Марии Антоновны Нарышкиной, фаворитки государя, которая помогла Денису Давыдову в его желании воевать. В начале 1807 он был назначен адъютантом к генералу Петру Багратиону. В своё время Давыдов в одном из стихов вышутил длинный нос Багратиона и поэтому немножко побаивался первой встречи с ним. Багратион, завидев Дениса, сказал присутствующим офицерам: "Вот тот, кто потешался над моим носом". На что Давыдов, не растерявшись, ответил, что писал о его носе только из зависти, так как у самого его практически нет. Шутка Багратиону понравилась. И он часто, когда ему докладывали, что неприятель "на носу", переспрашивал: "На чьём носу? Если на моём, то можно ещё отобедать, а если на Денисовом, то по коням!".

В сражении при Прейсиш-Эйлау Давыдов находился при Багратионе, который появлялся со своим адъютантом на самых опасных и ответственных участках. Один бой по мнению Багратиона был выигран только благодаря Давыдову. Тот в одиночку бросился на отряд французских улан и они, преследуя его, отвлеклись и упустили момент появления русских гусар. За этот бой Денис получил орден Св. Владимира IV степени, бурку от Багратиона и трофейную лошадь. В этой и других битвах Давыдов отличался исключительной храбростью, за что был награждён орденами и золотой саблей.

Когда в Тильзите заключался мир между французским и русским императорами, и многие его не одобряли, Багратион сказался больным и послал вместо себя Давыдова.

Зимой 1808 Давыдов состоял в русской армии, действовавшей в Финляндии, прошёл вместе с Кульневым до Улеаборга, занял с казаками остров Карлоэ и, возвратясь к авангарду, отступил по льду Ботнического залива.

В 1809, состоя при Багратионе, командовавшем войсками в Молдавии, Давыдов участвовал в различных боевых операциях против турок, а затем, когда Багратион был сменен Каменским, поступил в авангард молдавской армии под начальство Кульнева.

В начале 1812 Давыдов состоял подполковником в Ахтырском гусарском полку и находился в авангардных войсках генерала Васильчикова. 21.08.1812 в виду деревни Бородино, где он вырос, где уже торопливо разбирали родительский дом на фортификационные укрепления, за пять дней до сражения, Денис Васильевич предложил Багратиону идею партизанского отряда, которую он позаимствовал у гверильясов (испанских партизан). Расчёт был такой: Наполеон надеясь победить Россию за двадцать дней — на столько и взял с собой провианта. И если отбирать обозы, фураж и ломать мосты, то это создаст ему большие проблемы.

Приказ Багратиона о создании летучего партизанского отряда был одним из его последних перед Бородинским сражением, где он был смертельно ранен. В первую же ночь отряд Давыдова из 50 гусар и 80 казаков попал в засаду, устроенную крестьянами, и Денис чуть не погиб. Крестьяне плохо разбирались в деталях военной формы, которая у французов и русских была похожей. Тем более, офицеры говорили, как правило, по-французски. После этого Давыдов надел мужицкий кафтан и отпустил бороду.

Со своим отрядом в одной из вылазок Давыдов умудрился взять в плен 370 французов, отбив при этом 200 русских пленных, телегу с патронами и девять телег с провиантом. Его отряд за счёт крестьян и освобождённых пленных быстро разрастался.

Успехи Давыдова убедили Кутузова в целесообразности партизанской войны, и он не замедлил дать ей более широкое развитие и постоянно присылал подкрепления. Наполеон ненавидел Давыдова и приказал при аресте расстрелять его на месте, а для его поимки выделил один из лучших своих отрядов в две тысячи всадников. Давыдов, у которого было в два раза меньше людей, сумел загнать отряд в ловушку и взять в плен вместе со всеми офицерами.

Одним из выдающихся подвигов Давыдова за это время было дело под Ляховым, где он вместе с другими партизанами взял в плен 2-тыс. отряд генерала Ожеро. Под городом Копысь он уничтожил французское кавалерийское депо, рассеял неприятельский отряд под Белыничами и, продолжая поиски до Немана, занял Гродно. Наградами за кампанию 1812 года Денису Давыдову стали ордена Св. Владимира 3-й ст. и Св. Георгия 4-й ст.

С переходом границы Давыдов был прикомандирован к корпусу генерала Винцингероде, участвовал в поражении саксонцев под Калишем и, вступив в Саксонию с передовым отрядом, занял Дрезден, за что был посажен генералом Винцингероде под домашний арест, так как взял город самовольно, без приказа.

По всей Европе о храбрости и удачливости Давыдова слагали легенды. Когда русские войска входили в какой-нибудь город, то все жители выходили на улицу и спрашивали о нём, чтобы его увидеть.

За бой при подходе к Парижу, когда под ним было убито пять лошадей, но он вместе со своими казаками всё же прорвался сквозь гусар бригады Жакино к французской артиллерийской батарее и, изрубив прислугу, решил исход сражения, Давыдову присвоили чин генерал-майора.

После Отечественной войны 1812 года у Дениса Давыдова начались неприятности. Вначале его отправили командовать стоявшей под Киевом драгунской бригадой. Как всякий гусар, Денис драгун презирал. Затем ему сообщили, что чин генерал-майора ему присвоен по ошибке, и он полковник. И в довершение всего, полковника Давыдова перевели служить в Орловскую губернию командиром конно-егерской бригады.

Это стало последней каплей, так как он должен был лишиться своей гордости — гусарских усов, поскольку егерям усы не полагались. Он написал письмо царю, что выполнить приказ не может из-за усов. Денис ждал отставки и опалы, но царь, когда ему докладывали, был в хорошем расположении духа: "Ну что ж! Пусть остаётся гусаром." И назначил Дениса в гусарский полк с возвращением чина генерал-майора.

В 1814 Давыдов, командуя Ахтырским гусарским полком, находился в армии Блюхера, участвовал с ней во всех крупных делах и особенно отличился в сражении при Ла-Ротьере.

В 1815 Денис Давыдов был избран в члены поэтического кружка "Арзамас" с прозвищем "Армянин". Вместе с Пушкиным и Вяземским он представлял в Москве отделение арзамасского кружка.

В 1827 Денис Давыдов с успехом действовал против персов.

Последняя кампания Давыдова была в 1831 — против польских повстанцев. Боевые заслуги Давыдова были отмечены на этот раз, как, пожалуй, ни в одну прежнюю войну. Кроме ордена Св. Анны 1-го кл., врученного ему за взятие Владимира-Волынского, он за упорный бой у Будзинского леса, где ему вновь пришлось скрестить оружие с известным ещё по 1812 году противником — польским генералом Турно, получил чин генерал-лейтенанта. За сражение у переправ на Висле Давыдову был пожалован орден Св. Владимира 2-й ст., а за всю польскую кампанию ещё польский знак отличия "Virtuti militari" 2-го кл.

Уезжая из армии, Денис Васильевич твёрдо знал, что закончил свою последнюю в жизни кампанию. Он умер 22.04(4.05).1839 от апоплексического удара. Его прах был перевезён в Москву и погребён на кладбище Новодевичьего монастыря.

Лучше всего характер Дениса Давыдова характеризуют вот зти строки его стихотворения:

Я люблю кровавый бой,
Я рожден для службы царской!
Сабля, водка, конь гусарской,
С вами век мне золотой!


Дибич, Иван Иванович (1785-1831).

Родился 2(13).05.1785. По происхождению из силезских немцев (при рождении носил имя Иоганн Карл Фридрих Антон фон Дибич). Его отец был адъютантом Фридриха Великого, в 1792 перешёл на русскую службу и был генерал-майором.

После приезда в Петербург молодой Дибич был определён прапорщиком в лейб-гвардейский Семёновский полк, после чего усердно занялся довершением своего военного образования и изучением русского языка.

Во время войн с Наполеоном Дибич проявил себя в боях при Аустерлице (20.11.1805) и Гейльсберге, также под Полоцком (1812). Дибич выказал себя искусным начальником особого отряда, посланного против маршала Макдональда. Соглашение, заключённое в 1812 между Дибичем и прусским генералом Йорком, стало провозвестником начала вооружённому сопротивлению армии и народа Пруссии французским завоевателям.

В 1813 Дибич был генерал-квартирмейстером союзных армий и отличился в сражениях при Дрездене, Кульме и в "Битве народов" под Лейпцигом, а в 1814 — в боях под Ла-Ротьером и Арси-сюр-Об.

В 1818 Дибич получил звание генерал-адъютанта. Император Александр I взял его с собой на Лайбахский конгресс, и с этого времени Дибич стал неразлучным спутником государя. В 1824 он сделался начальником главного штаба. в 1825 дибич сопровождал Александра I в Таганрог и присутствовал при его кончине.

При вступлении на престол императора Николая I Дибич заслужил его расположение донесением об открытии заговора декабристов и принял меры к аресту важнейших из них. В 1827 ему был пожалован графский титул.

В начале 1829 Дибич был назначен главнокомандующим армией, действовавшей на Балканах. Имея в распоряжении относительно слабые средства, он дал только одно большое сражение (при Кулевче 30.05.1829) и взял одну крепость (Силистрию 18.06.1829) — но эти успехи, сломив сопротивление неприятельской армии, способствовали переходу русских войск через Балканы, считавшиеся дотоле неодолимыми, и привели нашу армию к Адрианополю, где смелый и решительный образ действий Дибича ускорил заключение выгодного для России мира.

За успехи в Русско-турецкой войне (1828-1829) Дибич получил титул "Забалканского", 22.09.1829 получил чин генерал-фельдмаршала. 12.11.1829 награждён орденом Св. Георгия 1-го кл. и стал последним в истории России полным георгиевским кавалером.

В 1830 Дибич участвовал в подавлении польского восстания. После разгрома поляков при Остроленке оставалось только взятием Варшавы окончить войну, но в ночь на 29.05.1831 Дибич скончался от холеры. Его останки были перевезены в Петербург, и похоронены на Волковском лютеранском кладбище.


Волконский, Сергей Григорьевич (1788-1865).

Родился 8(19).12.1788 в семье князя Григория Сергеевича Волконского (1742-1824) и Александры Репниной (1757-1834) — дочери фельдмаршала Николая Репнина. С детства был записан на службу сержантом в Херсонский гренадерский полк и после нескольких "перечислений" в разные полки определен ротмистром в Екатеринославский кирасирский полк. Действительную службу начал 28.12.1805 поручиком в Кавалергардском полку.

Во время начала войны России с французами на стороне Четвёртой коалиции, в качестве адъютанта был определен в свиту главнокомандующего фельдмаршала М. Ф. Каменского. Однако уже через несколько дней юный князь остался без места, поскольку старый генерал, не желая сражаться с Наполеоном, самовольно покинул вверенные ему войска.

14(26).12.1806 Волконский, уже в качестве адьютанта генерал-лейтенанта Александра Ивановича Остермана-Толстого получил боевое крещение в битве при Пултуске. В ходе сражения русским удалось успешно отбиться от противника.

26-27.01(7-8.02).1807 в битве при Прейсиш-Эйлау уже будучи адъютантом нового русского главнокомандующего — генерала Леонтия Леонтьевича Беннигсена, был ранен. За это сражение получил орден Св. Владимира 4-й степени, золотой крест "За победу при Прейсиш-Эйлау" и золотую шпагу с надписью "За храбрость".

После этого Волконский участвовал в сражениях при Гутштадте и Фридланде. Несколько позже наблюдал за встречей Александра I с Наполеоном в Тильзите.

В 1810-1811 воевал с турками и за отличия был произведён в ротмистры и пожалован флигель-адъютантом.

В Отечественную войну 1812 года Волконский находился в свите императора, а затем состоял в отряде Ф.Ф.Винцингероде. Он храбро сражался с французами и за отличие в защите переправ через реку Москву получил чин полковника, а за бои на Березине был награждён орденом Св. Владимира 3-й ст.

В 1813 за храбрость под Калишем Волконский был удостоен ордена Св. Георгия 4-й ст., а за отличия в сражениях при Гросс-Беерене и Денневице был пожалован в генерал-майоры. Отличился в "Битве народов" под Лейпцигом и был награждён орденом Св. Анны 1-й ст.

Сражался во Франции в 1814 и за отличие при Лаоне был удостоен ордена Красного орла 2-й ст. В 1816 Волконский был назначен командиром бригады уланской дивизии, а в 1821 переведён бригадным командиром пехотной дивизии.

Сергей Волконский был единственным генералом действительной службы, принявшим непосредственное участие в движении декабристов. В 1819 он вступил в "Союз Благоденствия", в 1821 – в Южное общество. С 1823 Волконский возглавил Каменскую управу этого общества и был активным участником движения декабристов. 5.01.1826 он арестован по делу о восстании Черниговского пехотного полка, привезён в Петербург и заключён в Петропавловскую крепость.

10.06.1826 Сергей Волконский был приговорён к "отсечению головы", но через месяц смертный приговор был заменён на 20 лет каторжных работ в Сибири (в 1832 срок был сокращён до 10 лет).

Вместе с ним в Сибирь последовала его жена Мария Николаевна, дочь Николая Раевского. Каторгу Волконский отбывал на Благодатском руднике, в Читинском остроге, на Петровском Заводе. В 1837 он был переведён на поселение под Иркутском и с 1845 проживал с семьёй в Иркутске, порвав со своим блестящим и знатным прошлым и превратившись в хлопотливого и практического хозяина.

В приходом к власти Александра II по амнистии 26.08.1856 ему было разрешено вернуться в Европейскую Россию, было возвращено дворянство, но не княжеский титул. Из наград по особой просьбе ему были возвращены воинский орден Георгия за Прейсиш-Эйлау и памятная медаль 1812 года (этими наградами он дорожил особенно).

Умер Сергей Волконский 28.11(10.12).1865.


Лазарев, Михаил Петрович (1788-1851).

Родился 3(14).11.1788 во Владимире в семье дворянина, сенатора Петра Гавриловича Лазарева. В 1800 вместе со своими братьями — Андрем и Алексем, Михаил был определён в Морской кадетский корпус. В 1803 он выдержал экзамен на звание гардемарина. В числе 30 лучших выпускников корпуса был отправлен в Великобританию для ознакомления с постановкой военно-морского дела, где служил военным на флоте до 1808 года. В течение пяти лет он находился в непрерывном плавании в Атлантическом океане и Средиземном море.

В 1808—1813 мичманом начал служить на Балтийском флоте. Участвовал в Русско-шведской войне (1808—1809) и Отечественной войне 1812 года.

9.10.1813 лейтенант Лазарев, командуя фрегатом "Суворов", отправился по поручению Российско-американской компании в кругосветное плавание. Пройдя проливы Зунд, Каттегат и Скагеррак (между Данией и Скандинавским полуостровом) и благополучно избежав нападения французских и союзных им датских военных кораблей, Лазарев благополучно довёл "Суворова" до Ла-Манша.

После 3-мес. остановки в Портсмуте корабль продолжил плавание, 2 апреля пересёк экватор, а 21 апреля вошёл в бухту Рио-де-Жанейро. Через месяц "Суворов" вышел в Атлантический океан, обошёл с юга Африку и, проследовав через Индийский океан, обогнул с юга Австралию и прибыл в Сидней.

От Австралии "Суворов" пошёл по Тихому океану на восток, вновь приближаясь к экватору. В пути он открыл группу коралловых островов, которым дал имя Суворова. В ноябре корабль Лазарева подошёл к центру Русской Америки — порту и поселению Ново-Архангельску. Здесь Лазарева встретил управитель Российско-американской компании Александр Баранов, выразивший ему огромную благодарность за сохранность вверенных ему грузов.

После зимовки по приказанию Баранова Лазарев взял курс на один из островов Алеутской группы (Уналашка) и находящиеся рядом с ним Прибыловы острова. Выгрузив вверенный ему груз, он принял на борт пушнину, заготовленную местными промышленниками. Груз, принятый на борт в Уналашке, предстояло доставить в Кронштадт, предварительно вернувшись в Ново-Архангельск.

Путь в Кронштадт лежал вдоль берегов Северной и Южной Америки, в обход мыса Горн. После захода в Сан-Франциско "Суворов" двинулся к берегам Перу. Пройдя в штормовую погоду через пролив Дрейка корабль направился к берегам Англии. 8 июня он уже был в Портсмуте, а ещё через пять недель вернулся в Кронштадт.

В 1819 Лазарев, командуя шлюпом "Мирный", вместе с Фаддеем Фаддевичем Беллинсгаузеном, который комаандовал флагманским шлюпом "Восток", принял участие в Первой русской антарктической экспедиции.

Во время экспедиции было совершено кругосветное плавание преимущественно в антарктических морях, открыты несколько островов в Южном и Тихом океанах. 16(28).01.1820 русские корабли корабли впервые в истории человечества подошли к шельфовым ледникам Антарктиды.

За участие в антарктической экспедиции Лазарев был произведён в капитаны 2-го ранга, минуя чин капитан-лейтенанта.

Для защиты Ново-Архангельска от английских и американских контрабандистов было решено направить к берегам Русской Америки 36-пушечный фрегат "Крейсер" и шлюп "Ладогу". Командование фрегатом возлагалось на Лазарева, а командование "Ладогой" — на его старшего брата Андрея.

17.08.1822 корабли покинули кронштадтский рейд. Экспедиция началась в условиях жестоких штормов, вынуждавших Лазарева сделать остановку в Портсмуте. Лишь в ноябре удалось покинуть гавань и взять курс на Канарские острова, а оттуда к берегам Бразилии. После отплытия из столицы Бразилии стихия вновь разбушевалась. Лишь в середине мая "Крейсеру" удалось подойти к Тасманиии, он взял курс на Таити, где коробли встретились, после того как потеряли друг друга во время шторма.

После этого "Ладога" отправилась к полуострову Камчатка, а "Крейсер" пошёл к берегам Русской Америки. Около года провёл "Крейсер" у берегов северо-западной Америки, охраняя русские территориальные воды от контрабандистов. Летом 1824 "Крейсер" сменил прибывший в Ново-Архангельск шлюп "Предприятие". 5.08.1825 "Крейсер" вернулся в Кронштадт. Лазарев был произведён в капитаны 1-го ранга.

27.02.1826 Лазарев был назначен командиром 12-го флотского экипажа и строящегося в Архангельске 74-пушечного корабля "Азов". После окончания строительства Лазарев руководил переходом отряда кораблей, в составе "Азова", "Иезекииля" и военного транспорта "Смирный", из Архангельска в Кронштадт.

В 1827, командуя кораблём "Азов", Лазарев совершил переход из Кронштадта на Средиземное море. Здесь, 8(20).10.1827 он принял участие в Наваринском сражении. Сражаясь с пятью турецкими кораблями, он потопил два больших фрегата и один корвет, сжёг флагманский корабль под флагом Тагир-паши, вынудил выброситься на мель 80-пушечный линейный корабль, после чего зажёг и взорвал его. Кроме того, "Азов" под командованием Лазарева уничтожил флагманский корабль Мухаррем-бея.

За участие в Наваринском сражении Лазарев был произведён в контр-адмиралы и награждён сразу тремя орденами: греческим "Командорским крестом ордена Спасителя", английским ордена Бани и французским Св. Людовика, а его корабль "Азов" получил Георгиевский флаг.

В 1828—1829, будучи начальником штаба эскадры Гейдена, Лазарев крейсировал в Архипелаге и участвовал в блокаде Дарданелл, после чего, командуя эскадрой из 10 кораблей, привёл её из Архипелага в Кронштадт и командовал отрядом кораблей Балтийского флота.

В 1832 Лазарев стал начальником штаба Черноморского флота. Командуя эскадрой, он возглавил экспедицию русского флота в пролив Босфор, в результате которой был заключён Ункяр-Искелесийский договор. С 1833 — главный командир Черноморского флота и портов, военный губернатор Николаева и Севастополя. В том же году он был произведён в вице-адмиралы.

Командуя Черноморским флотом, Лазарев стал его подлинным преобразователем. Он ввёл совершенно новую систему обучения моряков непосредственно в море в обстановке, максимально приближённой к боевой.

При Лазареве Черноморский флот получил более 40 парусных судов. Также Лазарев заказал для своего флота 6 пароходо-фрегатов и 28 пароходов. На Чёрном море был построен первый железный пароход и начата подготовка кадров для службы на паровых судах.

В Севастополе была реорганизована Морская библиотека, построен Дом собраний и открыта школа для матросских детей. При Лазареве были построены здания адмиралтейств в Николаеве, Одессе, Новороссийске, начато строительство адмиралтейства в Севастополе.

Используя свой опыт, накопленный в дальних походах, Лазарев наладил работу гидрографического депо, которое начало издавать карты и атласы Чёрного моря. Заслуги Лазарева перед русской наукой оценило и Русское географическое общество, избрав его своим почётным членом. Он был также избран почётным членом Морского учёного комитета, Казанского университета и других научных учреждений.

6.12.1850 Лазарев был награждён орденом Св. Андрея Первозванного.

Лазарев умер от рака желудка в Вене 11(23).04.1851 и был похоронен в Севастополе в склепе Владимирского собора (строительство которого в тот момент было только начато).


Горчаков, Александр Михайлович (1798-1883).

Родился 4(15).06.1798 в семье генерал-майора князя Михаила Алексеевича Горчакова и баронессы Елены Доротеи Ферзен. В 1819 Горчаков был удостоен придворного звания камер-юнкера. В 1820—1822 он состоял при графе Нессельроде на конгрессах в Троппау, Любляне и Вероне; в 1822 был назначен секретарем посольства в Лондоне, где оставался до 1827; потом был в той же должности при миссии в Риме, в 1828 переведён в Берлин советником посольства, оттуда — во Флоренцию поверенным в делах, в 1833 — советником посольства в Вене.

В июле 1838 Горчаков был вынужден выйти в отставку в связи с браком, однако в октябре 1839 года вернулся на службу. На период отставки Горчакову в порядке исключения было сохранено придворное звание камергера, которое он получил в 1828.

В 1841 Горчаков был послан в Штутгарт для устройства брака великой княжны Ольги Николаевны с Карлом Фридрихом, наследным принцем вюртембергским, а после состоявшегося бракосочетания оставался там чрезвычайным посланником в течение 12-ти лет. Из Штутгарта он имел возможность внимательно следить за ходом революционного движения в Южной Германии и за событиями 1848-1849 годов во Франкфурте-на-Майне.

В конце 1850 Горчаков был назначен уполномоченным при германском союзном сейме во Франкфурте, с сохранением прежнего поста при Вюртембергском дворе. Русское влияние господствовало тогда над политической жизнью Германии. В восстановленном Союзном сейме русское правительство усматривало "залог сохранения общего мира".

Во Франкфурте-на-Майне он особенно близко сошёлся с прусским представителем, Отто фон Бисмарком. Бисмарк был тогда сторонником тесного союза с Россией и горячо поддерживал её политику, за что ему была выражена особая признательность императора Николая I.

Горчаков, как и Нессельроде, не разделял увлечений императора восточным вопросом, и начавшаяся дипломатическая кампания против Турции вызывала в нём большие опасения; он старался по крайней мере способствовать поддержанию дружбы с Пруссией и Австрией, насколько это могло зависеть от личных его усилий.

Летом 1854 Горчаков был переведён в Вену, где сначала временно управлял посольством вместо Мейендорфа, связанного близким родством с австрийским министром, графом Буолем, а с весны 1855 был окончательно назначен посланником при австрийском дворе. В этот критический период, когда Австрия "удивила мир своей неблагодарностью" (Россия спасла австрийскую монархию во время революции 1848 года) и готовилась действовать совместно с Францией и Англией против России, положение русского посланника в Вене было крайне тяжёлым и ответственным.

После падение Севастополя русское правительство было вынуждено принять австрийские предложения, и 18(30).03.1856 на конгрессе в Париже был выработан мирный договор, серьёзно ущемивший интересы России (в частности Россия была лишена возможности иметь флот на Чёрном море). Парижский трактат закончил собою эпоху активного участия России в западноевропейских политических делах.

Граф Нессельроде вышел в отставку, и в апреле 1856 министром иностранных дел был назначен князь Горчаков. Он сильнее кого бы то ни было чувствовал всю горечь поражения: лично вынес на себе главнейшие стадии борьбы с политической враждой Западной Европы, в самом центре неприязненных комбинаций — Вене.

Тягостные впечатления от крымской войны и венских конференций наложили свою печать на последующую деятельность Горчакова как министра. Его политическая программа ясно определялась теми обстоятельствами, при которых ему пришлось вступить в управление министерством. Прежде всего необходимо было соблюдать большую сдержанность в первые годы, пока совершались великие внутренние преобразования; затем князь Горчаков поставил себе две практические цели — во-первых, отплатить Австрии за её поведение в 1854—1855 годах и, во-вторых, добиться постепенного денонсирования Парижского трактата.

Уже три года спустя князь Горчаков заявил: "Россия выходит из того положения сдержанности, которое она считала для себя обязательным после Крымской войны".

Во время итальянского кризиса 1859 года Горчаков призвал второстепенные германские государства воздержаться от присоединения к политике Австрии и настаивал на чисто оборонительном значении Германского союза. В это время прусским посланником в Петербурге был Отто фон Бисмарк, и солидарность обоих дипломатов относительно Австрии оказывала влияние на дальнейший ход событий. Россия открыто стояла на стороне Наполеона III в его конфликте с Австрией из-за Италии.

Но это сближение было весьма непрочно, и после торжества французов над Австрией при Мадженте и Сольферино Горчаков опять как будто примирился с венским кабинетом.

В 1860 Горчаков пытался напомнить Европе о бедственном состоянии христианских народностей, подвластных турецкому правительству, но его предложение созвать международную конференцию по этому вопросу не имело успеха и было оставлено как преждевременное.

Выступивший на сцену польский вопрос окончательно расстроил начинавшуюся "дружбу" России с империей Наполеона III и закрепил союз с Пруссией, во главе правительства которого в сентябре 1862 встал Бисмарк. С тех пор политика русского министра шла параллельно со смелой дипломатией его прусского канцлера, поддерживая и охраняя её по мере возможности.

Пруссия 8.02(27.03).1863 Пруссия заключила с Россией конвенцию Альвенслебена для облегчения задачи русских войск в борьбе с польским восстанием. Заступничество Англии, Австрии и Франции за национальные права поляков было решительно отклонено князем Горчаковым, когда в апреле 1863 оно приняло форму прямого дипломатического вмешательства. Искусная и энергичная переписка по польскому вопросу доставила Горчакову славу первостепенного дипломата и сделала его имя знаменитым в Европе и России.

Обострившийся Шлезвиг-голштинский спор и заставил кабинеты отложить заботы о Польше. Началась война, которая неожиданно быстро привела к полному торжеству пруссаков. Блестящий успех Пруссии в 1866 ещё более упрочил официальную дружбу её с Россией. Антагонизм с Францией и глухое противодействие Австрии заставляли берлинский кабинет твердо держаться русского союза, тогда как русская дипломатия могла вполне сохранить свободу действий и не имела никакого расчёта налагать на себя односторонние обязательства, выгодные исключительно для соседней державы.

К 1867 назрел конфликт между Францией и Пруссией; война между ними считалась неизбежной, и обе державы открыто готовились к ней. В этом конфликте русское правительство заранее и с полной решительностью приняло сторону Пруссии, рискуя вовлечь страну в столкновение с победоносной Францией и её союзницей Австрией и не заботясь о каких-либо определенных выгодах для России, даже в случае полного торжества прусского оружия.

Российская дипломатия не только удержала Австрию от вмешательства, но и старательно охраняла свободу военных и политических действий Пруссии в течение всей войны, вплоть до заключительных мирных переговоров и подписания Франкфуртского трактата. Поэтому понятна благодарность Вильгельма I, выраженная в телеграмме 14.02.1871 к императору Александру II.

Пруссия достигла своей заветной цели и создала новую могущественную империю при значительном содействии Горчакова, а русский канцлер воспользовался этой переменой обстоятельств для уничтожения 2-й статьи Парижского трактата о нейтрализации Чёрного моря. Это вызвало довольно резкий ответ со стороны Англии, но все великие державы согласились подвергнуть пересмотру означенную статью Парижского договора и вновь предоставить России право держать военный флот в Черном море, что и было утверждено Лондонской конвенцией 1871 года.

За заслуги во внешнеполитической деятельности 17(29).03.1871 Горчакову и его потомству был пожалован княжеский титул.

После разгрома Франции взаимные отношения Бисмарка и Горчакова существенно изменились: германский канцлер поспешил устроить новую политическую комбинацию с участием Австрии как противовеса России на Востоке. Горчаков нередко расходился с Бисмарком, но в существенном и главном всё ещё доверчиво подчинялся его внушениям. Серьёзная размолвка произошла только в 1875, когда русский канцлер принял на себя роль охранителя Франции и общего мира от посягательств прусской военной партии.

Бисмарк затаил в себе раздражение и поддерживал прежнюю дружбу ввиду возникшего балканского кризиса, в котором требовалось его участие в пользу Австрии и, косвенно, Германии; позднее он неоднократно высказывал, что отношения с Горчаковым и Россией были испорчены "неуместным" публичным заступничеством за Францию в 1875 году.

В апреле 1877 Россия объявила Турции войну. Даже с объявлением войны престарелый канцлер связывал фикцию полномочий от Европы, так что заранее отрезаны были пути к самостоятельной и откровенной защите русских интересов на Балканском полуострове после громадных жертв двухлетней кампании.

Колебания, ошибки и противоречия в действиях дипломатии сопутствовали всем переменам на театре войны. Сан-Стефанский мирный договор 19.02(3.03).1878 предполагал признать независимость Сербии, Черногории и Румынии, а их территория увеличить. Босния и Герцеговина должны были образовать автономную область. Создавалось новое автономное славянское княжество на Балканах — Болгария.

На Берлинском конгрессе Горчаков мало и редко участвовал в совещаниях; он придавал особенное значение тому, чтобы России была возвращена часть Бессарабии, отнятая у неё по Парижскому трактату, причём Румыния должна была взамен получить Добруджу. Берлинский трактат пересмотрел условия Сан-Стефанского договора в ущерб России и балканских стран. Позднее часть русской печати жестоко нападала на Германию и её канцлера как главного виновника неудач России; между обеими державами произошло охлаждение, и в сентябре 1879 Бисмарк решился заключить в Вене специальный оборонительный союз против России.

Политическая карьера князя Горчакова завершилась Берлинским конгрессом; с тех пор он уже почти не принимал участия в делах, хотя и сохранял почётный титул государственного канцлера. Он скончался в Баден-Бадене 27.02(11.03).1883. К этому времени он был последним из лицеистов.


Нахимов, Павел Степанович (1802-1855).

Родился 23.06(5.07).1802 в Вяземском уезде Смоленской губернии в семье небогатого помещика, секунд-майора — Степана Михайловича Нахимова и Феодосии Ивановны Нахимовой (в девичестве Козловская). Кроме Павла, его родители имели ещё четырёх сыновей — Николая, Платона, Ивана и Сергея. Все братья Нахимовы были профессиональными моряками.

3.05.1815 Павел был принят в Морской кадетский корпус гардемарином. Ходил в плавания на бриге "Симеон и Анна". В 1817 в числе немногих лучших учеников, назначенных на бриг "Феникс" заходил в Стокгольм, Копенгаген, Карлскруну. Окончил курс корпуса в 1818 году, шестым в своём выпуске.

9.02.1818 был произведён в мичманы, зачислен на службу во 2-й флотский экипаж и служил в Петербурге. В 1820 ходил по Балтике на тендере "Янус". В 1821 был отправлен в Архангельск, в команду строившегося там корабля, но вскоре был вызван обратно.

Под командой Лазарева на фрегате "Крейсер" совершил в 1821-1825 кругосветное плавание, во время которого был произведён в лейтенанты. По окончании экспедиции награждён орденом Св. Владимира 4-й степени.

8(20).10.1827 отличился в Наваринском сражении, командуя батареей на линейном корабле "Азов". За отличие в сражении был награждён орденом Св. Георгия 4 ст., греческим Орденом Спасителя и произведён в капитан-лейтенанты.

В 1828 вступил в командование корветом "Наварин", трофейным турецким кораблём, носившем ранее имя "Нассабих Сабах". Во время Русско-турецкой войны (1828-1829), командуя корветом, в составе русской эскадры блокировал Дарданеллы. С 1830, по возвращении в Кронштадт, продолжил командовать "Навариным", неся службу на Балтике.

С 1834 служил в Черноморском флоте. В 1836 получил под командование строившийся линейный корабль "Силистрия". В 1845 был произведён в контр-адмиралы и назначен командиром бригады кораблей, а в 1852 произведён в вице-адмиралы и назначен начальником флотской дивизии.

Во время Крымской войны (1853-1856), командуя эскадрой Черноморского флота, Нахимов в штормовую погоду обнаружил и заблокировал в Синопе главные силы турецкого флота Османа-паши, и, умело проведя всю операцию, 18(30).11.1853 разгромил их в Синопском сражении. После боя он совершил переход в бурную погоду на повреждённых в бою судах из Синопа к Севастополю. За эту победу Нахимов был награждён орденом Св. Георгия 2 ст.

25.02(9.03).1855 он был назначен командиром Севастопольского порта и временным военным губернатором города; в марте произведён в адмиралы. В Севастополе Нахимов хотя и числился командиром флота и порта, но, после потопления флота, защищал по приказанию главнокомандующего южную часть города, с удивительной энергией руководя обороной и пользуясь величайшим нравственным влиянием на солдат, звавших его "отцом-благодетелем".

28.06(10.07).1855, во время одного из объездов передовых укреплений, Нахимов был смертельно ранен пулей в голову на Малаховом кургане. Через 2 дня он умер и был похоронен в склепе Владимирского собора в Севастополе.


Корнилов, Владимир Алексеевич (1806-1854).

Будущий знаменитый российский флотоводец родился в родовом имении Старицкого уезда Тверской губернии 1(13).02.1806. Его отец в это время был иркутским губернатором.

В 1821 Корнилов был определён в Морской кадетский корпус, окончил его в 1823 году, получил чин мичмана и был направлен служить на Балтийский флот. В 1824 плавал на фрегате "Малый" и шлюпе "Смирный". В 1825 был прикомандирован к Гвардейскому экипажу.

В 1826 командир линейного корабля "Азов" капитан I ранга Лазарев по рекомендации адмирала Сенявина, перед которым ходатайствовал отец молодого человека, зачислил мичмана Корнилова в свой экипаж. 8(20).10.1827 Корнилов отличился в Наваринском сражении. За отличие в сражении был награждён орденом Св. Анны 4-й степени, французским орденом Св. Людовика, английским орденом Бани и греческим орденом Спасителя.

В 1828 Корнилов был произведён в лейтенанты. До 1830 он служил на "Азове" в Средиземном море, по возвращении на родину ему были вручены новые награды — орден Св. Анны 3-й степени и медаль "За турецкую войну".

В том же году последовало назначение Корнилова на строящийся тендер "Лебедь", на котором провёл две кампании на Балтике. В январе 1833 он был переведён на Черноморский флот, служил на линейном корабле "Память Евстафия" офицером для особых поручений при командующем эскадрой контр-адмирале Лазареве. В том же году принял участие в Босфорской экспедиции, награждён орденом Св. Владимира 4-й степени и турецким золотым знаком отличия.

В 1834 Корнилов стал командиром брига "Фемистокл", который был направлен в Константинополь в распоряжение русской миссии в Турции. В 1835, выполняя поручения русского посла в Греции, познакомился там с живописцем Карлом Брюлловым, который на обратном пути написал портрет Корнилова.

С 1842 по 1846 Корнилов командовал кораблем "Двенадцать Апостолов", затем был командирован в Англию наблюдать за постройкой пароходов для России.

С 1849 начальник штаба Черноморского флота. 18.11.1853 Корнилов, командуя 10-пушечным парофрегатом "Владимир" участвовал в Синопском бою, вступив в бой с 10-пушечным турецко-египетским пароходом "Перваз-Бахри". После 3-часового боя "Перваз-Бахри" был вынужден спустить флаг. "Владимир" притащил свой приз на буксире в Севастополь. Николай I приказал зачислить "Перваз-Бахри" в списки Черноморского флота под названием "Корнилов".

Во время начала Крымской войны Корнилов фактически командовал Черноморским флотом. Затопив, по приказанию главнокомандующего в Крыму князя Меньшикова, пять старых кораблей для преграждения входа в севастопольскую бухту, Корнилов с поразительной быстротой организовал оборону Савастополя с северной стороны, устроив цепь редутов, бастионов и батарей. Вскоре он был отправлен на помощь адмиралу Нахимову, защищавшему южную сторону.

Здесь Корнилов проявил свою обычную энергию, распорядительность, бесстрашие и спокойствие, которые внушали к нему безграничное доверие подчинённых. В первый же день бомбардировки Севастополя, 5(17).10.1854, Корнилов был смертельно ранен ядром на Малаховом кургане.

Корнилов был погребён в севастопольском соборе Св. Владимира, рядом с могилами адмиралов Лазарева, Истомина и Нахимова.


Истомин, Владимир Иванович (1809-1855).

Родился 9(21).02.1810. Происходил из дворянского рода Псковской губернии, детство провёл в Эстляндской губернии. В 1823 поступил в Морской кадетский корпус, в следующем году выпущен гардемарином.

В 1827, плавая на корабле "Азов" в эскадре вице-адмирала Гейдена, совершил поход из Кронштадта в Портсмут, а затем к берегам Греции, где 8(20).10.1827 участвовал в Наваринском сражении. За отличие в этом бою был награждён орденом Св. Георгия и произведён в мичманы.

В 1827-1832 Истомин на том же корабле крейсировал в Средиземном море и участвовал в блокаде Дарданелл и высадке на Босфоре. В 1830 он был представлен к ордену Св. Анны 3-й степени. В 1832 Истомин был переведён на Балтийский флот на фрегат "Мария".

В 1837 Истомин был произведён в лейтенанты и назначен командиром парохода "Северная Звезда", на котором в том же году совершили плавание по портам Чёрного моря император Николай I с императрицей. По службе в Черноморском флоте Истомин сблизился и стал в дружеские отношения с Лазаревsv, Нахимовым и Корниловым. Командуемые им суда всегда были образцовыми во всех отношениях.

В Синопском бою (18.11.1853) Истомин командовал кораблём "Париж" и был за это сражение произведён в контр-адмиралы.

Во время осады Севастополя Истомин был одним из доблестных его защитников. После смерти Корнилова он ни на один день не покидал своих позиций; он и жил на Камчатском редуте, в землянке. 7(19).03.1855 на Камчатском редуте ему ядром отрвало голову.

Истомин был погребён в севастопольском соборе Св. Владимира, рядом с могилами адмиралов Лазарева, Корнилова и Нахимова.


Тотлебен, Эдуард Иванович (1818-1884).

Родился 8(20).05.1818 в Митаве. Его предки переселились в Курляндию из Тюрингии. Отец Эдуарда был записан купцом 2-й гильдии.

Болезнь сердца помешала Эдуарду окончить полный курс наук в инженерном училище в Санкт-Петербурге. Он был зачислен в Рижскую инженерную команду, а в 1840 переведён в учебный сапёрный батальон. Для исследования трубной минной системы был послан с командой сапёров в Киев, где отрабатывал приёмы подземной войны.

В 1848 Тотлебен отправился на Кавказ и содействовал успешной осаде Гергебиля. В 1854 он был вызван в главную квартиру (штаб) Дунайской армии и здесь совершил под огнём турецких батарей ряд блестящих рекогносцировок и выработал план атаки укреплений при Калафате. С началом осады Силистрии Тотлебен был назначен траншей-майором. Когда осада Силистрии была снята, Тотлебен был послан в Севастополь, где он руководил работами по созданию оборонительных сооружений.

Длительная оборона Севастополя показала силу севастопольских укреплений и удачно направленного артиллерийского огня. Когда неприятель задумал взорвать 4-й бастион, Тотлебен сумел нейтрализовать его искусно подготовленной сетью минных галерей. 8 июня Тотлебен был ранен в ногу, но продолжал руководить оборонительными работами, пока состояние его здоровья настолько ухудшилось, что он был вынужден оставить Севастополь.

Впоследствии Тотлебен занимался теорией и практикой фортификации. Под его руководством были усилены укрепления Кронштада, Свеаборга, Динабурга и Николаева, укреплены Выборг, устья Невы и Зап. Двины. В 1869 он составил проект укрепления Киева. Его работы открыли новую эру в фортификационном искусстве.

Тотлебен принял деятельное участие в вооружении наших крепостей нарезными орудиями. В 1871-1875 он разрабатывает систему оборонительных линий на западной и южной границах империи. Для этой цели он произвёл ряд изысканий у Брест-Литовска, Ковны, Белостока, Гониондза, Гродны, Дубно и Проскурова и предложил план создания оборонительных сооружения, принятый правительством.

Работы по исполнению этого плана были остановлены Русско-турецкой войной (1877-1878). В 1876 Тотлебен был назначен главным распорядителем по обороне Черноморского побережья. В Керчи, Очакове, Одессе и Севастополе им были установлены мины, возведены новые батареи и усилено вооружение. В конце 1876 он вернулся в Петербург и лишь в 1877, когда осада Плевны затянулась, был вызван на Балканы, где принял руководство осадными работами под Плевной.

За заслуги во время войны 1877-1878 награждён был орденами Св. Георгия 2-й ст. и Андрея Первозванного, а по случаю 25-летия со дня 1-го бомбардирования Севастополя возведён в графское достоинство.

В 1879 он был назначен генерал-губернатором Одессы и командующим войсками Одесского округа, а в 1880 был назначен на тот же пост в Северо-западный край (Виленским генерал-губернатором). Умер Эдуард Иванович Тотлебен 19.06(1.07).1884 в Бад-Зодене (Германия). 5.10.1884 по повелению императора Александра III перезахоронен на Братском кладбище в Севастополе.


Скобелев, Михаил Дмитриевич (1843-1882)

Родился 17(29).09.1843. Воспитывался в парижском пансионе Жирарде. 22.11.1861 Скобелев поступил на военную службу в Кавалергардский полк. В 1864 в составе лейб-гвардейского Гродненского гусарского полка участвовал в экспедициях против польских мятежников и за храбрость был награждён орденом Св. Анны 4-й степени.

Окончив курс в академии Генерального штаба, Скобелев был назначен в войска Туркестанского военного округа и в 1873 участвовал в экспедиции в Хиву. В одной из стычек он получил несколько ранений, но через две недели вернулся в строй и принял участие в штурме Хивы.

В 1875-1876 Скобелев принял участие в Кокандской экспедиции, где, кроме замечательной отваги, обнаружил организаторский талант. За боевые отличия Скобелев был произведён в генерал-майоры. Кроме того за этот поход он был награждён орденом Св. Владимира 3-й степени с мечами и орденом Св. Георгия 3-й степени, а также золотой шпагой с бриллиантами с надписью "За храбрость".

В марте 1877 он был командирован в распоряжение главнокомандующего армией, назначенной для действий на Балканах в Русско-турецкой войне (1787-1791). На молодого генерала смотрели как на выскочку, но после взятие Ловчи и боёв под Плевной (в конце августа 1877) обратили на него внимание, а переход через Иметлийский перевал и бой под Шейновым, за которым последовала сдача турецкой армии Вессель-паши, утвердили за Скобелевым громкую и блестящую известность. 6.01.1878 он был пожалован золотой шпагой с бриллиантами, с надписью "За переход через Балканы", но отношение к нему начальства оставалось неблагоприятным.

После возвращения в Россию Скобелев занимался военной подготовкой вверенных ему войск в условиях приближенных к военным, обращая преимущественное внимание на практическую сторону дела, особенно на развитие выносливости и лихости конницы. При этом он проявлял заботу о подчинённых, а также проявил себя хорошим военным администратором.

Последним и самым замечательным подвигом Скобелева было взятие Геок-тепе в Закаспийской области, за которым последовало подчинение туркмен и окончательное замирение края. В итоге в 1885 в состав Российской империи добровольно вошли Мервский и Пендинский оазисы Туркмении с городом Мервом и крепостью Кушка.

По возвращении из этой экспедиции Скобелев провёл несколько месяцев за границей, но его выступления с позиции панславянизма вызвали сильное раздражение в Германии и Австрии, в результате чего он был вызван на родину.

В ночь на 26.06(7.07).1882, Скобелев, находясь в Москве, скоропостижно умер. Подозревали, что его смерть была результатом деятельности германских агентов. В романе Бориса Акунина "Смерть Ахиллеса" сюжет основан на загадке смерти Скобелева (называемого в романе Соболевым).


Николай Николаевич Миклухо-Маклай (1846-1888)

Николай родился 5(17).07.1846 в Языково-Рождественское Новгородской губернии. Отец Николай Ильич Миклуха (1818-1859) был женат на Екатерине Беккер, дочери героя Отечественной войны 1812.

Осенью 1846 отец был назначен помощником начальника опытного железнодорожного пути и семья переехала в Петербург. Впоследствии отец занимал различные должности в железнодорожном ведомстве, но в конце 1857 по состоянию здоровья ушёл в отставку, на заслужив пенсию. В связи с этим материальное положение семьи было стеснённое. Единственным источником дохода были акции пароходной компании "Самолёт".

Начальное образование Николай-младший получил в гимназии, но учился плохо. В результате в 4-м классе гимназии он провёл два года. В результате разгона студенческой манифестации у здания Санкт-Петербургского университета братья Сергей и Николай Миклухи были арестованы и заключены в Петропавловскую крепость но вскоре были отпущены.

24.09.1863 Николай Миклуха поступил в университет вольнослушателем, но в феврале во время студенческих волнений ему было запрещено посещать университет и в апреле 1864 он выехал в Германию, где и получил образование в Гейдельбергском, Лейпцигском и Иенском университетах. В Гейдельберге Миклуха увлёкся утопическим социализмом, особенно Оуэном и Сен-Симоном, а также идеями Чернышевского, роман которого "Что делать?" привёз с собой из Петербурга. В это время он присоединил к своей фамилии шотландское имя Маклай.

В 1868 после окончания медицинского факультета Йенского университета Миклухо-Маклай совершил поездку в Италию, где занимался исследованием морфологии губок и анатомии мозга рыб. В 1869 он изучал морскую фауну Красного моря.

8.10.1869 миклуго-Маклай представил в Российское географическое общество проект экспедиции на Тихий океан. С трудом собрав необходимые средства 8.11.1870 24-летний Миклухо-Маклай отплыл из Кронштадта на корвете "Витязь" и 19.09.1871 высадился в Заливе Астролябия на северо-восточного побережья Новой Гвинеи.

Первый месяц на Новой Гвинее прошёл довольно напряжённо. Уже 11 октября его свалил первый приступ лихорадки, которая преследовала его до конца жизни. Вскоре авторитет Миклухо-Маклая среди местного населения вырос. В феврале 1872 ему удалось излечить местного вождя Туя от тяжёлого ранения (на него упало дерево, рана на голове загноилась), после чего учёный был принят в деревне и мог спокойно совершать дальние экскурсии по побережью и даже в горы. Наибольшую трудность создавал языковой барьер: к концу своего пребывания на Новой Гвинее учёный владел примерно 350 словами местного языка бонгу, а в окрестностях бытовали не менее 15 языков.

Исследованные территории Миклухо-Маклай назвал своим именем — "Берег Миклухо-Маклая". Однако состояние здоровья учёного резко ухудшилось и 24.12.1872 Миклухо-Маклай, которого к тому времени считали погибшим, покинул Новую Гвинею на клипере "Изумруд".

В Индонезии и на Филипинах Миклухо-Маклай столкнулся с работорговлей и был встревожен газетными сообщениями о готовящейся аннексии англичанами восточной части Новой Гвинеи, в частности Берега Маклая. Он даже обратился к российскому правительству с призывом установить российский протекторат над этой территорией.

Вторично Миклухо-Маклай прибыл в Залив Астролябия 27.06.1876 и провёл там 17 месяцев. Папуасы тепло приняли исследователя, а усовершенствовав знание языка, он получил возможность расширить круг наблюдений. Он посетил более 20 деревень. Папуасы считали его не просто "очень большим человеком" (тамо боро-боро), но и сверхъестественным существом. Одновременно начинали складываться его культ и мифология.

31.08.(12.09).1882 Миклухо-Маклай прибыл в Петербуг после 12-летнего отсутствия на Родине. Он сумел заинтересовать императора идеей организовать заправочную базу для русского флота. Было решено отправить путешественника на корвете "Скобелев" в Новую Гвинею, чтобы заодно присмотреть подходящее место для угольной базы. 17.03.1883 "Скобелев" вошёл в Залив Астролябия и ошвартовался в бухте Константина. Третье пребывание на Берегу Маклая оказалось самым кратким — всего 8 дней.

Миклухо-Маклай обнаружил, что большинство его старых друзей уже умерли, а деревни полностью обезлюдели, и он осознал тщетность своего проекта создания единого сообщества папуасов. Путешественник высадил неизвестные папуасам садовые культуры — хлебное дерево, манго, апельсин, лимон. Расставаясь с папуасами, Миклухо-Маклай пообещал не оставлять их в беде и "со временем" поселиться в этих местах.

Экспедиция выяснила, что ни одна из гаваней, обследованных на Новой Гвинее и на Палау, не подходит для устройства угольных складов для крейсеров. Кроме того все пункты, предложенные для военной базы флота Миклухо-Маклаем, расположены так далеко от морских торговых путей, что запас угля, полученный крейсером на Новой Гвинее, будет истрачен ещё до выхода на неприятельские коммуникации. Поэтому предложение учёного перестало представлять интерес.

В 1884 в Залив Астролябии пришёл немецкий крейсер, и над Северо-Восточной Новой Гвинеей был установлен германский протекторат. Отчаянные попытки учёного столкнуть между собой Британию, Россию и Германию по вопросу о Новой Гвинее в результате ни к чему не привели, раздел был узаконен британо-германским договором 1885 года.

В 1886 Миклухо-Маклай вернулся в Россию. Его жена Маргарет Робертсон, на которой он женился в Австралии, и сын Александр прибыли в Россию годом спустя. К этому времени учёный резко ослаб и одряхлел, волосы совершенно поседели. 2(14).04.1888 Миклухо-Маклай умер и был похоронен на Волковском кладбище. Маргарет с детьми вернулась в Австралию.

В мифологии населения Берега Маклая даже в XX веке существовал образ Миклухо-Маклая, в виде верования о "белом папуасе" как о далёком предке.

Миклухо-Маклай последовательно придерживался принципа единства человеческого рода. Он отвергал популярные в своё время теории, что чёрные расы, включая австралийских аборигенов и папуасов, представляют собой переходный биологический вид от обезьяны к человеку разумному.

На главную страницу











































. > >